Иван Безродный - Волынщик у Врат Рассвета

Мне понадобилось минут десять, чтобы выбраться из-под них, настолько много прибыло этих тварей. Они постоянно закрывали мне обзор, и я даже боялся, что не замечу обрыва и свалюсь вместе с ними в Бездну. Однако, все обошлось. Я благополучно добрался до Врат, оторвавшись от стаи на добрых четверть мили.

Обрыв был крутой и ровный, как ножом обрезанный. У самой кромки, по ее центру лежал приличных размеров валун, который сюда невесть как притащили в незапамятные времена аборигены для тайных ритуалов. Я подогнал краулер прямо к нему и развернулся, упершись в него кормой, а клетку на стреле выдвинул подальше в сторону обрыва, чтобы она там висела и зазывала, зазывала, зазывала!

Твари стремительно приближались…

Добро пожаловать в Ад, господа!

Капитан Митчелл качал от недоверия головой.

— Уму непостижимо… И они все… того?

— Все, капитан. Инетаны нахлынули на многострадальный краулер настоящей волной и, не сбавляя темпа, валились в колодец. Это продолжалось не менее часа, уверяю вас. А я сидел прямо-таки в каком-то трансе, до того гипнотически действовало на меня это цоканье, шебуршанье, писк… Да, возможно писк, основная мощность которого приходилась на ультразвуковой диапазон…

— Мы проверим это, — пообещал Митчелл.

— Я думаю, Нек погиб как раз из-за его действия, ведь, как я уже упоминал, аборигены слышат его намного лучше. Впрочем, возможно, он и так не успел бы добраться до краулера. Но если бы не его самопожертвование…

— Он вас спас!

— Он спас милатохенов и многих других. Мне в машине ничего не угрожало. Ну, пересидел бы сутки и вернулся в долину… Но к Вратам Рассвета эти бестии, возможно, не пошли бы. С тех пор в нашей округе не видели ни одного свободно разгуливающего инетана. Конечно, это не надолго, но… Кстати, Врата Рассвета теперь я называю для себя Вратами Ада. Не выдавайте меня только милатохенам…

— А что было потом?

— После того, как последняя тварь исчезла в Бездне, я просидел в машине еще с час, успокаивая свои нервы, да и для верности тоже, и поехал обратно. Кстати, клетки к тому времени уже не было, то ли рассыпалась, то ли твари добрались как-то до нее и разбили. Ну, не важно. А на месте трагедии, в том самом лабиринте из скал, краснело несколько пятен крови, и все. Местные стервятники, всегда следующие на бреющем полете за инетанами, сделали свое черное дело. Не осталось даже костей, лишь несколько обрывок одежды… Только когда я вернулся в деревню, то обнаружил на сиденье Нека его оброненные четки. Теперь они всегда со мной, я не расстаюсь с ними. Это память… В следующем бою Нек будет со мной. И отомстит лично.

Митчелл удивлено вскинул бровями.

— Понимаю, — наконец, сказал он. — Значит, вы оказались в роли того средневекового немецкого дудочника, уводящим крыс из города!.. Как интересно… Но ведь и в местном фольклоре существует подобная история…

— Именно поэтому меня и благословили на это дело. Именно поэтому я стал, без лишней скромности, ходячей легендой, живым мифом. Синей Бородой. И одновременно эниалом пяти племен, а это около сорока деревень. Это две разные языковые группы. Я вроде как всеобщий консультативный вождь. Правда, только по определенным дням. С дартохенами отношения всегда были сложные…

Капитан добродушно засмеялся, снова раскуривая трубку.

— Молодчина, Поль! Другим и не снилась такая судьба, как у вас! Вы не хотите написать книгу? Она пользовалась бы небывалым спросом!

Я неопределенно пожал плечами.

— Честно говоря, не думал об этом.

— Подумайте, — серьезно сказал Митчелл.

Я встал.

— Пора. Меня уже ждут.

— Вот об этом я и хотел бы поговорить с вами, Поль! Как я понял, нас не хотят пускать на этот праздник… Я понимаю, мы здесь пока еще чужие, но… Мы же ваши сородичи, неужели они… э…

Я усмехнулся.

— Это легко заслужить.

— Как?!

— На годовщину Освобождения от Нечисти из пустыни привозят несколько инетан, которых потом символически забивают. Устраивают показательные бои. Вы можете принять участие в отборочном туре, если это так можно назвать. Выйдете с честью — заслужите все почести. В дальнейшем ох как пригодится.

— Вы смеетесь?!

— Нет, я предлагаю вашей этнографической экспедиции невиданный доселе шанс.

Я вышел из бунгало и направился на площадь. Да, меня уже ждали.

Я приветствую тебя, народ заброшенной планеты Клондайк! Клондайк. Клондайк! Клондайк…

30.05, 9.06.00–13.06.00