Дэвид Вебер - Мне ещё ехать далеко

- Ноль-Ноль-Семь-Пять!

- Слушаю, господин капитан! - Меррит никак не мог привыкнуть к вежливому голосу Боло, однако сейчас у него были иные заботы.

- Ответь, Ноль-Ноль... - Он запнулся. - Прости, но в Центре управления не сохранилось сведений, как тебя называла майор Ставракас.

- Мое имя - Ника, господин капитан.

- Ника... - повторил Меррит. - Боже правый! Вот это имя для Боло! Ника...

- Благодарю вас, господин капитан. Оно и мне всегда нравилось. Приятно, что вы его одобрили.

Меррит в очередной раз вскинул брови, услышав неподобающую для машины, вполне человеческую реплику. Боло модели XXIII должен был ограничиваться стандартным набором формул вежливости (по крайней мере, при выключенном режиме "рассуждение"); Меррит уже подозревал, что кроется за ответами машины. Как это ни невероятно, но она...

- Скажи, Ника, к какой конкретно модели Боло ты относишься?

- "Боло Непобедимый", модель XXIII-B (экспериментальная), господин капитан, - ответило сопрано.

- Экспериментальная? - переспросил Меррит.

- Так точно.

- В каком смысле?

- Я - прототип. - Голос машины звучал тише прежнего по сравнению с взволнованным голосом человека. - В качестве элемента программы улучшения боевых качеств мой пульт управления и личностно-интеграционная психодинамика были оснащены вторичной корой принятия решений с опытными интерфейсами и увеличенной эвристической способностью для совершенствования автономности и дискретности.

- Мозги... - прошептал Меррит. - Господи! Вот оно что! Первый искусственный мозг, вмонтированный в Боло! - Он опустился на колени и благоговейно провел рукой по броне.

- Простите, господин капитан, но мне неясен смысл вашего последнего высказывания.

- Что?.. - Меррит встряхнулся, поднял голову и улыбнулся ближайшему оптическому устройству. - Прости, Ника, но я понятия не имел, с чем столкнусь. Ведь ты - недостающее звено!

- Боюсь, смысл ваших слов мне по-прежнему непонятен, господин капитан, - проговорила машина с оттенком упрека. Меррит усмехнулся.

- Прости, - повторил он и присел на кронштейн длинной башенной антенны. - Видишь ли, Ника, прежде чем ты появилась, вернее, еще лет тридцать после того, как ты появилась, Боло отчасти осознавали себя, но приобретали полную автономность только в боевом режиме. На них были наложены строгие ограничения. Понимаешь?

- Да, господин капитан.

- Еще бы тебе не понять! - Меррит похлопал чудище по спине. - А все потому, что ты - следующая ступень. Мы знали, что здесь, в Секторе Урсулы, перед самой войной с "Жерновами" начались эксперименты, однако в Первую войну "Жернова" не оставили на Урсуле живого места. Центр управления Боло был так сильно поврежден, что почти все программы и установки пропали. Потом мы находились под столь сильным давлением, что вся программа топталась на месте целых тридцать лет, до окончания Третьей войны с "Жерновами". Нам требовались все новые Боло, и как можно быстрее, поэтому установки, официально именовавшиеся Боло XXIII, были на самом деле моделью XXII с увеличенной огневой мощью и усиленной броней. Но к тебе это не относится. Интересно, насколько твоя программа отличается от того, что стало в итоге Боло XXIV?

- Боюсь, ничего не смогу вам сообщить по этому поводу, господин капитан, - ответила машина почти что покаянным тоном.

- Не беда, Ника. Уверен, мы сами с этим разберемся, когда я доберусь до компьютерных файлов ангара. Но мне непонятно другое: как ты тут оказалась? Откуда ты взялась на Санта-Крус?

- Меня установил здесь Командный центр Урсулы.

- Знаю. Но зачем?

- Я предназначалась для расширенных полевых испытаний новых систем и программ, - ответило сопрано. - Для этого при мне развернули ангар с механизмами для автоматического обслуживания и ремонта. Санта-Крус был избран местом проведения испытаний задолго до того, как планете стали угрожать "Жернова"; для этого здесь построили соответствующее летное поле и прочее. После начала боевых действий развертывание было прекращено. Программу испытаний отменили, а меня перевели в режим боевого дежурства под командованием майора Марины Ставракас, старшего офицера-разработчика проекта "Декарт".

- Она руководила проектом "Декарт"?!

- Так точно, капитан.

- Господи! - прошептал Меррит. - После войны удалось восстановить процентов двадцать из того, что сделала команда "Декарт", но до сих пор остается неизвестным, кто, например, возглавлял работы. Это был блестящий ум, Ника, блестящий! А ее забыли на сельскохозяйственной планете, посреди пустоши! - Его глаза вспыхнули, он еще раз потрепал Боло по бронированной спине.

- Хотелось бы знать, что она в тебя напихала! Мне трудно представить, чтобы женщина, возглавлявшая первоначальную команду "Декарт", не продолжила свой труд, даже когда узнала, что Центр ее "потерял". Наверное, она самостоятельно продолжила работу по этому проекту?

- Так точно, капитан, - дисциплинированно ответила машина.

- Так-так-так... Как я погляжу, задание получается гораздо интереснее, чем я предполагал. - Холод и усталость, читавшиеся прежде в глазах Меррита, сменились азартной искоркой. - Пока что я не вижу причин, зачем мне делиться своими находками с Центром. Ведь они знали, где ты находишься, но забыли о тебе, так к чему им напоминать? Еще возьмут и пришлют сюда специалистов, чтобы нас разлучить, а то и разобрать тебя и полюбопытствовать, что там у тебя внутри. - Он покачал головой и шлепнул ладонью по броне. - Нет уж, Ника, думаю, лучше мы с тобой немножко посекретничаем.

Глава 5

- Итак?

Седовласая дама, сидевшая за огромным канцелярским столом, выглядела безупречно, ее лицо было продуктом биокосметических манипуляций, доступных только людям, не стесненным в средствах. В отличие от невзрачного субъекта в форме интенданта "Стерненвелт Лайнз", она казалась неотъемлемой частью элегантного кабинета, однако взгляд ее был холоден, а улыбка только добавляла суровости, отчего бедняга интендант покрылся испариной.

- Мне очень жаль, мадам Остервелт, - твердил он, - но они отказываются продавать. - Женщина молча взирала на него. Он судорожно проглотил слюну. - Я поднял цену предложения до максимальной, поспешно добавил он, - но только трое-четверо проявили хоть какой-то интерес.

- Вы заверили нас, что отлично знакомы с ситуацией в Секторе, поэтому и получили эту работу. Вы гарантировали успех дела. - Женщина обращалась к нему ровным, почти мягким тоном, но ему делалось все больше не по себе.

- Я не сомневался, что они согласятся продать землю. Ведь им предлагался десятилетний доход удачливого производителя дынь!

- Заманчивое предложение, - согласилась женщина. - Но они, по вашим словам, все равно его отклонили. Почему?