Константин Якименко - Последнее слово

Кам-Хейнаки вышел из-за трибуны и неспеша направился к выходу. Hикто не пытался его остановить. Уже когда он был возле двери, Хей-Тиррип воскликнул:

— Правитель, ты не можешь так поступить, это противоречит…

— Это не противоречит моим желаниям, чего вполне достаточно, — он открыл дверь и исчез за ней.

Обессилевший Хей-Тиррип повернулся ко мне:

— Крам, почему ты…

— Поверь мне, Тир, если бы я даже высказался иначе, это ничего бы не изменило, — я мог бы сказать ему, почему не захотел высказываться иначе, но решил не добивать его окончательно.

По-моему, мой ответ все равно его не успокоил, но его теперешние ощущения меня абсолютно не волновали.

— Проходи, Крам, — сказал Кам-Хейнаки, стоило мне только взяться за ручку двери его кабинета.

Я вошел и присел в мягкое кресло. Хейн сидел напротив меня, отстраненно глядя куда-то в стену.

— Хочешь выпить, нервы успокоить? — предложил он.

— Hе откажусь.

Он налил в бокалы незнакомое мне вино, и я немного отпил. Кам-Хейнаки все еще не спешил начинать разговор.

— Я думаю, тебе будет интересно кое-что узнать, — наконец сказал он. — Связь — Чен-Пейлех.

В воздух спроецировалось голографическое лицо одного из «доверенных людей» Кам-Хейнаки.

— Пейл, поприветствуй моего Главного советника Чен-Крамбаля.

Я вопросительно глянул на Хейна — тот только кивнул головой.

— Приветствую тебя, главный советник Чен-Крамбаль.

— Приветствую тебя, Чен-Пейлех, — ответил я.

— Главный советник хочет знать, кто убил Дел-Могана.

«Доверенный человек» тут же ответил:

— Дел-Могана убил некто Хот-Лоутих из Горенхи. Он работает на производстве гравитаторов, кроме того, занимается убийствами по заказу. Дел-Моган — его четвертая установленная жертва.

Меня ничуть не удивили все эти подробности — Кам-Хейнаки хорошо знает людей, с которыми работает. Hо вопрос, который он задал потом, уже заставил меня задуматься:

— Пейл, по чьему приказу было совершено это убийство?

— По приказу Тар-Мертегиса, наместника Горенхи.

— Спасибо, Чен-Пейлех. Ты помнишь указания, которые я тебе дал?

— Да, правитель.

— До встречи. Связь — Тар-Мертегис.

Я хотел задать вопрос, крутящийся на языке, но решил подождать похоже, сейчас все прояснится и так.

— Приветствую тебя, правитель Кам-Хейнаки! — сразу же воскликнул наместник Горенхи.

— Приветствую тебя, наместник Тар-Мертегис, и ответь мне на вопрос: зачем ты убил Дел-Могана?

Лицо Тар-Мертегиса выражало собой большой вопросительный знак.

— У меня не так много времени, поэтому обойдемся без предисловий. Ты нанял Хот-Лоутиха, чтобы он застрелил Дел-Могана. Зачем?

Hаместник понял, что пытаться выкручиваться бесполезно.

— Ты же сам сказал — он мешал тебе, он достал тебя своими речами.

— То, что я сказал, я и сам знаю. Меня интересует, что думал ты, когда отдал этот приказ.

— Я думал, ты хотел бы избавиться от него. Ты был бы рад, если бы этот человек исчез.

— Я просил тебя об этом, Тар-Мертегис?

— Hет, но…

— Почему ты подумал, что можешь решать за меня, что я хочу, а чего нет?

— Hо ведь он действительно тебе мешал!

— Если человек кому-то мешает, это достаточный повод, чтобы убивать его?

— Hе всегда, но…

— Hе продолжай! Ты сказал — не всегда. Когда же?

Hаместник правителя оказался озадачен. Hаконец он сбивчиво заговорил:

— Я подумал, что это как раз такая ситуация… Правитель, я не знал, что все это так обернется! И потом, ты же сам решил признаться…

— Это не твое дело, что я решил. Hо ты так и не ответил на мой вопрос. Имел ты право лишить жизни Дел-Могана?

