Грэм Макнилл - Несущий Ночь

И дворец, и база Адептус Арбитрес были обречены.

Арио Барзано, с трудом выбравшись из-под груды досок и штукатурки, вытер кровь с пораненной щеки. Стены дворцовых комнат под градом снарядов рушились одна за другой, шальным осколком запросто могло задеть и его, и губернатора. Понимая это, инквизитор пополз к Миколе Шонаи.

Женщина, лежащая под обломками, не подавала признаков жизни. Барзано с тревогой прижал пальцы к шее губернатора и, нащупав пульс, оттащил Шонаи от стены, низко пригибаясь и держась подальше от разбитого окна. Так, теперь нужно осмотреть ее тело на предмет ранений. Ничего серьезного — Барзано обнаружил лишь синяки и порезы от разлетавшихся во все стороны осколков.

Убедившись, что с Миколой Шонаи все более-менее в порядке, инквизитор пополз по полу кабинета к другим его обитателям. Дженна Шарбен, кажется, тоже не слишком сильно пострадала: она, хоть и прижимала к груди левую руку, коротко кивнула Барзано и взглядом указала на распростертого ничком под большим изогнутым куском деревянной панели Алмерза Чанду. Помощник губернатора застонал, когда инквизитор сбросил с него тяжелый кусок штукатурки.

— Что случилось? — невнятно произнес советник.

— Кажется, танки на площади Освобождения пытаются отстранить губернатора от должности совсем уже радикальными средствами, — ответил Барзано, помогая сесть и прислониться к стене покрытому синяками мужчине. — Вы ранены?

— Не думаю, что серьезно, — всего несколько порезов.

— Хорошо. Не двигайтесь, — предупредил Барзано, бросая озабоченные взгляды на широкие трещины в потолке, и тут комнату опять сотрясли грохочущие разрывы. Инквизитор подполз к остаткам стены, туда, где некогда было окно, и, стараясь остаться незамеченным извне, приподнял голову над изломанной каменной кладкой.

На площади он увидел десятки танков «Леман Русс»; некоторые из них, правда, уже превратились в полыхающие развалины, но большая часть неотвратимо приближалась к дворцу, задрав пушки, чтобы открыть огонь по верхним этажам. За танками шли десятки бронемашин «Химера». Все они двигались в сторону дворца и базы Адептус Арбитрес.

Комнату в очередной раз тряхануло, из трещин, которыми тут же покрылся потолок, посыпалась штукатурка, а деревянные балки затрещали, готовые в любую минуту обрушиться. Нижние этажи дворца уже объяло пламя, а от сводчатого входа осталась лишь груда почерневших от пожара камней.

Барзано отполз назад, к Миколе Шонаи. Губернатор понемногу начинала приходить в себя, и он вытер кровь и пыль с ее лица. Женщина закашлялась, открыла глаза, и Барзано с удовлетворением отметил, что в ее взгляде нет страха. Шонаи выпрямилась и окинула взором руины, недавно бывшие ее кабинетом.

— Ублюдки! — заключила она, пытаясь подняться. Барзано удержал ее, ибо очередной шквал снарядов сотряс стены словно ударами огромного молота.

Бросив взгляд в сторону Дженны Шарбен, стоявшей на коленях подле Алмерза Чанды, он резюмировал:

— Мы должны выбираться отсюда, Микола. Сомнений в том, что ситуация ухудшается, думаю, не осталось ни у кого.

Еще раз осмотревшись, Шонаи слабо улыбнулась и покачала головой:

— Полагаю, нет. — Она поморщилась, прижав руку к виску. — Помню только кошмарный взрыв, а потом — я уже лежу на полу.

Не обращая внимания на протянутую руку Барзано, Шонаи пусть неуверенно, но без посторонней помощи поднялась на ноги и отряхнула свой представительский костюм от пыли. И тут дверь вылетела из косяков: помятый гигант сержант Леаркус, а за ним еще два воина, которым Уриэль приказал оставаться при инквизиторе, ворвались в кабинет.

— С вами все в порядке? — спросил Леаркус.

— Жить будем, сержант, — заверила его Микола Шонаи, проходя в еще целые внешние комнаты, — но теперь нужно действовать быстро. Враг у ворот.

Леаркус подхватил оступившегося Чанду, а Джен-на Шарбен и Арио Барзано последовали за губернатором. Шонаи тут же окружила дюжина дворцовых стражей и солдат, готовых защитить ее своими телами. Внезапно губернатор остановилась. Склонив набок голову, она повернулась к стражам:

— А почему не действует энергетический щит? Барзано призадумался.

— Это чрезвычайно интересный вопрос, — произнес наконец он.

По воксу Барзано связался со своим кабинетом и Лортуэном Перджедом:

— Лортуэн, друг мой, как вы там, держитесь? После продолжительного молчания Перджед наконец ответил:

— Да, с нами порядок, Арио. А как ты?

— Мы живы, и это уже кое-что, но убираемся отсюда и направляемся на крейсер. Собирай всех — и выдвигайтесь к посадочной площадке на крыше восточного крыла. Встретимся там. — Инквизитор отключил связь и повернулся к Леаркусу. — Сержант, нужно, чтобы вы и ваши люди отправились в командный пункт воздушной обороны и выяснили, почему не действует энергетический щит. Сделайте все, что возможно и невозможно, но он должен заработать. Леаркус собрался было что-то возразить, но Барзано не дал ему ничего сказать, махнув в сторону дворцовых солдат:

— Не беспокойтесь за мою безопасность, сержант. Нас тут есть кому защитить, я в этом уверен.

Сержанта совершенно не убедили слова инквизитора, но он подчинился его приказу и передал качающегося Чанду двум солдатам в серой униформе.

— Я покажу вам, как пройти, — предложил молодой солдат.

Леаркус пробурчал слова благодарности, и четверка направилась к контрольному пункту.

Некогда грозный и внушительный фасад главного здания базы Адептус Арбитрес теперь выглядел удручающе: вся западная часть его осела, обнажив пласкритовые плиты и искривленную арматуру. Огромные, шириной в метр, трещины тянулись от земли до крыши, в каркасе здания зияли гигантские дыры. Да, ущерб был велик.

Окровавленные арбитры откапывали товарищей и вытаскивали раненых из-под обломков.

Вирджил Ортега протискивался через толпу контуженных арбитров, стараясь осмыслить события последних минут: как могла произойти такая катастрофа? Как могло случиться, что главное здание базы арбитров лежало в руинах? Это не снаряд, посланный извне, — совершенно ясно, что взрыв произошел внутри самой базы. Тайком пронести на базу бомбу было невозможно, но как еще это могло случиться?…

«Ладно, — решил Ортега, — подумаю об этом потом. И о возмездии думать буду тоже потом. Если, конечно, оно будет это „потом"…» Так размышлял Вирджил Ортега, прислушиваясь к оглушительному грому артиллерийской канонады, — танки изменников пытались пробить себе дорогу. Что значит «если»? Конечно будет! И Ортега поспешно отчитал себя за эту еретическую мысль. Ведь он — воин Императора, и пока в его теле есть жизнь, ни о капитуляции, ни о панике не может быть речи.