Герберт Циргибель - Время падающих звезд

— И палатку ты больше не видел?

Кармиг ничего не видел и засомневался, что видел что-нибудь на днях… Он провел пальцем по лисьей шкуре. «Плутовка больше не утащит кур…»

Хотя и сожалел о том, что Кармиг не был свидетелем моего ночного приключения, я был вполне доволен тем, что он ушел с лисьей шкурой, чтобы получить свою премию. Если бы он подтвердил мои наблюдения, об этом бы уже через несколько часов узнала бы вся округа. Уже вечером повсюду собрались бы толпы зевак.

Я забрался под одеяло и почти сразу заснул… Во сне я видел, как они вернулись, армия неугомонных домовых; они мыли и скребли щетками мою кухню, принесли мне шоколадный пудинг с ванильным соусом и пригоршню маленьких звездочек, из которых они выдавили сок, чтобы я смог выпить его. Я опустошил половину млечного пути и проснулся с испуганным криком, потому что проглотил полярную звезду.

II

Солнце полудня скользнуло по моему лицу. Перед моей кроватью сидел кот и мяукал на все голоса. Он ластился, урчал, ругался на меня, смотрел на меня своими янтарными глазами и говорил, в вольном переводе, примерно следующее: «Милый, хороший, жалкий, ленивый пес! Встань же и дай мне мое молоко, или сам как миленький лови мышей, уже три часа!»

Он какое-то время вынужден был попрошайничать, пока я окончательно не спустился с небес. Но и сейчас для меня нашлось кое-что поважнее его молока. Было ли все это сумасшедшим сном? Стенной шкаф притягивал меня магической силой. Я вытащил картонную коробку, осмотрел мою находку с энтузиазмом коллекционера марок, которому ночью ветер вдруг принес голубого маврита.

Нет, это был не сон, и доказательство тому лежало передо мной, невольная весточка из космоса. Я еще прекрасно помню сказки моего детства; великаны, гномы и волшебники покоились в моем подсознании. Не о таких ли невероятных случаях сложены сказки и легенды? Редкий камень или отшлифованный кристалл раскрывал тому, кто нашел его, что грядет, делал его богатым и могущественным. Мое ночное приключение показалось мне чуть ли не сказкой, и снова разожгло мою фантазию Они вернутся, сказал я себе, сегодня или завтра, когда-нибудь. Тогда я пойду к ним, заранее подготовившись. Я кивну им и отдам таинственный предмет…

В этот день после полудня я впервые после долгого времени выполнил всю работу по дому с невозмутимым спокойствием. Я вымыл скопившуюся за последние дни посуду, вычистил кухню, и все время видел из окна краем глаза луг.

Когда солнце зашло за лес, уже ничто не могло удержать меня в доме. Я прихватил с собой табуретку и поставил ее таким образом, чтобы хорошо обозревать окрестность. Из лужицы неподалеку раздавалось кваканье лягушек. Я мог насладиться помимо лягушачьего концерта полыхающим вечерним небом на горизонте.

Находка лежала в кармане моего пиджака, тяготел надо мной словно кошмар. У меня не было особого плана, я надеялся на случай. Все казалось мне таким простым, все абсурдность моей затеи — вполне нормальным явлением. В эти часы я боялся только одного, что нагрянут гости. Знакомые из города уже давно вынашивали планы, нагрянуть неожиданно, сделать мне сюрприз. Получилась бы весьма неловкая ситуация. В конце концов, не мог же я сказать им: «Нельзя ли потише, я с минуты на минуту ожидаю пришельцев из космоса…»

В этом был гротеск: я ни с кем не мог поделиться моими впечатлениями. Возможно, физики или химики могли определить, что моя находка имеет внеземную природу. Если пришельцы, несмотря на ожидание не вернутся, я мог передать предмет специалистам. А если они действительно вернутся? Я представлял себе, как они идут через луг, и их комендант держит в руке оливковую ветвь или какой-нибудь еще символ мира. Может быть, он склонился бы передо мной и произнес: «Приветствую тебя, брат по духу. Мы уже знаем, что из всех землян ты самый достойный. Мы прибыли из созвездия Плеяды …»

Перестань морочить себе голову, приказал я самому себе. Не было никакого повода, считать данные обстоятельства забавными. Что скрывалось за этими таинственными ночными посадками? Почему они не наладили официальных дипломатических отношений с Землей? И почему их до сих пор не засекли с помощью радаров? Они разработали специальные экраны? Чем больше я об этом думал, тем больше у меня возникало вопросов, на которые я не мог найти ответы.

Еще кое что не выходило у меня из головы… Опасны ли эти существа? Не говорила ли их тайная посадка о том, что они что-то замышляли? В любом случае, свидетельствовало ли научное, техническое развитие также и о высоких моральных устоях? Что, к примеру, если разум с другой планеты видит в нас только варварских существ? Что известно нам о жизненных процессах на других планетах? Техника, наука, нравственная зрелость — это ли не самые современные реактивные самолеты, напалм, спаляющий города и деревни, загрязнение плодородной почвы? Фашистские орды еще и с других планет? Жуткое зрелище. С другой стороны — маленькие попрыгунчики вчера ночью не производили впечатления агрессивных существ. Круг моих размышлений замкнулся.

Вспыхнули первые звезды, Вега поползла к зениту, оглобля Большой Повозки указала на юго-запад. Прибыли ли они с одной из этих солнечных систем?

У меня в ногах мурлыкал Пеппи. Он был ласков, запрыгнул мне на колени, потоптался и свернулся в клубок. Исчезни, котяра. Ты прекрасно ловишь мышей, и при этом приятно согреваешь по ночам, но сейчас ты нежеланный гость. Несколько позже я услышал какое-то шуршание. Кот спрыгнул вниз, и отправился на охоту за калориями. Вместо него появились новые нежданные гости. Действие мази от комаров ослабевало, жужжащие иголки приготовились к атаке, отправили разведчиков, которые вонзили свои жала в мои уши. Я остался сна месте, давал самому себе оплеухи и думал: другие принесли науке большие жертвы; Скот погиб, когда открыл Южный полюс, Амундсен потерпел катастрофу в Северном море, полеты в космос тоже принесли жертвы — сдаться ли мне комарам?

Я с удовольствием бы рассмеялся, настолько идиотским казалось мне все это. Кот, визит из космоса, комары, и Что-то тяжелое оттягивает карман жакета. К счастью, что никто не мог видеть меня и читать мои мысли.

Большая звезда созвездия Лебедя находилась в зените; за деревьями мерцало созвездие Андромеды. Час настал. Я обеспокоился, встал, сделал несколько шагов. На лугу снова растекался туман. В самой середине этого ковра, сотканного из облаков, что-то двигалось… Это были косули. Стадо паслось, чавкало, прислушивалось. Я часто любовался ими прежде, но сейчас эти возмутители спокойствия были мне в тягость. Мгновение я колебался, прогнать ли их, бросив в них камнем, но кто-то меня опередил.