Аллен Стил - Итерации Иерихона

Я уже видел узкий туманный белый след в небе, направляемый маленькой серебряной точкой. «Уай-Эф-22» шел по небу крутым зигзагом, уходя от следящих систем «Сентинела». Еще минута — и он будет над нами.

— Я знаю, что вы мне не верите, — говорил Пейсон-Смит, — и потому мне придется произвести демонстрацию. Будьте добры, смотрите внимательно…

Оглянувшись, я увидел, как он поднял два пальца. Морган кивнул и ввел новую команду.

Я повернулся к окну.

Прошла секунда. Две. Три…

Иммерсионный след расширился и уплотнился — «Уай-Эф-22» пересек Миссисипи, и пилот направил его на одиноко торчавшую башню.

Вдруг из голубого неба вырвался красный луч и ударил в центр стадиона Буша. Ударил — и исчез.

— Первый удар, — сказал, не отрываясь от экрана, Морган.

Луч появился снова, чуть изменив угол. И снова тут же исчез.

— Второй удар, — произнес Морган. — «Руби» подтверждает два попадания.

Прошла еще пара секунд, и вдалеке послышались два глухих удара. Над чашей стадиона поднялись черные столбы дыма, как от погребальных костров. Я смотрел в ночное небо, но не видел ничего, кроме звезд. Если «Сентинел» был одной из них, то отличить его от других я никак не мог бы.

— Эти два вертолета были уничтожены на площадке «Сентинелом». — Ричард Пейсон-Смит говорил отчетливо, прямо и напористо. — Сейчас под прицелом спутника находится ваш кабинет. Если вы не отмените атаку и мы погибнем, «Рубиновая Ось» все равно прикажет спутнику вас уничтожить, а на следующих витках — через каждые три часа — уничтожать по одной военной цели на территории Соединенных Штатов.

Я снова выглянул в окно. Истребителя я не видел, но слышал высокий, почти скулящий звук его двигателей. «Уай-Эф-22» шел над городом, быстро приближаясь.

Ричард остановился, послушал секунду и покачал головой.

— Сэр, торговаться нет времени. Отзывайте его сейчас же…

Последние несколько мгновений было тихо. Никто не двигался. Пейсон-Смит внимательно смотрел на экраны, прижав к уху телефон. Джефф Морган согнулся чуть ли не пополам, закрыв руками голову. Я смотрел в окно, и сердце вдруг стукнуло и куда-то пропало.

Раздался высокий тонкий визг, и «Уай-Эф-22» вылетел прямо на нас. Пройдя в нескольких десятках метров над крышами домов, он взвыл над резервуаром и свернул направо, показав уныло-серую изнанку стрельчатых крыльев. Комптон-Хилл тряхнуло звуковой волной, и самолет пошел вверх.

Поднявшись метров на триста, он перевернулся, скользнул влево и лег на обратный курс.

У меня снова забилось сердце.

— Благодарю вас, полковник, — сказал Ричард. — Конечно, будем держать связь.

С этими словами он выключил телефон, положил его на пол и глубоко вздохнул.

— Что ж, джентльмены, — сказал он. — Я думаю, мы еще некоторое время поживем.

22. СУББОТА, 19:46

Шикарные лимузины выстроились на Четвертой улице напротив отеля «Адаме Марк», ожидая своей очереди подъехать к главному входу. Из-под голубого навеса выбегали лакеи в униформе и распахивали дверцы лимузинов. Оттуда выходили женщины в шелковых платьях и шляпках и мужчины во фраках с белой бабочкой. Пустой лимузин отъезжал прочь, на его место становился следующий, и процесс повторялся.

Трайк терпеливо ждал своей очереди подъехать к дверям, не обращая внимания на любопытные или возмущенные взоры гостей бала на его рикшу. По случаю такой оказии он надел черный галстук и шоферскую кепку; надо сказать, что с его застиранной футболкой и шортами парашютной ткани они составляли неповторимый ансамбль. Когда он подъехал к дверям, лакеи старались скрыть усмешку. У рикши не было дверей, и никакой леди не надо было помогать оттуда выбраться, но я, выбираясь с заднего сиденья, все же дал доллар одному их этих ребятишек.

— Что прикажет милорд? — спросил Трайк, усиливая оксфордский акцент.

— Сегодня вы мне не понадобитесь, Дживс. — Я сунул руку в карман пальто и протянул ему десятку. — До конца вечера вы свободны.

— Очень хорошо, сэр.

Он сложил бумажку и сунул ее в поясной карман шорт, в то же время изучая двух молодых женщин в тонких черных платьях, входящих в дверь. Они поймали его взгляд и прыснули, закрываясь перчаткой.

— Если вы найдете дебютанток, нуждающихся в услугах джентльмена, добавил он, протягивая мне телефонную карточку, — будьте добры дать мне знать, и я немедленно вернусь.

— Спасибо, Трайк, что подвез.

Он усмехнулся, нажал на педали и съехал с бровки. Швейцар в дверях хмуро глядел на меня. Я поймал его негодующий взгляд и пожал плечами.

— «Роллс» сломался, — бросил я ему, проходя мимо. — Знаете, как это бывает…

Оставив пальто и кепку, я остановился перед зеркалом и обследовал свой внешний вид. Белый галстук и жилет, черный фрак и брюки, запонки с искусственными жемчужинами и манжеты. Хоть сейчас дирижируй симфонией.

Давно уже я не выходил в белом галстуке. Единственное, из-за чего когда-то пришлось обзавестись ласточкиным хвостом, — Марианна настаивала на торжественной свадьбе. Ей сильно не понравилось, что пришлось доставать мои вещи с антресолей и везти ко мне в Даунтаун, но это был единственный для меня способ попасть на главное событие в общественном календаре Сент-Луиса. В этот вечер никто в джинсах и летной куртке на квартал не мог подойти к отелю «Адаме Марк».

Ибо сегодня был Бал Пророка Под Вуалью, и я пришел в самый фешенебельный отель Сент-Луиса, чтобы окончить историю, над которой работал.

Мы вышли из водонапорной башни, и никто нас не арестовал. Как и требовал Пейсон-Смит, все окружившие нас солдаты ВЧР ушли. Они погрузились в свои «Пираньи», «Апач» полетел на стадион Буша, и когда в парке не осталось никого, кроме нескольких офицеров полиции и санитаров, хлопочущих у обломков вертолета, «Руби» сообщила, что выход безопасен.

Близился рассвет, и я устал как собака. Долгая была ночь. Не помню, сказал ли я что-нибудь Моргану и Пейсон-Смиту. Помню только, как шел из парка по пустому тротуару до ближайшей станции Метролинка.

Идти было долго, да мне еще пришлось нести пластиковую бакалейную сумку с распечатками, Я все ожидал, что появится машина ВЧР и пара горилл запихнет меня туда прокатиться на стадион, но этого не случилось. «Руби» заверила, что нам дана амнистия: наши дела очищены от ненужных записей, и имена вычеркнуты из списка разыскиваемых.

Заговорщики теперь оставят нас в покое, даже если это значит полный их крах. А что им было делать? У них над головой висел дамоклов меч — и не из дамасской стали, а из пучка энергии, и единственным волоском, на котором он держался, было соблюдение условий «Руби»… А что «Руби» хочет, она получает.