Евгений Торопов - Место под солнцем

- Капитан Леннарт... - потом очевидно увидала Артура и побелела. - Извините, капитан, я не заметил... От города "пташка" летит, может спрячетесь?

- Носит тут, - просопел Леннарт своим безразмерным носом - целым заводом по очистке атмосферы и быстро запустил всех внутрь фургона. Дверца захлопнулась. Артур очутился в уютной комнатенке: стол с креслом в дальнем конце, по бокам приколочены скамьи, на стенах ковры. Капитан, как хозяин пригласил всех сесть и сам устроился в кресле.

- Артур, - уверенно заговорил он. - Я тебя знаю, поэтому не удивьяйся!

- Я вас не знаю, - спокойно заметил Артур.

- А мне докладывали, что ты более догадлив.

Гм, интересный вопрос! Неужели это Серая Банда? Люди, которые не гнушаются ничем, лишь бы им жилось лучше других. Чтобы была нормальная и постоянная пища, как у прежних, удобная и красивая одежда, чтобы жизнь не была скучной и трезвой. Где-то проходила информация, что банда имеет несколько кланов, специализирующихся на "отдельных способах" добычи денег. Каждый клан имеет свое руководство и свою систему организации, и друг с другом, как правило, никак не связаны. Артур подозрительно посмотрел на капитана. Нет, нет, не похож он на отца семейства, скорее уж кто-нибудь из низших чинов в их иерархии... Серая Банда - крупная, но очень осторожная организация. Был случай, полиция изловила их человека, продержала под арестом около года, но знать о Банде ни на йоту больше не стала.

Капитан нетерпеливо постучал подушечками пальцев по столу и вопросительно взглянул на Артура беспокойным взглядом.

- Ну так с'ушай вниматейно. Меня зовут Леннарт, как ты уже слышал. Я... с Серой, как говорится, Банды.

Артур кивнул, изображая из себя благодарного слушателя.

- Мои йуди до-ожили о тебе с месяц назад, говорят: "Хорош собой". Я пьисмотрелся и правда... И кто он? Беженец, нищий, г'айдера нет. А ведь такой мо-одой здоровый мужик, тебе бы султаном быть!.. Ты посмотри - тебе же цены нет: руки-ноги целы, го-ова не болит! Ты же красавчик! Настоящий че-овек. В любой области: конфетку из тебя можно с'епить и деньги зако-ачивать! Иди к нам!

Он перевел дух. Артур слушал эту галиматью вполуха.

- Скажи, например, болит у тебя го-ова каждый день? - спросил Леннарт и искусно пустил слезу. - А у меня вот... - Дрожащими пальцами он достал из стола таблетки в шелестящей обертке, выткнул розовую кнопочку, тщательно разжевал и запил водой из грязного, заляпанного жиром, графина.

Воздух слегка завибрировал - отличительная черта глайдера, устойчиво и бесшумно скользящего по эквипотенциальной поверхности.

- Что ты молчишь! Мне помощник нужен, дела проворачивать!

- Какие дела? - взорвался Артур. - Грязные, подлые?! Человечество катится в пропасть, а вы, мелкие душенки, обремененные тряпом, эпикурейцы, скачете сзади и подталкиваете, подталкиваете!

- Но-но-но! - предупредил капитан и демонстративно проверил контроль заряда бластера. - Нашелся, умник! Каждый приходит тут и тычет в бровь: мы плохие, мы сякие. Пусть! Пусть мы плохие! С какой это стати я должен быть хорошим? Черта с два я буду жить во имя твоего трупного человечества!.. Мы имеем право на все, что имели Прежние!! от волнения Леннарта бурно распирало.

- Ты просто мертвяк, капитан, - сказал Артур, - Великий Кризис прошел мимо тебя, ты его не заметил. Только одного я никак не возьму в толк: зачем создавать лишние неудобства другим людям, зачем суетиться, создавая перерасход энергии? Или уж такие они и есть мертвяки - тянут всех за собой. Леннарт, людей надо уважать, всех людей, всех без исключения, будь они хоть сто крат хуже тебя!

- Свинья, - пробормотал Леннарт. - Все вы такие, красавчики...

Он вдруг нагнулся и поднял с пола банку с мутной жидкостью.

- Мы тебя, каскадер, насийственно будем - раз и готово! И без приказа потом и фиософствовать не будешь, ха-ха... Рэг! - заорал он на уродца, дремлющего у двери. - Рэг, позови там кого-нибудь, мы каскадеру шейк вольем.

Артур молниеносно, через гигантский прыжок ударил ботинком по некрасивой капитанской морде: орлиный нос дрыгнулся и тот грузно, вместе с креслом повалился назад. Артур тоже упал. Уродец Рэг опомнился и, неудачно вскинув пистолет, выстрелил. Пурпурный луч прошел в полуметре с зудящим звуком и прожег стену, оплавленный металл стекал толстыми корявыми, сразу застывающими ручейками. Едва увернувшись от следующего выстрела, Артур заполучил пистолет капитана и залег за столом. Из-под затылка капитана сочилась темная кровь. Бесцельно пальнув, уродец испуганно дернул дверцу и с воплями выскочил из рефрижератора. Стол запылал.

Медлить было опасно и Артур тоже выскочил наружу, вслед за улепетывающим бандитом, а затем сделал спринтерский бросок в обратном направлении. Он сворачивал во все повороты, чтобы уйти как можно хитрее. Потом свернул на малохоженную тропу в мрачном узком ущелье среди хищных металлических, пластмассовых и резиновых скал и перешел на шаг. Здесь он постоянно спотыкался о мусорные предметы, коротавшие свой долгий незавидный век в густой переплетающейся траве. Он только сейчас заметил, что идет по траве. По траве, которая не растет в городе, но растет на свалке в прогаженной земле и прокисшем воздухе. Да так растет, что не хватает места. В городе траву выжили люди, а здесь людей практически нет и стала расти трава - разве не обычная борьба за место под Солнцем? Там победили люди, но передрались между собой. Здесь победила трава, но и она борется за каждый клочок земли друг с другом - эта Битва никогда не смолкает. Битва за существование!

Посреди дороги сидела стайка молодых хорохорящихся ворон. Опять же, было неизвестно откуда они могли здесь взяться. Увидав спешащего Артура, вороны неохотно взлетели и тут же приземлились поодаль в тесный кружок. Становилось жарко. Воздух цепко сжимал грудь, а в пересохшем горле неприятно першило. Радиация здесь чувствовалась всем нутром, выворачивала наизнанку. Проклятие прогресса.

Наступил полуденный зной и Артур снял куртку, подставляя безжалостным лучам вспотевшую спину. Он знал, что шел по внутренней части свалки, куда давным-давно не приезжали машины с мусором. Все здесь походило на кладбище, было погребено и оставлено на съедение времени. Битое стекло, шлаки, проволока, автомобильные шины, пришедшие в негодность и просто невероятные количества железа и пластмасс, могила некогда существовавшей высокой человеческой культуры. Нагромождения использованного и неиспользованного, нужного и ненужного барахла, вещизма выглядели зловеще и жутко. Гиблые места. Дорожки между завалами образовывали настоящий критский лабиринт Миноса с единственным направлением - на погибель. Заброшенные каньоны не могли служить дорогами, ведь кому по ним ездить?