Иван Мак - Время пришло III

− Значит, ты с этим Главнокомандующим сделаешь все, что я тебе скажу, так?

− Да, − ответил он.

− А если я тебе скажу, что его надо убить?

− Для этого должна быть причина.

− Разве у тебя нет причины? Он кто? Настоящий сетвер? Или неос?

− Я этого и не понимаю! И я прошу тебя помочь мне это выяснить!

− Хорошо. Веди меня к нему, коли так.

− Туда надо лететь.

− Тогда, летим!

Она сама задала способ полета и вскоре две голубых молнии пересекли дентрийский город и оказались в доме Главнокомандующего. Четвертый появился там в виде черного тигра, а Марина стала похожей на аборигенку, после чего они вошли в комнату, где сидел сетвер-дентриец.

− Я требую, чтобы вы меня немедленно выпустили! − воскликнул он, увидев вошедших. − И что это значит? − спросил он, глядя на женщину.

− Сядьте и не обращайте внимания на мой вид, господин Главнокомандующий, − произнесла Марина, проходя через комнату и опускаясь на свободный стул. − Нам надо кое о чем поговорить.

− Кто вы? − спросил он, сядясь на другой стул. − И что это за выражение − кое о чем? Вы боитесь назвать тему разговора прямо?

− Мое имя − Мария Какаяпопало. Вам оно о чем-нибудь говорит?

− Нет, не говорит, не считая того, что это имя аборигенское. Вы местная? − последний вопрос он задал на языке аборигенов.

− Это зависит от того, что подразумевать под словом 'местная', − ответила она на дентрийском. − Я бы сказала, что да, я − местная. В том смысле, что я родилась в этой галактике.

− Вы так и не сказали, о чем хотите говорить?

− О заговоре дентрийцев против хийоаков. Заговоре с целью захвата астерианской техники.

− При чем здесь дентрийцы? Я − сетвер, а не дентриец!

− Хорошо. В таком случае, дайте мне вашу часть.

− Что значит, мою часть? − проговорил он.

− Любой сетвер понимает, что такое его часть, с раннего детства. Если вы не понимаете − значит вы не сетвер, − заявила Марина. − Итак, я жду, − она протянула руку. − Достаточно пары грамм, − объявила она, и Главнокомандующий чуть промедлив протянул к ней свою руку и вложил в ее ладонь маленький шарик своей части. Через мгновение он вздрогнул, когда Марина зажала его часть, и она исчезла в короткой вспышке энергетической фазы. − Вы снова дергаетесь?

− Вы только что убили мою часть, почему я должен это воспринимать нормально? − произнес он.

− Вы полагаете, что я убила вашу часть? − удивленно произнесла она и раскрыв ладонь показала шарик биовещества сетвера. Он его не ощущал, но шарик был именно таким, каким он его передавал. Несколько секунд он просто лежал в ладони Марины, затем вдруг растекся, когда в него вошло расслабляющее биополе, и в ее ладони осталась лишь белая кашица, которую она продолжала держать, как ни в чем не бывало. Будь она по настоящему аборигенкой, биовещество уже прожгло бы ее ладонь и утекло бы сквозь нее. − Полагаю, вам уже не требуется доказательство того, что я не с этой планеты? − произнесла она.

− Не требуется, − ответил он. − Я требую, чтобы вы назвали свое настоящее имя и свой вид!

− Свое имя я назвала. Фамилию назвала чужую, признаю, но это просто исторический факт, именно так я назвалась, когда появилась здесь. Сказала им пишите фамилию какую попало, они и записали. А мой настоящий вид... − она поднялась, вышла на середину комнаты и переменилась, обращаясь крыльвицей. − Узнаешь? − зарычала она.

Командующий подскочил на месте и прыгнул на нее, налету обращаясь белым покрывалом и тут же рухнул под ее лапы, становясь дентрийцем. Марина не медлила, когда поняла мысль сетвера, который решил сожрать крыльва и получить таким образом ее генокод, чтобы самому стать подобным крыльву.

− Знаешь, что я думаю? − прорычала она, прижимая дентрийца лапой к полу и склоняясь к его лицу. − Я думаю, никто не возразит против того, что я тебя сожру прямо здесь. − Она взглянула на Третьего, что так и сидел у дверей, как сел, когда пришел. − Ты считаешь иначе, Третий?

− Я считаю иначе, − ответил он. − По закону Хийоаков, разумных нельзя жрать.

Марина вновь взглянула на Командующего и переменилась, становясь белокаменным зверем-астерианцем. Через мгновение человек завопил, когда белая пасть опустилась на его лицо. Марина не убивала его, а просто втянула в себя и усевшись снова взглянула на Третьего.

− Я прошу тебя послушаться не инстинкта, а разума, − произнес он. − И учесть то, что для хийоаков убийство разумного существа, не способного нанести какой-либо вред, неприемлемо. Я не одобрю твой поступок, если ты это сделаешь, но и не буду тебе мешать, потому что... не важно, почему.

− Ты выяснил о нем то, что хотел, Третий?

− Нет.

− Как это нет? По-твоему, настоящий сетвер-хийоак способен кинуться на крыльва с целью его сожрать?

− Так он... − Третий дернулся. − Черт, я... Да, я понял, что он не наш, − произнес он, наконец. Но в любом случае, я считаю, что для него достаточно наказания в виде лишения изменяющейся формы.

− Думаешь, он не найдет своих, которые снова проведут с ним мутацию? − спросила она.

− Я не хочу на тебя давить, − произнес он.

− Но ты именно это и делаешь.

Третий взглянул на нее еще раз прямо и просто исчез.

Рядом с домом возник шум, затем в окна ударил свет прожекторов, раздался звон разбиваемых окон, треск ломаемой двери, и в комнату вломилось несколько дентрийцев-спецназовцев. Все их оружие оказалось направлено на Марину, а она сидела почти не шевелясь, и только дентриец в ее каменном животе чуть дергался и что-то мычал, пытаясь вырваться, но камень астерианца даже не пропускал звук наружу.

Вскоре в доме появился новый дентриец в более высоком звании. Он сразу же определил, что белая статуя, находящаяся в комнате, является астерианцем и обратившись к ней потребовал вернуть похищенного Главнокомандующего.

− Мне его вам прямо тут высрать? − спросила Марина, сверкнув каменными глазами.

− Высри прямо тут! − выпалил он, и белый звереь перед ним поднялся, затем чуть присел, так, как это делают животные, и из его зада вывалился дентриец, перемазанный в собтвенных фекалиях и с соответствующим ароматом.

Свалившись на пол, он поначалу не двигался, затем дернулся, вздохнул и подавился, после чего долго кашлял, но к нему никто не приближался.

− Вы все сдохнете, − проговорил он, наконец, открыв глаза и глядя на вооруженных людей. − И ничто вам не поможет! − закричал он, после чего поднялся на ноги о обернулся вокруг. Увидев белокаменного зверя, он шарахнулся от него, подскользнулся на своих испражнениях и рухнул на пол.

− Мне пора уходить, − заявила Марина.