Ли Брэкетт - Тайна Синхарата (пер. Мельникова А.)

– Я не стараюсь соблазнить тебя, землянин. Я ненавижу Кайнона. И моя мать была женщиной пустыни.

Она помолчала и продолжала: "Я служу госпоже Берилд и многое знаю. Приближаются большие несчастья, гораздо большие, чем считает Кайнон. – Неожиданно она спросила:

– Что ты знаешь о рамасах?"

– Ничего, – ответил Старк, кроме того, что когда-то они существовали, а сейчас их нет.

Фианна странно взглянула на него. "Может, и не существовали. Ты будешь слушать меня, землянин с Меркурия?

Уйдешь или хочешь остаться и погибнуть?"

– Не буду.

– Даже если я скажу, что Дельган подготовил тебе ловушку у Калы?

– Нет. Но благодарю за предупреждение, Фианна.

Он нагнулся и поцеловал ее. Потом повернулся и пошел дальше.

Глава 5

Быстро наступила ночь. Старк, оставив за собой факелы, смех и звуки арф, оказался на улицах старого города, где не было ничего, кроме тишины и света двух лун.

Он увидел нижние причалы – большие мраморные прямоугольники, источенные временем, – пошел к ним и вскоре убедился, что идет по еле заметной тропе между древними домами.

Было очень тихо, так тихо, что слышался сухой шелест от переносимого ветром песка.

Старк миновал причалы и повернул на широкую дорогу, которая когда-то вела к гавани. Немного впереди на другой стороне он увидел высокое, наполовину разрушенное здание. Окна его закрыты ставнями, сквозь которые пробивался свет. Изнутри доносились голоса и музыка.

Старк приблизился, скользя в тени, будто весил не больше облачка дыма. Хлопнула дверь, от Калы вышел человек и направился к Валкису. Старк рассмотрел его освещенное луной лицо. Это было не лицо человека, а морда зверя. Человек что-то бормотал, один раз рассмеялся; Старк почувствовал, как в нем растет отвращение.

Он подошел, когда звуки шагов стихли вдали. В разрушенных домах ни следа опасности. Ящерица скользнула меж камней, и все.

Лунный свет ярко озарял вход к Кале.

Старк подобрал обломок камня и бросил в стену. Раздался резкий звук. Старк затаил дыхание, прислушиваясь.

Ничто не шевельнулось. Только сухой ветер шелестел в пустых домах.

Старк пересек открытое пространство – ничего не случилось.

Он распахнул дверь притона.

Его охватила волна горячего затхлого воздуха, в глаза ударил желтый свет. За кварцевыми линзами светили высоко подвешенные лампы, каждая бросала вниз столб дрожащего оранжево-золотого света. В пятнах этого света на грязных шкурах и подушках на полу лежали мужчины и женщины с расслабленными звериными лицами.

Старк понял, какому тайному пороку предавались у Калы.

Лучи Шанги вызывали временный атавизм и превращали человека в животное. Предполагалось, что эти лучи уже много лет как уничтожены. Но они сохранились в таких беззаконных местах, как это.

Старк поискал Фреку и увидел высокого варвара. Тот лежал под одной из ламп Шанги, закрыв глаза, с звериным выражением, ворча и дергаясь во сне, как хищник, которым он на время стал.

Сзади послышался голос: «Я Кала. Чего ты хочешь, чужеземец?»

Старк повернулся. Может, Кала когда-то и была прекрасна, но с тех пор прошло не меньше тысячи лет. В волосах она по-прежнему носила колокольчики, и Старк вспомнил Фианну.

Опустошенное лицо женщины поразило его. Но глаза у нее проницательные, и он знал, что она не упустила его ищущий взгляд, заметила его интерес к Фреке. В ее голосе звучало предупреждение.

Он не хотел неприятностей – пока. Пока не поймет, о какой западне говорила Фианна.

– Принеси мне вина.

– Хочешь попробовать лампы возврата, чужеземец? Они приносят много радости.

– Может быть, позже. Сейчас я хочу вина.

Кала ушла, хлопком ладоней подозвав неряшливую женщину.

Та, обходя лежащих, принесла глиняный кувшин. Старк сел за стол спиной к стене, так, чтобы видеть дверь и все помещение. Кала вернулась к своей груде шкур у входа, но глаза ее не отрывались от Старка.

Старк сделал вид, что пьет; мозг его работал напряженно и холодно.

Возможно, само по себе это ловушка. Фрека временно превратился в зверя. Он будет сопротивляться, Кала закричит, и все эти животные с пустыми глазами накинутся на него.

Но об этом не нужно было его предупреждать – предупредил сам Дельган.

Нет. Должно быть что-то еще.

Старк продолжал рассматривать помещение. Большое, за занавесями еще комнаты. Он видел посетителей, распростертых под лампами Шанги; некоторые так далеко ушли от человека, что на них противно смотреть. Но никаких следов опасности для него.

Только одно странно. Ближайшее к Фреке помещение не занято, занавес его задернут лишь частично.

Старк стал обдумывать, что это значит.

Он подозвал Калу. "Попробую лампу. Но мне нужно уединение.

Пусть лампу принесут вот туда".

– Помещение занято.

– Но там никого нет!

– Оно занято, за него заплатили, и никто не должен входить туда. Я велю принести лампу сюда.

– Нет! – сказал Старк. – К дьяволу! Я ухожу.

Он бросил монету и пошел. Выйдя, быстро прильнул глазом к щели в стене и стал ждать.

Из пустого помещения вышел Лухар. На лице беспокойство;

Старк улыбнулся. Он отошел и прижался к стене у двери.

Через мгновение дверь открылась, вышел венерианин, доставая пистолет.

Старк прыгнул на него.

Лухар гневно крикнул. Из его пистолета ударил луч пламени, и тут же рука Старка сжала его запястье так, что он выронил пистолет, который зазвенел о камни. Венерианин повернулся, царапая лицо Старка ногтями и стараясь добраться до глаз. Старк ударил его. Лухар упал, перевернулся, и прежде чем он смог встать, Старк схватил пистолет и бросил его в развалины через улицу.

Лухар, как кошка, прыгнул с мостовой. Старк упал вместе с ним, спиной распахнул дверь притона, и они покатились среди грязных шкур и подушек. Лухар был сделан из прочного материала, в нем не было никакой мягкости, и его длинные пальцы искали горло Старка.

Кала яростно крикнула. Она вытащила из-под подушек хлыст – традиционное оружие Низкого Канала – и начала стегать обоих поровну, волосы ее спутанными космами летали вокруг лица.

Звериные фигуры под лампами начали с рычанием вставать.

Длинный хлыст разорвал рубашку Старка и кожу на спине.

Старк огрызнулся и встал с повисшим на нем Лухаром. Обеими руками схватил голову Лухара и ударил о стол.

Пальцы венерианина разжались. Старк развел его руки; наклонившись, поднял Лухара и швырнул прямо в воющую толпу людей-зверей.

Кала с проклятием набросилась на Старка, орудуя своим хлыстом. Он обернулся. Тонкий покров цивилизации при первом же признаке схватки слетел с него. Глаза его холодно блестели. Он вырвал у Калы хлыст, положил руку на ее злобное лица; она упала и застыла.