Билл Флэш - Тридцать три года спустя (Бэтмэн - 3)

Прошел еще час. Дверь бара отворилась, седой человек вышел и начал пристально осматривать все вокруг. Женщина-кошка распласталась на крыше. В этом свете, среди этих старых зданий, в тех выпуклостях, которые ее силуэт мог добавить к линиям крыши, вряд ли можно было распознать что-то человеческое. Теперь вышел Эдди и безо всяких предосторожностей своего компаньона зашагал к пирсам. Оглянувшись последний раз, тот последовал за ним.

Женщину-кошку беспокоил этот человек. Он казался умнее Эдди; по крайней мере, он был подозрителен, а Эдди- нет. Он мог усложнить ситуацию, но при этом, похоже, лишь выполнял приказы. Что ж, не в первой случается так, что командует ничтожество. Женщина-кошка пошла по краю крыши, пока не оказалась напротив дома 208. Она шла быстро, потеряв мужчин из виду, но теперь время шло, а никто возле дома не показывался, и она поняла, что оказалась не там, где нужно.

Она вернулась к своему наблюдательному пункту над баром, затем спустилась на улицу и поспешила к пирсам. Цементная площадка, где парковались грузовики, была почти пуста. Перебраться через нее можно было только у всех на виду. Женщина-кошка прищурила глаза, стараясь убедить себя, что Эдди с приятелем могут быть где-нибудь еще, но ничего не приходило в голову. Она набрала в легкие побольше воздуху и через открытое пространство побежала к пирсу 20.

Пирсы были новой территорией для Женщины-кошки, и она тут же решила, что они ей не нравятся. Сами пирсы были огромными и пустыми. Полы деревянные; доски прогибались под ее тяжестью, а под ними плескалась вода. Вода пахла смертью; остатки рыбного обеда в животе сразу прокисли. Над головой скреблись крысы. Когда что-то слегка потерлось о ее щеку, она чуть не ударилась в панику: стропила кишели летучими мышами. Настоящими летучими мышами.

Она продолжала по порядку обследовать пирсы. Двадцать первый был ничуть не лучше. Двадцать второй даже хуже, под ногами что-то хрустело и впивалось в подошвы. С каждым шагом она все больше ненавидела Эдди из-за него ей приходится терпеть все это- и Бэтмэна. Она выбралась с пирса 22 к началу Броуд-стрит. Здесь было больше припаркованных грузовиков, тихих и пустых. Благодаря им она более осторожно пробралась на пирс 23 и была этому рада.

В пустом здании эхом отдавались отдаленные голоса. Сквозь проем в задней стене виднелся свет. Там двигались чьи-то силуэты. Женщина-кошка пробралась к концу пирса, скрываясь в тени. На полпути она различила в силуэтах Эдди Лобба и его неизвестного компаньона. Они поднимали на пирс запечатанные и плотно упакованные ящики. Поскольку свет падал в основном снаружи, Женщина-кошка пришла к выводу, что ящики разгружаются с лодки, стоящей у пирса. Вспомнив загорелые неопрятные лица мужчин, она заключила, что они и приплыли на этой лодке. Работая, они переговаривались, но эхо делало слова неразличимыми.

Женщина-кошка подвинулась поближе. Что-то легкое и быстрое задело плечо. Она отряхнулась с коротким, но сильным проклятием в адрес всех летучих мышей, как больших, так и маленьких. Но это был кусочек бумаги, а вовсе не что-то органическое и трепещущее. Обертка от жвачки, еще пахнущая мятой. Сердце подступило к горлу, когда она подняла ее и посмотрела вверх. Свет был тусклый, и она не знала, сможет ли разглядеть что-нибудь. Над ней громоздились какие-то черные тяжелые конструкции, и больше ничего. Она подумала о Бэтмэне и попыталась различить легкое колыхание его плаща. Наверху что-то пошевелилось. Но это был не плащ Бэтмэна, а нечто совершенно другое. Внезапно Женщина-кошка поняла, что смотрит на человека, который обращен к ней подошвами ног. Теперь ей не составляло труда заметить остальных. В джунглях балок и стропил в тридцати футах над полом пряталось по крайней мере четверо мужчин. Один из них мог быть Бэтмэном, но Женщина-кошка не поручилась бы за это.

Те двое, что работали на причале, казалось, не замечали присутствия посторонних- даже пожилой человек, который был так осторожен при выходе из бара, казался беспечным. Вся эта ситуация воняла покруче, чем вода в гавани. Возможно даже, что неуклюжее послание Бэтмэна было честной попыткой удержать ее подальше отсюда. Не исключено, что Бэтмэна здесь не было и не должно было быть. В другое время Женщина-кошка предпочла бы ретироваться, но не сейчас.

Она подползла достаточно близко, чтобы ясно слышать Эдди. Он рассказывал, где ему довелось побывать и какие работы выполнять. Если там наверху прятались копы, им это было бы интересно, но Женщине-кошке показалось скучным. Так же как, по-видимому, и пожилому человеку. Он лишь вежливо издавал соответствующие звуки в соответствующее время, фактически не участвуя в разговоре. Упаковка одного из ящиков оказалась поврежденной. Они вывалили содержимое- небольшие пачки- на пол. Женщина-кошка заметила военные трафареты на каждой из пачек.

