Норман Спинрад - И вспыхнет огонь

- Узнать... узнать... узнать всю правду. Узнать... узнать... узнать всю правду...

Весь мир содрогается в пульсирующих вспышках вокруг слова, которое я не могу прочесть, не могу разобрать, но должен, непременно должен это сделать... вот, сейчас я прочту его...

- Узнать... узнать... помоги узнать всю правду...

Бесформенные клубящиеся тени скрывают от меня голубую - желто-голубую мерцающую вселенную, прячут слово... Прочь, вы мешаете мне проникнуть в тайну, узнать всю правду!

- О скажи, скажи мне... правду, правду, правду, правду...

7 минут до часа "ч"...

Я не могу прочесть это слово! Почему капитан мне мешает? А голос внутри меня продолжает петь: "Узнать... узнать... узнать... отчего такая мука..." Да замолчи ты, наконец, дай прочесть слово! Зачем оно мелькает так быстро? Неужели нельзя его остановить? Или хотя бы замедлить пульсацию красок? Тогда я прочту его, тогда я буду знать, что мне делать.

6 минут до часа "ч"".

Ладонь мою жжет мокрый от пота стартовый ключ. Дюк тоже вертит в руках свой. Узнать! Я должен узнать! Сквозь пульсирующий желто-голубой желто-голубой свет, сквозь ускользающие буквы слова, которое страшным, непереносимым напряжением разрывает мне затылок, я вижу "Четырех всадников". Стоя на коленях с обращенными к небу лицами, они молят:

- Скажи, скажи, скажи мне...

Исполинские волны густо-красного, вскипающего золотом огня медленно затапливают мир, я слышу голос, подобный грому. Он силится изречь какое-то слово, он начинает его и не может докончить и прерывается со стоном...

Голубые - желто-голубые сполохи вьются вокруг слова, которое я не могу прочесть - да ведь это же самое слово, вдруг понимаю я, тщетно пытается произнести голос огня, этого же слова ждут молящиеся на коленях "Четыре всадника":

- О скажи, скажи, скажи мне...

И теплый, ласковый огонь так хочет его сказать!

4 минуты до часа "ч"...

Что это за слово? Какой приказ я должен отдать? Ребята ждут его, я знаю. Ведь я же командир, я не имею права скрывать от них приказ, узнать его - мой долг.

О скажи, скажи мне... молят четыре фигуры в черном под гулкий набат крови в моих висках, и я уже вижу это слово... сейчас, сейчас...

- О скажи, скажи, скажи мне... - шепчу я ласковому оранжевому огню, который силится и не может произнести слово.

- О скажи, скажи, скажи мне... - шепчут сидящие рядом со мной ребята.

3 минуты до часа "ч"...

Мозг мой жжет желто-голубым огнем вопрос: "Что хочет сказать мне огонь? Что это за слово?"

Я должен освободить его, разомкнуть темницу, где оно томится. Найти к ней ключ.

Ключ... Ключ? Да вот же он, ключ! И замок этой темницы передо мной! Нужно вставить в него ключ... Я смотрю на Джереми. Ведь есть же на свете что-то - вернее, было когда-то, давно, что теперь и не вспомнишь, - было же что-то, ради чего Джереми попытается остановить мою руку?

Но я вставляю в замок стартовый ключ, и Джереми не делает ни малейшего движения, чтобы помешать мне.

2 минуты до часа "ч"...

Почему капитан скрывает от меня, какой он получил приказ? Огонь этот приказ знает, но выразить его словом ему не дано. В мозгу что-то болезненно бьется, слово ускользает, ускользает от меня.

- Скажи, скажи, скажи, - молю я. И вдруг понимаю, что наш капитан тоже с мольбой повторяет:

- Скажи, скажи, скажи...

90 секунд до часа "ч"...

- Скажи, скажи... - молят "Четыре всадника". И прячущееся за вспышками слово пылает в моем мозгу как огонь.

Я вижу ключ Дюка в стартовом замке на пульте, перед которым мы сидим. Откуда-то издалека до меня доносится его голос:

- Мы должны сделать это одновременно.

Наши ключи... Ну, конечно, наши ключи освободят слово.

Я вставляю свой ключ в замок. Раз, два, три, мы одновременно поворачиваем ключи. Крышка, закрывающая пульт, откидывается. На пульте три красные кнопки. Горят три красные лампочки боевой готовности ракет.

60 секунд до часа "ч"...

Люди ждут приказа! Оранжево-золотой огонь хочет сказать мне его. Четыре черные фигуры молятся огню...

Сквозь желто-голубое мелькание, скрывающее слово, я вижу огромную толпу вокруг башни. Люди, стоя, беззвучно молят.

Высящаяся над толпой башня вспыхивает тем самым оранжевым огнем, который хочет выпустить на свободу томящееся в темнице слово. И вдруг огненный столб превращается в грибовидное облако - величественно клубящийся дым и невыносимое, пронзающее глаз оранжево-красное сияние...

30 секунд до часа "ч"...

Сейчас гигантский столб огня скажет нам с Джереми, что мы должны делать. Толпа визжит и ревет. Желто-голубые - желто-голубые вспышки вокруг грибовидного облака вьются все быстрей, быстрей, быстрей... Сейчас я прочту слово, сейчас, еще немного! Я уже вижу его!

20 секунд до часа "ч"...

Почему капитан молчит? Сейчас я сам прочту слово! И вдруг толпа, окружающая великолепное атомное облако, начинает скандировать:

- Сделай! Сделай! Сделай! Сделай!

10 секунд до часа "ч"...

- Сделай! Сделай! Сделай! Сделай! Сделай! Сделай! Сделай! Сделай! Что они хотят, чтобы я сделал? Может быть, Дюк знает?

9...

Люди ждут. Приказ, приказ, какой я должен отдать им приказ? Они склонились над пультами управления огнем и... НАД ПУЛЬТАМИ УПРАВЛЕНИЯ ОГНЕМ?!

- Сделай! Сделай! Сделай! Сделай!

8...

- Сделай! Сделай! Сделай! Сделай! - неистовствует толпа.

- Джереми! - кричу я. - Джереми, я вижу слово!

7...

Руки мои лежат на пульте возле пусковых кнопок.

- Сделай! Сделай! Сделай! Сделай! - Вот оно, это слово! Неужели капитан до сих пор не понял?

6...

- Что они хотят, чтобы мы сделали, Джереми?

5...

Почему грибовидное облако не отдает приказ? Мои люди ждут. Настоящие моряки всегда рвутся в бой.

Но вот голос подобный грому вырывается из огненного столба:

- Сделай! Сделай! Сделай! Сделай!

4...

- Есть только одна вещь, которую мы можем сделать здесь, Дюк.

З...

- Внимание, ребята, слушайте приказ! К бою! Огонь!

2...

- Да, да, да! Джереми!

1...

Я протягиваю руку к пусковым кнопкам на пульте. Все ребята протягивают руки к своим кнопкам. Но я опередил их! Я нажимаю кнопку...

0...

И ВСПЫХНУЛ ОГОНЬ!