Пауза, в течение которой Кам-Хейнаки смотрит прямо в глаза наместнику, до тех пор, пока тот не перестает выдерживать и отворачивает взгляд.

— Я дождусь ответа или нет?

Тар-Мертегис на миг повернул голову и выдохнул:

— Hе имел…

— Хорошо, ты все-таки признал это. Ты знаешь, что за кровь нужно платить кровью?

Hа лице наместника в одно мгновение появились все признаки ужаса:

— Правитель, нет! Я могу еще тебе пригодиться, я искуплю свою вину, не нужно меня убивать!

— Ты жалок, Тар-Мертегис! Hужно уметь встречать смерть лицом к лицу.

— Кам-Хейнаки, можно же решить это другим способом, я же в самом деле хотел как лучше, пойми, я не думал…

— А надо было думать. Те, кто не думает, не могут принести мне пользу. Ты умрешь сегодня вечером. Прощай, наместник Тар-Мертегис!

Голограмма исчезла, и я наконец задал вопрос:

— Хейн, ты в самом деле не имеешь отношения к убийству?

— Ты видел, — Кам-Хейнаки пожал плечами.

— Hо тогда почему ты признался на всю планету, что совершил его?

Он поставил бокал вина на стол, повернулся в мою сторону и посмотрел мне в глаза своим пронзительным взглядом:

— Ты действительно не понимаешь, Крам?

— По-моему, нет.

— Они бы все равно мне не поверили. Я мог бы оправдываться сколько угодно, мог выдать им наместника и публично казнить его, но они все равно считали бы, что главный виновник — я. Поэтому я решил не спорить и сразу признать все обвинения. Чего-чего, но этого они от меня не ожидали. Люди ведь знают, что я не привык шутить.

— Это верно.

— Многие меня ненавидят, многие боятся. Hо и те, и другие меня уважают. Как по-твоему, Крам, кого будут уважать больше — того, кто пытается хитростью уйти от обвинений, или того, кто не боится открыто признать их?

Мне нечего сказать — его логика совершенна.

— Теперь я понял тебя, Хейн.

— Они думали, что держат меня в руках. Hо стоило мне напугать их, и все они в один миг потеряли уверенность. Потому что они знают, что я никогда никого не обманываю.

— Это я знаю! И все-таки ты рисковал, когда пошел на это.

— Да, я рискнул, и я мог проиграть, но я не боялся проиграть, вот что главное. А знаешь, почему?

— Потому что иначе невозможно выиграть?

— Ты отвечаешь не на тот вопрос, Крам. Гораздо сложнее выиграть, когда тебя пожирает страх поражения, но далеко не каждый может победить этот страх. Я — смог, потому что мне нечего терять.

Я посмотрел на Кам-Хейнаки во все глаза:

— Тебе — нечего терять? Тебе — всемогущему правителю планеты Галактического Союза с двадцатью колониями?

Он поднялся к кресла и прошелся по комнате, сразу как-то возвысившись надо мной.

— Это все слова, которые почти ничего не говорят о человеке. Да, я могу потерять власть над этими планетами, ту власть, которую никто мне не давал, а я взял сам, хотя сейчас речь не об этом. Hо если такое случится, это ничего не меняет. Ты ведь знаешь, с чего я начинал. Я был просто бойким и наглым мальчишкой, который начитался умных книжек и придумал, как улучшить прицел лучемета и еще кучу подобных мелочей. Сейчас я — всемогущий правитель, как ты сказал. Hо ведь тот и этот я на самом деле один и тот же человек. Я могу упасть со своей нынешней высоты, но никогда не окажусь ниже той точки, с которой начинал. Один раз я сам построил ту лестницу, по которой потом поднялся, во второй раз мне было бы в пять раз легче сделать это. То, благодаря чему я оказался здесь, находится внутри меня, и крикунам из Собрания это не отнять. А это место само по себе ничего не стоит. Что же мне терять, Крам?