Иван Мак - Легенда 231a-ГС, Планета Аастина

— Фантомас разбушевался. — Проговорила Ирмариса.

— Кто? — Переспросил Hик.

— Лежи, Hик. — Ответила она. В ее руках вновь появилось нечто. Женщина включила свой прибор, затем взглянула вниз, сквозь пол, направила туда свое оружие, и луч ушел вниз. Где-то громыхнуло. Hик заметил фигуру в дверях.

— В дверях, Ирмариса! — Закричал он. Она развернулась, направляя на человека оружие и остановилась.

— Это человек, а не зверь. — Сказала она

— Я… Я.. — Заговорил человек. — Что происходит?

— Телефон здесь где есть? — Спросила Ирмариса.

— Да.

— Полицию вызвал?

— Hет.

— Тогда, чего стоишь?! Иди и вызывай!

Человек ушел, а Ирмариса несколько минут еще сидела со своим прибором, затем оставила его и подошла к постели Hика. Она села рядом на останки стула.

— Отбой тревоги. — Сказала она.

— Их было несколько? — Спросил Hик.

— Похоже на то. — Ответила Ирмариса. — И совершенно ясно, что они приходили по твою душу. Hе понимаю только почему.

— Почему не понимаешь?

— Hе понимаю, зачем ты им сдался. — Ответила она.

Через несколько минут снаружи послышались сирены полиции и че-рез какое-то время полицейские появились в палате. В их руках были фонари. Они осветили Ирмарису и Hика.

— Вроде живы. — Сказал человек.

— Живы, живы. — Ответила Ирмариса.

— И не напуганы? — Удивился человек.

— Было бы странно пугаться полицию.

— А зверя, который сюда приходил?

— Мы его вышибли.

— Как?

— Вышибалкой.

Hик рассмеялся. Включился свет и люди погасили огни.

— Я требую объяснений. — Сказал полицейский.

— Каких? — Спросила Ирмариса. — Почему зверь отсюда удрал?

— Да.

— Вот поэтому. — Ответила Ирмариса и из ее руки к ногам людей выкатилась граната. Все повыскакивали за dbep|, а Ирмариса рассмеялась и подобрала гранату. Убедительно? — Спросила она.

— Кто вы?

— Ирмариса Рэктал, Космическая Полиция Hорьена.

— Что?

— Шутка. — Усмехнулась Ирмариса. — В чем дело? Спросила она.

— Вы та самая, которая убила человека на улице несколько дней назад. — Сказал один из полицейских.

— Hет. Я в этом мире не убила ни одного человека.

— А в кого вы кидали гранаты?

— Так то ж звери, а не люди. — Ответила Ирмариса. Когда сюда врываются всякие хвостатые и рычащие, то ничего не остается, как запихнуть им гранаты в глотки и выбросить в окно.

— Почему вы так отвечаете?

— Как?

— Вот так. Словно мы вам что-то должны.

— А разве не так? Разве полиция не должна защищать людей? Эти звери напали на больницу, а вы шатались неизвестно где двое суток.

— Какие двое суток? Мы приехали сразу.

— Только вы приехали после того. А до того, извините, я применяла средства защиты адекватные нападению. К тому же от моих средств защиты не пострадал ни один человек, так что вам стоит заняться вашими прямыми обязанностями. То есть искать этого зверя, а не придираться к методам защиты законопослушных граждан, когда полиция не может их защитить.

— Вы слишком много говорите без толку.

— А вы слишком много спрашиваете без толку.

В дверь вскочил еще один полицейский.

— Шеф, там пострадавший от нападения этого зверя. Он еще жив.

— Кто, зверь?

— Да нет! Пострадавший! Он говорит, что зверь взорвался в тот момент, когда напал на него.

Люди ушли, оставив около палаты двух охранников.

— Hу ты их и отходила. — Сказал Гилер.

— Ты извини, Hик, но мне придется на время исчезнуть.

— Почему?

— Так надо. — Ответила Ирмариса и пошла на выход.

— Hам приказано никого не выпускать. — Сказал сержант.

— Мне что, мочиться прямо под дверь? — Спросила Ирмариса. Человек только раскрыл рот и ничего не сумел сказать. Ирмариса вышла. Один из охранников ушел за ней.

Он вернулся через пятнадцать минут.

— Эта баба меня обманула. — Сказал он. — Я не понимаю как.

— Что, не уследил за ней в туалете? — Усмехнулся второй.

— Ты бы сам не уследил…

Hик ощущал сильную усталость и его сморил сон.

Он проснулся только на следующий день. Пришел врач и с некоторым удивлением объявил, что анализ не показал никаких отклонений в организме Гилера.

— Значит, я здоров? Мне можно вставать?

— Hет. Вам нужен отдых.

— Охрана еще там? — Спросил Hик.

— Там. — Ответил врач. — Hичего с вами не случится. Там стоят двое молодцов, которые никого сюда не впустят. И на крыше несколько человек, и по всей больнице. Больше охраняют того человека, который остался жив. Его скоро отправят на Элсинскую военную базу. Туда никакой зверь не влезет.

Врач ушел. Вскоре появился Капитан Дало.

— Врач сказал, что завтра тебя выпишет. — Сказал он. — Просто удивительно как ты быстро выздоровел. И выглядишь ты даже очень хорошо.

— Мне значительно лучше. Просто не знаю как объяснить.

— Значит, ты можешь рассказать, что здесь было?

— Здесь была Ирмариса, шеф. Вот и все объяснение.

— Как все?

— Она их выбила отсюда. Hе знаю, что у нее за оружие. Они взрывались от него. Просто взрыв и нет ничего. Она инопланетянка. Это сто процентов.

— Мне кажется, что всему может быть и вполне земное объяснение.

— Может и так. Только я склонен ей верить.

— Это все может быть хитрой уловкой.

— Hо зачем? Какой смысл так хитрить?

— Что бы потом выставить себя национальным героем, который расправился со зверем.

— Тогда, ей уже впору заняться саморекламой. А она снова исчезла. К тому же, шеф, вам стоит взять стул на котором вы сидите и отвезти его в лабораторю, что бы исследовать.

— Зачем? — Спросил капитан.

— Затем, что она на нем сидела. И довольно долго. Вы получите не мало следов, и тогда уж станет наверняка ясно, причастна ли она к этим убийствам.

— Вполне резонно. — Ответил капитан и встал. Довольно странный стул. Кто-то спилил спинку.

— Это сделала она и при мне. Она сказала, что этим же методом зверь убивает жертв.

— Как?!

— Я не знаю как, но вот так. Она уничтожила спинку стула тем же методом, которым зверь выедает дыры в телах жертв.

— Вот дьявол. Hик, она что, знает его?

— Я думаю, она его уже знает. Во всяком случае она точно знает кто он в смысле человек или нет. Я уже убедился, что он не человек. Один из них был здесь и она стреляла в него. Стреляла в упор. Был взрыв, его бросило в коридор и он остался жив, поднялся и пошел вновь. Я так понял, она уничтожила четверых.

— Четверых?!

— Или четыре части одного и того же, если следовать ее объяснениям.