Оружие, подумала она, сжимаясь в комок. Бонни, помнится, болтала о том, что федералам Эдди был интересен вовсе не как собиратель тигриных голов. Продажа американского военного снаряжения террористам без санкции государства- это нечто совсем другое. Женщина-кошка опять взглянула под крышу. Все пространство было заполнено человеческими фигурами. Она уловила быстрый металлический проблеск; похоже, кто-то достал пистолет.

Наверное, дело шло к полуночи. Она выбрала наиболее удобную позицию, между внешней стеной и ящиками, отсюда пирс просматривался во всю длину. И обнаружила, что здесь она не одна- человек с пистолетом скорчился около ящика. Проклятая доска скрипнула у нее под ногами. Человек обернулся. Он не мог не увидеть ее; он должен был увидеть ее силуэт, но ничего не сделал. Женщина-кошка почувствовала одновременно облегчение и беспокойство: если ее присутствие не вызвало никакой тревоги, сколько же человек прячется здесь в тени? Знают ли они друг друга? Чего они ждут? Что собираются предпринять?

Времени на размышления не оставалось. Дребезжащий грузовик с шумом приближался к пирсу. Свет фар пригвоздил всех к месту, когда он с грохотом съехал с цементной площадки на деревянный настил. Все строение вибрировало, пока он, рыча, мчался к дальнему краю пирса. Женщина-кошка вонзила когти в пол и молилась об одном: избежать купания в холодной воде. Машина затормозила. Мотор заглох с нездоровым визгом и из автомобиля выскочило четверо нервных мужчин с автоматами наперевес. Человек, сидевший перед Женщиной-кошкой, вскинул пистолет и прицелился, торопливо отодвигаясь в глубокую тень за большим ящиком. Женщина-кошка поползла за ним, хотя и не смогла бы оттуда видеть происходящее.

— Вы грузите в кузов, — сказал человек с сильным акцентом. — Сейчас, пожалуйста. Не надо спорить.

— Ты никогда не провернешь этого в Канаде, Халки, — Женщина-кошка узнала голос Эдди. — Будь благоразумен- взгляни на то, что мы привезли. Если тебе это понравится, мы все садимся в лодку, плывем туда, где хранится остальной товар, радируем капитану "Атлантической Звезды"…

— Пожалуйста, нет. Как я говорю, не как ты. Ты грузишь в кузов.

— Они вооружены и не в себе, Тигр. Лучше сделать, как велят.

Это голос его партнера, значит Эдди зовет себя Тигром. Женщина-кошка не удивилась, только еще более укрепилась в своих намерениях разделаться с ним сегодня ночью. Она начала передвигаться за ящиком, стараясь не попадать в свет фар, по направлению к отверстию в стене над лодкой. На мгновение она увидела бледные, испуганные лица иностранцев и Эдди, который, раскинув руки, смело шел к ним навстречу и смеялся. Безусловно, он был не лишен определенного мужества.

— Халки, друг, подумай над этим. Я предлагаю тебе все, что ты хотел все, о чем ты просил. Мы выловим это из моря и погрузим на корабль, направляющийся в Одессу.

Если у иностранца есть хоть капля мозгов, рассудила Женщина-кошка, он не поверит Эдди. А у него, похоже, были мозги, и палец плясал на курке. Еще один шаг, и у Эдди дырка в сердце. Не такой смерти она желала для Эдди. Женщина-кошка уперлась подошвами в пол, еще не вполне сообразив, что собирается сделать, и возможно ли это. Но оказалось, что не она здесь принимает решения.

— Стоять!

Щелкнули выключатели, и конусы яркого света упали из двух ручных прожекторов с перекрытия.

— Полицейский департамент Готам-сити. Бросайте оружие. Руки вверх, медленно.

Иностранцы замерли; Эдди тоже. Они уставились на свет, ослепив сами себя. Пожилой человек совсем не удивился. Он направился к Эдди. Внезапно где-то на перекрытии раздался выстрел. Халки отбросило назад. Прожектора и люди, их держащие, упали на пол, начался настоящий ад.

Женщина-кошка попыталась укрыться. Кто-то выстрелил в фары грузовика. Единственным источником света на пирсе остался фонарь, укрепленный на лодке внизу у причала. Человек с пистолетом, который прятался рядом с ней, стал целиться в перекрытие. Вряд ли он попал в кого-то, но другие стрелки заметили блеск стали. Одна пуля попала ему в шею. В предсмертных судорогах он выполз на свет, пробивавшийся снизу. Когда он застыл, на спине его объемистой куртки стали видны буквы "ПДГС". Эдди выхватил ружье и прикрывался маленьким ящиком как щитом. Ружье он держал наготове, но больше старался укрыться от выстрелов, чем целиться и стрелять. Пожилого человека нигде не было видно. Трое оставшихся иностранцев, используя в качестве укрытия свой древний пикап, бешено палили в темноту над головами.