Александр Арбеков - Баллада о диване

— Принц или принцесса.

— Правильно, абсолютно правильно!

Я отечески похлопал своего собутыльника по плечу, а потом снова наполнил рюмки до краёв и после медленного поглощения чудесного напитка продолжил:

— По версии нескольких непонятных чудаков, которые писали Библию, Бог совершил непорочное зачатие Девы Марии. Рождается Иисус Христос! Кем он является?

— Сыном Божьим.

— Молодец! Всего лишь Сыном Божьим! Всего лишь! И ни кем более! Иисус является обычным Принцем! Не более того! Но почему ему молятся, как БОГУ? Этот сакральный момент в христианской религии мне совершенно непонятен! Я тоже не силён в вопросах теологии, но мне кажется, что данная ситуация предельна ясна любому более-менее умному человеку. Глупость всё это, явная глупость!

…

— И ещё… Я недоумеваю по поводу Святого Духа. Вот вы понимаете, что это такое?

— Честно говоря, нет.

— Ну, если есть Господь Бог и Сын его, и отдельно существует Святой Дух, то что, Духа в этих двух индивидуумах нет?! А как же без Духа!? Значит, нет и Бога и Иисуса Христа! Тело, или что-либо иное без духа никак не может существовать и функционировать!

— Ну, вы даёте! — сначала восхитился НЕГОДЯЙ, а потом очень сильно расстроился. — Ну, зачем вы выражаетесь так категорично и безапелляционно? Перед вами находится человек, который только недавно обрёл веру. Совсем недавно. А, как известно, — только что обретший что-либо, совершенно беззащитен! Он, как детёныш льва. Он некоторое время беспомощен, так как недавно явился в этот мир. Но потом, повзрослев, он рождает у всех трепет и ужас! Не буду сейчас с вами спорить, ибо не владею темой полноценно и обстоятельно, но познание сути бытия, я чувствую, не за горами! Скоро осознаю я истину во всей её полноте! И, возможно, в конечной инстанции!

— Поэт, философ и какой, однако, наглец! — восхитился я. — Каково! Познать истину в конечной инстанции! Смелое заявление! Я понимаю, за что вас любят женщины! Я понимаю, почему вы некоторое время были Министром Иностранных Дел, а сейчас являетесь Премьер Министром хрен знает чего! Вы ставите перед собой грандиозные планы и стремитесь достичь не менее грандиозные цели! Вы стремитесь к самосовершенствованию! Это очень похвально.

— Не только за это любят меня мои женщины! — вознегодовал Премьер Министр и выразительно опустил свой взор на то место, которое находилось между его ног.

— Да, я вас понял! — расхохотался я.

Мы снова выпили, полюбовались чудной и упругой попкой юной официантки, скользящей между столами, а потом оба одновременно и тяжело вздохнули.

— Ваше Превосходительство, а вы в Бога нашего, всемогущего и всепрощающего, верите? — спросил НЕГОДЯЙ.

— Нет! Категорически нет! Я верую в нечто иное, но не о том сейчас идёт речь. Поговорим об этом попозже.

— Но, всё-таки, — усмехнулся НЕГОДЯЙ. — А какая религия вам более всего близка?

— Буддизм…

— И почему?

— В этой вере нет места Богу…

— Как это?! — возмутился НЕГОДЯЙ. — А Будда!?

— Будда был всего лишь человеком. Ну, не совсем обычным… Из царского рода. Сиддхар-тхе Гаутаме. В один прекрасный момент выглянул он из закрытых чертогов своих, и посетило его озарение, а может быть и умопомрачение какое-то. Я подозреваю, что был он не совсем нормален. Ходил он, бродил туда-сюда, странствовал, нищенствовал, проповедовал, учил кого-то чему-то, и, в конце концов, помер от отравления нехорошими грибами.

— Вот как?!

— Да, вот такая печальная история… — вздохнул я. — Будда никогда не был Богом. Он всего лишь человек, который создал учение, и этому учению следуют буддисты, ну и они, конечно, поклоняются Будде. Такова моя точка зрения на эту так называемую религию. Может быть, она не совсем верна, но я так думаю, и так осознаю её.

— О, как!

— Да, именно так. Никуда Будда не возносился, — снова вздохнул я. — Не принимал он никакого участия в искуплении грехов всего человечества. Но потом его обожествили и стали ему поклоняться. Ну, примерно так… Повторяю. Я, может быть, и не совсем прав.

— Надо же!

— Но этот легендарный господин совсем не Бог, а просто он был мудрым, совестливым, честным, наивным и хорошим человеком. Потому Буддизм мне и нравится. Мне всегда нравились хорошие и бесхитростные парни, этакие босяки, философы и пофигисты, странники, разгильдяи, к коим я причисляю и самого себя!

— За хороших людей! — НЕГОДЯЙ строго встал.

— За хороших людей! — вскочил я со своего стула вслед за ним.

Мы выпили, оба одновременно проводили алчущими взорами прелестную официантку, которая томно прошла мимо нас, призывно и бесстыдно двигая своими роскошными бёдрами.

— Вот это попа!

— Да, уж!

— Кстати, сударь! Вот вам, истинному христианину, ещё один вопрос на закуску и на засыпку.

— Внимательно вас слушаю!

— Вы грешник?

— Ну, конечно! Ещё тот! — лицо Негодяя приобрело слегка бледный цвет. — Похитил же я целых два ящика водки со склада!

— Боже мой! — взревел я. — Забудьте же вы об этих несчастных ящиках! Сколько можно!? Не о том речь! Если бы вы знали, сколько цистерн водки я похитил за всю мою жизнь, то ужаснулись бы!

— Вот как? Всё, всё… Забыли на веки об этих ничтожных ящиках! — ещё более побледнел НЕГОДЯЙ.

— Ещё раз повторяю вопрос, — злобно произнёс я. — Вы грешны?

— Да, Ваше Превосходительство!

— И в чём заключается ваш грех? Или грехи!?

— Склонен я к чревоугодию, пьянству, изменам, лени, мздоимству, лжи, неверию и безделью. А кроме этого я завистлив, корыстен, непомерно честолюбив и эгоистичен. А так же тянет меня к всевозможным и всяческим мыслимым и немыслимым извращениям.

— Ну, вы даёте! Вот это список! Ну-ка, ну-ка, поведайте мне поподробнее, что за извращения это такие!? Надеюсь, вы не бываете в моргах и не трахаете там несчастных покойниц и покойников в извращённой форме? — живо заинтересовался я.

— Да вы что?! Побойтесь Бога!

— Хорошо, хорошо… И каковы же всё-таки ваши извращения? В чём они заключаются?

— Ну, типа, истово и страстно мечтаю поиметь тринадцатилетнюю или четырнадцатилетнюю девочку. Абсолютно неопытную девственницу. А ещё лучше более юную деву.

— Боже мой! — ужаснулся я. — И как же это сопоставимо с ценностями христианства!?

— Вот потому я и стал христианином, дабы попытаться искупить все свои грехи и не допустить новых, а кроме этого, уберечься от соблазнов! — истово крестясь, произнёс НЕГОДЯЙ.

— Да, тяжёлый случай и железная логика… — усмехнулся я. — Друг мой! У меня к вам имеется одна очень важная просьба.

— Да, внимательно слушаю.