Мэрион Брэдли - Ночной пришелец

Вдоль ступеней был проложен пологий спуск, по которому мог бы пройти транспорт; он был не так сильно занесен песком.

Когда он наконец подошел к выходу из ущелья, казавшийся неприступным Двойной Кряж высился за его спиной. Отсюда уже было несложно, двигаясь все время на запад, дойти до тракта, связывавшего Маунт Денвер и космопорт. Он устроился на ночлег, намереваясь дождаться почтового экипажа. Он пробудился с первыми лучами солнца и, не теряя времени, проглотил свой нехитрый завтрак и упаковал свои пожитки; почтовый экипаж был оборудован ракетным двигателем (для разреженной марсианской атмосферы такой двигатель подходил наилучшим образом) и развивал на песчаной равнине высокую скорость; Эндрю следовало быть начеку, чтобы вовремя подать сигнал водителю почтового глайдера.

Он издали заметил машину по клубам песка, несшимся в его сторону, скинул куртку и, дрожа от пронизывающего ледяного ветра, бешено завращал ею над головой. Клубы песка росли, приближаясь, рев турбины усилился и внезапно стих. Машина резко затормозила подле него; из окна высунулась голова водителя — два выпученных глаза глядели из-под тяжелого шарфа, прикрывавшего нижнюю часть лица от пыли.

— Тебя что, подбросить? — услышал Эндрю.

Марсианские правила этикета требовали обязательно представиться.

— Эндрю Слейтон. Я сотрудничаю с Географическим Обществом; возвращаюсь из партии Рида, с гор в районе Ксанаду. В Маунт Денвер. За остальными участниками экспедиции.

Водитель сделал приглашающий жест.

— Залезай и держись покрепче. Я слышал о вашей банде. Безумие Рида, а?

— Некоторые называют это так. — Эндрю сел прямо на раму и схватился за поручень — как и большинство марсианских экипажей, глайдер состоял из голого шасси, без дверей, сидений или хотя бы лавок по бокам. Все лишнее было снято, чтобы повысить грузоподъемность. Водитель с любопытством поглядывал на него.

— Я слыхал об этом месте, о Ксанаду. Мне рассказывали, что это нехорошее место, гиблое. После старика Торчевски ты первый, кто вернулся оттуда. А как там парни Рида, в порядке?

— Когда я уходил, все были в порядке, — ответил Эндрю.

— О'кей. Держись, — предупредил водитель и после утвердительного кивка Эндрю включил турбины. Пескоход рванулся вперед, пожирая пустынную равнину.

Маунт Денвер после прозрачности и холода гор казался вонючим и грязным. Эндрю преодолел лабиринт армейских бараков и теперь сидел в кают-компании, ожидая, пока свяжутся по интеркому с полковником Ризом Монтреем.

Он не был удивлен, узнав, что начальником второй исследовательской партии является полковник, состоящий на действительной службе; армия, хоть и ограниченная в своих действиях уставом, была озабочена тем, что Рид может найти в Ксанаду. Крупное открытие, совершенное в Ксанаду, могло бы оказать влияние на бюрократов с Земли, возбудить интерес общества к Марсу, что выльется в средства и поставки, которые в последние годы доставались в основном Венере и Европе.

Монтрей оказался высоким, худым мужчиной. Он говорил с резким акцентом, присущим коренным уроженцам Лунной Колонии. На рукаве его мундира повыше армейских шевронов мерцали крохотные звездочки Космической Службы. Он жестом пригласил Эндрю в свой кабинет и внимательно выслушал его сообщение вплоть до того момента, как Эндрю покинул лагерь экспедиции. Затем он начал забрасывать парня вопросами.

— Взял ли Рид оборудование для химических анализов? Имеются ли средства защиты от газов?

— Полагаю, что нет, сэр, — отвечал Эндрю. Он уже успел позабыть гипотезу Рида о галлюциногенах, выделяемых Spinosa martis; с тех пор произошло столько событий, что эта гипотеза казалась ему абсурдной.

— Может, было бы лучше, если бы мы присоединились к Риду? Я мог бы отправиться хоть через час, но мне следует поставить в известность Командующего. Он освободит меня от дежурных обязанностей. Кстати, Слейтон, вы свободны и можете сходить в штаб Географического Общества.

Эндрю пробормотал:

— Я хочу вернуться с вами, полковник Монтрей. Вам не понадобится аппаратура для анализа газов. У меня был контакт с одним из древних марсиан.

Монтрей пристально посмотрел на него и потянулся к телефону.

— Вы сможете все рассказать доктору Кренстону в госпитале.

— Я знал, что вы решите, что я сошел с ума, — покорно произнес Эндрю.

— Но я могу показать вам проход, которым вы пройдете через Двойной Кряж за три часа, а не за три дня — быстрее, чем если бы у вас был пескоход.

Рука полковника, зависшая над телефоном, опустилась. Его серьезный взгляд уперся в Эндрю:

— Ты обнаружил проход в горах?

— И да и нет, сэр. — Эндрю сжато пересказал свои приключения, не углубляясь в те моменты, которые касались Камеллина, и более подробно остановившись на всем, относящемся к горному ущелью. Монтрей выслушал его, не перебивая, затем поднял телефонную трубку, однако позвонил не в госпиталь. Он набрал номер бюро занятости, расположенного в бедной части Маунт Денвер. Ожидая соединения, он рассеянно глядел на Эндрю и бормотал:

— Я планировал выйти через пару недель. Если бы у Рида все прошло удачно, на следующем этапе он должен использовать армейское снаряжение. — Полковник прервал размышления и произнес в оживший телефон: — Здесь Монтрей из Географического. Мне нужны двадцать крепких парней для работы в пустыне. Прибыть сюда в течение двух часов. — Он нажал на рычаг, снова набрал номер, на этот раз Дюпона из «Марс Лимитед» и затребовал первоклассного специалиста-химика, по срочной необходимости. Третий звонок

— Эндрю оставалось только восхищаться тем, как умело использовал Монтрей телефонную связь — был в штаб Марсианского Географического Общества; после этого Монтрей встал с кресла и сказал: — Вот и все. Я купил твою историю, Слейтон. Спустись вниз, — он нацарапал что-то на розовом бланке, — и реквизируй армейский пескобус, достаточно вместительный, чтобы взять на борт два десятка парней и снаряжение. Если то, что ты рассказал — правда, экспедиция Рида уже принесла успех и дальше этим будет заниматься армия. Но если ты не желаешь в этом участвовать… — он показал жестом, что Эндрю может идти, и парень осознал, что если он ошибся, самым безопасным местом для него станет палата психиатрического отделения. Возможно, туда Монтрей не доберется.

Когда колеса армейской машины начинают вращаться, все идет быстро и слаженно. Не прошло и пяти часов, как они покинули Маунт Денвер с такой легкостью и скоростью, которые заставили Эндрю, привыкшего к проволочкам и скупости Марсианского Географического Общества, только качать в изумлении головой. Он спрашивал себя, могли бы такие решительные парни спасти Кингслендера. Втиснутый на переднее сиденье пескобуса, между Монтреем и химиком, присланным Дюпоном, Эндрю угрюмо размышлял о воинской службе и ее воздействии на Рида. Интересно, что скажет Рид, когда увидит его?