Джо Холдеман - «Если», 1996 № 11

Павел Лачев

---------------------

Энгус УЭЛЛС

ПОВЕЛИТЕЛИ НЕБЕС

Москва: Армада, 1996. — 524 с. — Пер. с англ. А. Колина. 20 000 экз. (п.)

=============================================================================================

Предисловие автора к русскому изданию — коварный ход, выбивающий из рук рецензента как минимум половину упреков. Автор честно признается, что и сам не знает, зачем придумал то или это, почему герои ведут себя не всегда адекватно и т. п. И вообще — он шел не от идеи, а от образа привидевшейся ему картинки — бой драконов с воздушными кораблями. Дальше — как получилось… Признаться, получилось неплохо. История мнемоника Де-виота и его возлюбленной колдуньи Рвиан (ну почему у колдунов и колдуний всегда такие нескладные имена?) тесно переплетается с судьбой мутанта Урта и «самурая» Тездала.

Вражда царит в их мире: одни пытаются отвоевать потерянные земли, вторые отбиваются, третьи готовят восстание против угнетателей… Словом, почти как у нас. Разумеется, хватает магии, мечей, битв и любви. Если читателю покажется, что это попурри из основных фэнтезийных сюжетов, то он будет прав. Однако судьба героев, плотная фактура их бытования в раздираемом войной мире захватывают нас. Ближе к финалу, правда, чувствуется, что автор начинает спешить: как говорится, «гнать картину». И даже то, что герои становятся Властителями драконов, этакими полубогами, не прибавляет мотивированности благостному разрешению всех противоречий между враждующими сторонами, рабами и господами. Да и взаимоотношения между драконами и их «пилотами» прямо как списаны с Пернского цикла Энн Маккефри. Можно ли это считать недостатком? Вряд ли! Фэнтези, как и детектив, с годами «костенеет», его атрибутика становится чуть ли не канонической, нововведения с трудом проламывают себе дорогу в накатанные сюжетные ходы. Ожидаемые неожиданности и узнаваемые персонажи все более приобретают символический характер. Создается впечатление, что создание фэнтезийного произведения, а равно и его прочтение — фрагменты некоего забытого или нарождающегося ритуала. Впрочем, это о другом…

Добавим, что оформление книги вполне адекватно содержанию. Девица на обложке и есть, по-видимому, Рвиан. Непонятно только, зачем ей в руки дали меч. С таким могучим бюстом он ей ни к чему, своими молочными железами она прихлопнет любого супостата.

Павел Лачев

---------------------

Сергей СНЕГОВ

ДИКТАТОР

Рига: Полярис, 1996. —

В 2 томах. — 351 + 415 с. — 200 000 экз. (п.)

=============================================================================================

Мое знакомство с Сергеем Александровичем составилось где-то в начале 80-х годов. Времена были уныло-суетливые, фантастику печатали все меньше и меньше, но зато чаще устраивались разнообразные конференции, семинары и прочие организационные радости. Вот и в Калининграде учинили что-то вроде региональной встречи. Именно тогда я впервые увидел невысокого и немолодого человека, прямо-таки излучающего светлое спокойствие, радушие, доброжелательность. Это и был автор знаменитой трилогии «Люди как боги» — первой нашей «космической оперы». Квартира Снегова впечатляла — типичное убежище интеллектуала — все стены в книгах. На прощание он подарил мне кусочек янтаря с вмерзшей мушкой. Храню до сих пор.

Впоследствии нам не раз приходилось встречаться. Когда я узнал о том, что ему пришлось пережить, то ужаснулся этому, одновременно восхищаясь его умению выстоять перед напором подлости бытия. Вот уже два года, как его нет с нами. Замечательно, что он не забыт издателями. Вышедший двухтомник — прекрасный дар его памяти. Но прежде чем перейти к нему, вспомним о трилогии.

Критик В. Ревич недавно заметил, что «Люди как боги» — «чуть ли не единственное произведение в отечественной фантастике, которое воспевает агрессивность и расизм» («Если» № 6,1996 г.). Даже если речь идет о 70-х — 80-х годах, то все равно не могу согласиться с уважаемым Всеволодом Александровичем. Куда, с этой точки зрения, например, отнести «Трудно быть богом» или «Обитаемый остров»? Герои также влезают в драку, исходя из собственных представлений о справедливости, и только после изрядной ломки дров хватаются за голову, пытаясь разобраться, кто свой, а кто чужой. Да, пальбы в нашей фантастике тех лет было маловато, батальные сцены почти и не встречались. Но мало кому приходило в голову всерьез воспринимать эпопею Снегова как коммунистическую утопию типа «Туманности Андромеды»! Авторская ирония сочилась сквозь строки, порой даже сводя накал ситуации к откровенному бурлеску. Если уж рассматривать трилогию с этих позиций, то ее можно отнести к хорошо замаскированной антиутопии, показавшей, к чему может привести антропоцентрический унитаризм. А если соотнести еще текст с эпиграфами, то «Люди как боги» превращаются в развернутую пародию на знаменитые строчки из ныне забытой песни: «Мы покоряем пространство и время, мы молодые хозяева Земли…»

И вот наконец «Диктатор, или Черт не нашего Бога». Вечная тема — интеллигент и власть. Как остановить зло, не прибегая ко злу? Ответ отрицательный. Зло может быть остановлено еще большим злом. И вот землянин Гамов, оказавшийся в «Иномире» (своего рода параллельная Земля) становится диктатором, пытаясь навязать мир непрестанно воюющим странам. Поначалу все эти «электроорудия» и «электробарьеры» отвлекают от авторского замысла, даже порой вызывают усмешку, напоминая лексику времен «междупланетных путешествий». Но вскоре забываешь об этом и следишь за тем, как звереющий от беспредела интеллигент превращается в кровавого сатрапа. Да, ему удается навязать мир. Да, злодеи наказаны, в том числе и те, кто так или иначе подталкивал людей к войне — журналисты, поэты и т. п. Теперь Гамов собирается судить и осудить себя, дабы другим неповадно было. Но когда переворачиваешь последнюю страницу, то возникает странная мысль: а не посмеялся ли над нами на прощание Сергей Александрович? Придав роману форму крутого фантастического боевика, он, в общем-то, рассказал нам историю человеческой глупости. Надежды на доброго дядю, который придет и спасет нас, смешны и опасны, потому что небеспочвенны. Да и вообще вся история человечества — это хроника пришествий «гамовых», как бы они ни назывались — Александр, Атилла, Темучин, Тамерлан, Бонапарт и так далее… Ими движут самые благие намерения, и в первую очередь — положить конец войнам. Им нужен мир, весь мир.

Но удел любого тирана, узурпатора, диктатора — вмерзнуть в янтарь времени навечно, остаться в памяти поколений, войти в летописи и учебники. Ищущий вечной славы не подозревает, что нет ничего хуже долгой памяти. Не зря молва гласит — они живы, пока мы помним о них. Представляете, какая у них «жизнь»?