Кэтрин Азаро - Утренняя заря

Джейто захлестнула волна облегчения, за которым последовали недоверие, обида и смущение. Одним из немногих утешений и удовольствий в его жизни на Анзатце было создание этой птицы. А теперь каждый раз, глядя на статуэтку, он будет вспоминать, как женщина отвергла ее.

Джейто поднялся, и на лице ее отразилось какое-то чувство. Сожаление? Оно было смешано с другими эмоциями, возможно смущением, даже страхом отказа. Оно промелькнуло слишком быстро, чтобы он мог распознать.

Женщина встала.

— Могу я попросить вас о другом даре? О таком, который я могу принять, не нарушая правила?

У Джейто не было никаких других даров.

— Что вы имеете в виду?

— Мне хотелось бы осмотреть Найтингейл. — Она помедлила. — Может быть, вы покажете мне город?

Так ей нужен гид? И верно, он был наилучшей кандидатурой: Мечтатели никогда не снизошли бы до того, чтобы оказать чужаку подобную услугу. Но обычно люди предпочитают обойтись без гида, не желая общаться с осужденным преступником.

Конечно же, в его досье говорится, что он «исправился». А кроме того, ходили слухи, что Глашатаи обладают сверхъестественной силой и ловкостью. Возможно, она настолько уверена в себе, что не видит в нем угрозы.

— Хорошо, — сказал он.

— Ну что ж, отлично. — Оно появилось снова, это обманчивое смущенное выражение. — Тогда, может быть, мы, э-э-э, пойдем?

Он улыбнулся:

— Мне будет проще, если я смогу как-нибудь называть вас.

— О да. Разумеется. — Она по-настоящему покраснела. — Соз.

— Соз. — Джейто низко поклонился ей. — Очень приятно познакомиться.

Выражение ее лица смягчилось, на нем появилась улыбка.

— Мне тоже очень приятно.

Они спустились в вестибюль в неловком молчании. Оказавшись на улице, они быстро пошли через каменный сад гостиницы; высокие фонари освещали минеральные формации высотой с человека, отбрасывавшие длинные тени. На первый взгляд казалось, что камни расположены произвольно, но на самом деле в основе лежала некая упорядоченность, рассчитанная по теории хаоса

Джейто попытался расслабиться. Они с Соз шли по дорожке, ведущей к центру города, Разговоры всегда были для Джейто камнем преткновения. В ранней юности он попытался обсудить этот вопрос с отцом, когда они выпалывали сорняки в поле.

— Насчет девушек… — начал он тогда.

— А что с девушками? — спросил отец.

— Ты знаешь.

Отец присел на корточки.

— Относись к ней хорошо, и она будет к тебе хорошо относиться.

— Я не умею говорить.

— Тогда слушай.

— Не знаю, что значит «относись к ней хорошо».

— Так, как ты хочешь, чтобы относились к тебе. Джейто подумал, что произойдет, если девушка станет относиться к нему так, как он хочет…

— А что, если у нас возникнут проблемы? Отец нахмурился:

— Постарайтесь этого не делать.

Джейто рассчитывал, что отец, который стал его отцом спустя всего лишь несколько недель после свадьбы с матерью, даст более развернутый ответ.

— А как быть, если это все-таки случится?

— А ты позаботься о том, чтобы этого не было. — Отец махнул мотыгой в сторону Джейто. — Если собираешься сажать семена, мальчик, будь готов принять на себя ответственность, когда они взойдут. — Подняв голову, он взглянул через поле на мать Джейто, которая возилась с поливочными шлангами; длинные волосы рассыпались по плечам, вокруг играли в пыли или помогали ей пятеро младших братьев и сестер Джейто. — Выбери для этого место, которое ты будешь ценить. — Голос его смягчился. — Место, которое сможешь любить.

Джейто внимательно смотрел на него:

— А ты сделал так?

Отец обернулся, и лицо его излучало нежность.

— Да, я сделал это.

Это было самое большее, что Джейто смог вытянуть из него по поводу женщин, секса и любви, но отцовский совет неплохо помогал ему многие годы. Однако в Найтингейле ему очень редко удавалось даже побеседовать с женщиной, не говоря уже о том, чтобы гулять с ней. Так что идти рядом с Соз было непривычно.

В конце концов дорожка превратилась в бульвар. Они оказались на площади перед Симфоническим Залом, около выложенного плиткой бассейна. Включилась лампа, бассейн залился розовым светом, и из воды возник фонтан, описывающий дугу. Затем включилась золотая лампа, за ней — фонтан из двух арок, затем зеленая и три дуги, и так далее, и каждый фонтан добавлял что-то к общей картине. Все вместе они образовали огромный туманный квадрат. Водяные брызги летали вокруг, и туман окутывал лица Джейто и Соз.

— Это прекрасно, — сказала Соз.

Джейто смотрел на нее, очарованный этой картиной: окрашенный во все цвета радуги туман окружал ее, словно аура, придавая ее милому лицу нечто небесное. Она была похожа на акварельный портрет, выполненный светящимися красками.

— Это называется Фонтан Фурье, — объяснил он. Она улыбнулась:

— Это как ряд Фурье?

— Верно. — Он сделал над собой усилие, чтобы не выпалить, как ему нравится ее улыбка. — Водяные арки не могут комбинироваться, как настоящие волновые гармоники, но в общем процесс передан неплохо.

— Это уникально. — Она глянула вниз, на его руки. — Джейто, посмотрите. Ваша птица.

Он поднял статуэтку и понял, что Соз имеет в виду. Свет ламп отражался от поверхности птицы так, что окружал ее фигуру радужным нимбом.

Соз протянула руки:

— Можно мне?

Он отдал ей статуэтку, и Соз повертела ее из стороны в сторону, глядя, как свет переливается на ее гранях.

— Что вы имели в виду, говоря, что она играет музыку?

— Угол каждой фасетки обозначает ноту. Интересно, найдет ли он слова, чтобы объяснить это?

Прежде чем сочинять фугу, Джейто пытался изучать теорию музыки, но в итоге ему пришлось довольствоваться тем, что казалось ему верным. Он не играл на музыкальных инструментах и не мог мысленно написать ноты, не услышав их сначала. Джейто нужен был компьютер, чтобы исполнять его сочинение. Мечтатели упорно игнорировали его просьбы обучить его работе в сети, так что он пробирался на ощупь и в конце концов научился пользоваться одной консолью в библиотеке.

— А я могу услышать эту музыку? — спросила Соз. Эта просьба вызвала у Джейто неожиданный приступ паники. А вдруг ей не понравится то, что она услышит, этот музыкальный автопортрет, который он создал с таким трудом?

— Я не могу играть ее, — ответил он. — Для этого нужны четыре арфы, построенные по принципу сферических гармоник.

— Мы можем сделать это на сетевой консоли. Джейто едва не сказал «нет». Но он должен ей за Сон, а фуга оплатит его долг. Прогулка по Найтингейлу не в счет; долг за Сон мог быть оплачен только произведением искусства, созданным должником. Но он все еще сомневался: