Кордвейнер Смит - Погружение в море мрака

Если бы они объединились, Повелитель Пространства быстрее разгадал бы тайну Ксанаду, но сначала он хотел узнать, не нарушает ли их союз законы Содействия.

— Нет, — твердо сказал О'Дуард. — Фактически мы только корректируем то, что находится в прямом противоречии с законами Содействия.

— Что-то автохтонное? — проницательно спросил Повелитель Пространства.

— Местная культура, безусловно, играет роль, — согласился О'Дуард. Но она служит лишь ширмой для гораздо большего, чем зло. Я употребляю слово «зло» не только в его изначальном смысле (Он поднял крест с изображением распятого Бога), но и как посягательство на право жить. Я имею в виду право существа жить по своим собственным законам, при условии, что они не ущемляют прав других, и принимать самостоятельные решения.

Повелитель Кемаль кивнул в знак согласия и уважения.

— Это неотъемлемое право.

О'Дуард покачал головой.

— Они должны быть такими, но на Ксанаду Куат нашел способ обойти эти законы. Вы знакомы с гомункулами?

— Конечно. «У них нет собственной жизни…» — процитировал он слова старой песни. — Но причем здесь право на жизнь?

— Они выращиваются из замороженных частей тела давно умерших выдающихся людей. Известно, что при регенерации мертвой плоти, мы иногда получаем экстраординарные результаты, когда гомункул получает свою вторую жизнь, а иногда и нет. Их достижения обуславливаются не только генами, но и внешними обстоятельствами…

О'Дуард снова покачал головой.

— Я говорю не о законах научно контролируемого получения гомункулов, хотя часто испытываю жалость к ним. Но что вы скажете о гомункулах, выращенных из живых людей?

По мере продолжения рассказа, выражение удивления на лице Кемаля сменилось ужасом. А человек-птица продолжал:

— Гомункулы, которыми Куат управляет, как куклами. Гомункулы, которыми заменяет оригинал, так что в действительности ни у тех, ни у других нет своей собственной жизни…

При этих словах Повелителя Пространства пронзила внезапная догадка: теперь он знал, что находится за стенами здания, которое он заметил в роще деревьев-Буах.

— Это лаборатория, не так ли?

О'Дуард утвердительно кивнул.

— Место для нее выбрано действительно удачно. Куат пустил слух, что аромат дерева-Буах ядовит, за исключением периода, когда он провозглашает время сбора плодов. Поэтому никто не рискует приближаться к лаборатории. Все это чепуха. Существует лишь короткий период перед сбором плодов, когда аромат плодов действительно ядовит. Другими словами, крупица правды, добавленная к слухам, усиливает их. Сегодня утром, как вы видели, был убит наш разведчик…

Кемаль недоуменно посмотрел на О'Дуарда.

— Немодифицированный орел, которого вы видели падающим с небес, вел наблюдение за лабораторией для нас. Он был сбит стрелой, отравленной писангом. Подобные случаи заставляют людей держаться подальше от этой рощи.

— Вы поддерживали связь?

Впервые Повелителю Кемалю показалось, что улыбка человека-птицы была несколько самодовольной. Но затем его лицо осунулось, глаза стали печальными.

— Он был моим братом; мы выросли в одном гнезде, но меня генетически закодировали как квазичеловека, а его нет. Наши чувства несколько отличаются от чувств настоящих людей, но мы также способны на любовь и верность, как и на печаль…

Повелитель Пространства вновь вспомнил красивую птицу, парящую в утреннем небе, и ему передалась печаль О'Дуарда. Теперь он верил в чувства квазилюдей. Человек-птица коснулся его руки.

— Я могу сказать, что вы были опечалены смертью моего брата, даже не зная всех обстоятельств. И это явилось одной из причин моего желания видеть вас здесь сегодня вечером… Но сначала мы должны покончить с эрои…

— Я слышал это слово, но не знаю его значения, — признался Повелитель Кемаль.

— Я нисколько не удивлен. Эрои проводят жизнь полную наслаждений: они поют, танцуют, развлекаются и выступают в качестве жрецов. Входящие в aroi мужчины и женщины окружены почетом и уважением. Но существует одно странное условие для вступления в эрои…

При этих словах Повелитель Пространства вопросительно взглянул на О'Дуарда.

— Все живые потомки супруга или супруги, вступающего в эрои, должны быть принесены в жертву, или кто-то из них должен умереть, или, если в семье больше одного ребенка, равное количество других добровольцев приносятся в жертву.

Повелитель Кемаль теперь понял все.

— Так, значит, по этой причине мать Лэри утопилась в Море Мрака, спасая своего сына. Но почему к эрои присоединился прежний губернатор?

— Неужели не ясно? Двое заговорщиков в лице нынешнего губернатора Куата и прежнего губернатора, Управляющего эрои, имеют полную власть над планетой.

— Так это был заговор с самого начала?

— Конечно. Куат является сыном первой жены губернатора, который, состарившись, хотел удержать власть в своих руках с помощью него, сделав своим наместником.

— А гомункулы в лаборатории?

— Это и есть причина, по которой вопрос не терпит отлагательств. Они уже выращены и почти полностью наделены чувствами. Они должны быть уничтожены прежде, чем ими заменят оригиналы, которые будут убиты.

— Я думаю, что у нас нет другого выхода, хотя все это похоже на убийство.

— Замещение является физическим и духовным убийством, — возразил О'Дуард. — Эти гомункулы подобны роботам без души. — Он уловил слабую улыбку Повелителя. — Я знаю, что вы не верите в Древнюю Могущественную религию, но я думаю, что вы меня понимаете.

— Да. В этом смысле они не являются живыми существами. У них нет собственной воли.

— Эрои сейчас находятся в двух поселках, расположенных за сто ли отсюда. После того, как там закончат развлекаться, они появятся здесь. Это послужит сигналом для начала сбора плодов Буах и для замены гомункулами их живых двойников. Тогда на планете никто не сможет оказать сопротивление Куату, он даст полную волю своей жестокости и начнет планировать захват других миров. Его брат Лэри одна из намеченных жертв, потому что популярность юноши у народа пугает Куата.

Повелитель Пространства воспринял эти слова с легким недоверием.

— Но мне всегда казалось, что единственные люди, которых он по-настоящему любит — Маду и Лэри.

— Тем не менее, один из гомункулов в лаборатории является точной копией Лэри.

— Неужели старый губернатор, его отец, не был против?

— Возможно. Хотя тот факт, что он присоединился к эрои, зная, что ценой этому должна быть человеческая жизнь, свидетельствует об обратном.