Герберт Франке - В конце времен

Обойдя резиденцию, Андрес оказался перед зданием библиотеки. Здесь было не так уж много окон – большинство помещений библиотеки представляли из себя хранилища с постоянным искусственными микроклиматом, который позволял сохранять неповрежденными старинные микрофильмы или современные электронно-спиновые носители, требующие хранения при температуре, близкой к абсолютному нулю. Но здание библиотеки имело и свои архитектурные достоинства: стены изгибались мягкими волнами, и казалось, что постройка находится в непрерывном движении, оставаясь при этом неподвижной. Андрес подошел ближе и невольно взглянул на юго-восточное крыло, где прежде располагался его кабинет. Затем он поднялся по дюжине невысоких ступеней, глубоко вдохнул и потянул за дверную ручку.

Дверь послушно открылась, и он вошел в фойе, размышляя о том, что понятия не имеет о мерах предосторожности и правилах внутреннего распорядка, принятых сейчас в библиотеке. Что если его остановит охрана? Надо будет сразу попросить проводить его в администрацию и там объяснить все руководству. В случае чего можно будет сослаться на распоряжения государственного секретаря – администрация, скорее всего, в курсе его нового назначения и, возможно, ему удастся выведать у них что-то важное. Однако в фойе не было ни души, только тускло светился огромный экран диалогового терминала. Андрес подошел к терминалу, приказал вывести на экран план здания и попытался найти административный отдел. Это ему удалось, и более того, если верить терминалу, в отделе был кабинет принадлежащий Андресу 822 Рамзесу. Ну и ну! Кабинет находился на одном из верхних этажей, и Андрес направился к лифту.

Он нажал кнопку, загорелась красная лампочка, из шахты послышался зловещий скрежет. Андрес подождал полминуты, снова нажал на кнопку. На сей раз вообще никакого ответа. Он выждал еще две минуты, а затем решил попробовать разыскать охрану. В конце концов руководству библиотеки необходимо знать о поломке лифта. Наугад он толкнул одну из дверей выходящих в фойе и оказался в кладовке, заваленной множеством картонных папок. Вторая и третья двери вели в совершенно пустые и темные помещения.

Тогда он решил подняться по лестнице на следующий этаж. И снова не обнаружил ни единой живой души – только пустые и темные комнаты. «Да есть ли вообще в этом здании люди? – испуганно подумал он. – Может быть, сегодня выходной день? Или просто все уже разошлись по домам? Но нет. В библиотеке всегда должны оставаться дежурные». Андрес снова потыкал в кнопку вызова лифта и вновь ничего не добился. Тогда он стал подниматься выше, вслушиваясь в гулкое эхо собственных шагов. Внезапно слева из темного коридора ему послышался какой-то шорох. Андрес птицей взлетел на последние ступени. Прижался спиной к стене, осторожно шагнул вперед. Никого и ничего. Он поднялся на второй, затем – на третий этаж. И тут он снова услышал шорох и тихий, едва различимый звон. Как будто кто-то бил обернутым тканью молоточком в крошечный гонг. Андрес резко повернулся и успел заметить, как двери лифта медленно закрываются. Затем кабина поехала вниз и не возвращалась, сколько бы он ни давил на кнопку вызова.

Андрес пожал плечами, вздохнул и продолжил подъем.

Наконец он добрался до восьмого этажа и попытался вспомнить план, чтобы выбрать нужное направление. Он прошел вдоль пустого коридора и обнаружил в конце еще одну небольшую лестницу, которая, по его расчетам, должна была привести его прямо в администрацию.

Однако и этот отдел оказался пуст и безлюден. Андрес быстро, почти бегом обошел все комнаты. Он чувствовал раздражение и беспокойство, которое начинало перерастать в страх. Внезапно за одной из дверей он обнаружил еще одну лестницу. Узкая металлическая винтовая лесенка уводила куда-то вверх, и Андрес услышал, как там, на верхнем этаже, играет негромкая музыка. Может быть, там есть люди?

Когда Андрес побежал по лестнице, она завибрировала, и ему пришлось покрепче ухватиться за перила. Лестница сужалась, и вскоре ему пришлось буквально встать на четвереньки. Но музыка звучала еще громче, и это придавало ему сил и решимости. Очень тихо и осторожно, чтобы не спугнуть неведомого обитателя комнаты, Андрес преодолел последние ступеньки и открыл дверь с табличкой «Бюро».

В первый момент он просто ничего не мог понять, затем ему показалось, что он попал на светомузыкальную инсталляцию неведомого мастера. Или может быть это была компьютерная запись чьего-то выступления? В воздухе реяли белые, черные и серебристые пятна и ленты, комнату пронизывали вспышки криптонового лазера. Когда глаза Андреса привыкли к темноте и всполохам огней, он разглядел в глубине комнаты два мягких кресла-суспензора и маленький круглый столик из стекла и металла. Над ними колыхался серебристый световой балдахин. Пол был покрыт искусственной травой, на стенах по всему периметру помещения висели серебристые пирамиды цветопроекторов. Комната была оформлена в стиле Лог-арта с элементами Мап-арта – Андрес разглядел и многочисленные флюоресцирующие картины на стенах, и кибернетические скульптуры в нишах, которые медленно меняли свою форму, повинуясь прихотливой мелодии.

Вспышки света были такими яркими и неожиданными, что Андрес решил не полагаться на зрение, он схватился одной рукой за стену. Вторую выставил перед собой и пошел вперед, как слепой, стараясь держаться у стены. Так он добрался до столика и начал обходить его. Помещение было намного больше, чем показалось ему сначала. Держась одной рукой за столик, он дотянулся другой до кресла, от этого движения оно заколыхалось, и Андрес на несколько секунд потерял равновесие. К счастью кресло тут же придвинулось к нему поближе и застыло и он смог вновь опереться на мягкую бархатистую поверхность и встать на ноги. Прямо перед его глазами на стене оказались пять небольших картин в стиле Мап-арта, абстрактные фигуры на них симметрично переливались и меняли очертания. Дальше он заметил маленькое окно, добрался до него и несколько секунд созерцал панораму города, черпая в этом привычном виде силы и уверенность.

Между тем музыка изменила свой характер – теперь из невидимых динамиков доносились медленные протяжные последовательности чистых тонов, перемежающиеся стремительными хроматическими гаммами. Одновременно в воздухе начал распространяться нежный сладковатый запах цитрусовых, поднимающий настроение и вызывающий одновременно бодрость и приятное расслабление. Наверное, благодаря этому аромату, Андрес остался спокойным, когда внезапно заметил два глаза, наблюдающие за ним из темноты. Там, у дальней стены, стоял огромный диван. Человек, сидевший на диване, пошевелился, негромко рассмеялся, приветственно взмахнул рукой, и в этот момент Андрес узнал таинственного наблюдателя. Это была Кордула, собственной персоной. Андрес осторожно устроился рядом с ней на мягчайшем, как облако, диване и полностью расслабился, отдавшись во власть электростатических сил, поддерживающих их тела над землей. Кордула была в длинном черном платье, и он практически не видел ее, но одно воспоминание о ее красоте, заставило Андреса почувствовать, что кроме электростатических полей дивана в этой комнате присутствует некое довольно сильное магнетическое притяжение.