Феликс Дымов - Благополучная планета (Сборник)

Выходит, кому-то на корм заготовлены? Ну, спасибо. Дожили!

Грег ужал и уплотнил защиту — все ж таки кто знает, что за «желудочный сок» у этого безумца? Вдруг и силовое поле растворит?

Всерьез в новую версию Сотт пока не верил. Еще храбрился, зубоскалил, прикидывал, как они похихикают друг над дружкой в салоне флая. Однако приличного объяснения тому, что случилось, не находил. Живое…

Растущее… А главное — на кой ляд?

Увы, вопросов было в несколько раз больше, чем ответов.

5

Кто с детства не мечтает о приключениях? Об островах сокровищ. О подвигах трех мушкетеров. Об освоении планет и мужественной разведке в стане врагов человечества. О спасении верных друзей. Будущий зодчий (по первой специальности) Айт Лунгу не был исключением. Он тоже играл в пиратов, грезил кладами, сочинял бесконечные головокружительные истории. И все же никогда не помышлял о том, чтобы его «мечты» исполнились. Да ещё так нелепо, скопом, как раз в ту минуту, когда меньше всего этого хочешь.

Неподвижное «висение» внутри противоперегрузочного кокона (только нос наружу!) изматывало не меньше неизвестности. Ослабление перегрузки Айт воспринял с облегчением. Еще большее облегчение испытал, когда ускорение начало падать, путы ослабли, тело получило частичную свободу — ну как, скажем, в скафандре под водой: двинешь рукой — и чувствуешь сопротивление среды, движение растягивается на секунды… Рума воспользовалась передышкой, уползла с головой в кокон, шумно чесалась и искала несуществующих блох. Она была собакой тренированной и помнила: на участке торможения её снова скует приспособленное под её рост кресло.

Торможение ударило внезапно. Айта бросило вперед, сколько позволил мгновенно очерствевший кокон. Тело словно сквозь смолу продрало, разворачивая и фиксируя в нужной позе. Автоматика сработала точно. А вот на экране творилось черт-те что: с планеты навстречу флаю взлетал гусиный караван. Векторы полета каравана и флая пересекались. Бортовой компьютер срочно обсчитывал, как две прямые разомкнуть: во времени или в пространстве?

Айт взял управление на себя, то есть отнял у компьютера целых тринадцать процентов самостоятельности. Через полтора часа ткнемся в атмосферу. Имени первой планете исследователи не дали, назовем её для приличия… ммм… А хотя бы по первому, пришедшему в голову звукосочетанию — Куздра. Итак, пойдем по спирали вниз, пропуская под собой виток за витком всю поверхность планеты, прочесывая её локатором, вылизывая лучом направленной связи. И если только ребята тут (а где же еще?!), он их найдет. Будь там целая база летающей посуды, упрячь захватчики землян в шахту, накрой тремя ангарами, все равно против направленной связи не устоять. Связь — она свое дело знает, она высветит, она укажет, почему это отмалчиваются ребятишки, почему не пробиваются навстречу, почему не разнесут все в клочья своими защитными полями…

Теперь с гусями. Как и следовало ожидать, никакие они не гуси, а скорее гусеницы, потому что ни туловищ, ни крыльев, сплошные шеи. Клин, правда, натуральный гусиный. Вот он разворачивается и… Стоп! Это же они с ребра узкие, а плоскости — полнопрофильные кругляши. Летающие тарелки. Штурмовой отряд имени Галактической Империи. Выходит, на Куздре у них база. Притом с недавних пор. Не могли же разведчики, исследователи, а вслед за ними ТФ-монтажники не заметить аборигенов?! На Ягодке ведь приматов заметили, наладили дружбу, внесли планету в прогулочный маршрут. Кто бы на это рискнул, столкнись они тогда с агрессорами? Значит, агрессора тут не было.

Никого тогда не было. Явились свеженькие, как Лянкин школьный аттестат.

Вылетели из своей звездной системы, скрытно приземлились, произвели разведку боем и — как это?.. — захватили «языка». По идее, надо сворачивать манатки и мчаться за специалистами. Но разве бросишь друзей?

Гусиный клин ещё раз дружно развернулся (черти! как на воздушном параде!) и лег прямиком на Хильдус. Если даже инопланетные гуси приговорили себя к самосожжению, мешать им Айт не намерен. Лишь бы среди них не оказалось землян. Качнул антенной — нет, сигналов нет. Будь ребята там, будь они даже без сознания, мигалки эйгиса непременно дадут знать. Тем более если без сознания… Вообще-то мигалки должны работать во всех случаях. Для направленной передачи это все — не расстояния. Не выстроили же тарелочники на планете пункт нуль-транспортировки, не отправили же пленников в иные миры?

Клин продолжал удаляться, но режима торможения Айт не ослабил.

— Ничего, Румочка, потерпим, — приговаривал он больше для себя, чем для собаки. — Полакай соленой водички, лизни витамин. А больше ни-ни. И не скули. Хорошие собачки понимают, когда чего можно. А ты ведь у нас хорошая собачка, ты ведь у нас собачка корабельная, да?

Назад, на три пустых кресла, он старался не смотреть. Да и кокон не позволял.

У границы атмосферы Айта ждал сюрприз: шестерка вражеских кораблей вынырнула цепочкой из-за горизонта и развернулась во фронт.

Айт стиснул зубы. Прекратил торможение. Врубил импульс предельной скорости вперед. И мысленным усилием, бессознательно откидываясь в кресле, поднял нос флая над горизонтом планеты. Конечно, телесные движения непосредственно в управлении не участвуют — где им поспеть за мыслью? Но это как в сложном гимнастическом упражнении, когда помогаешь себе губами, бровями, кончиком языка. Из-за этого, кстати, Айта не выпускают на главные соревнования: неэстетично, мол, выглядишь, дорогой товарищ!

Куздра и тарелки рывком ушли под нижний срез экрана. На миг Айт сжался, ощущая себя в перекрестье прицелов, ожидая залпа в незащищенный бок корабля. Залпа не последовало. Айт нащупал утерянный при рывке след чужака. Снова торможение — всеми дюзами, всей мощью. Перегрузка внутри кокона возросла до трех «же». Рев разрываемой атмосферы перекрыл рев двигателей. Ничего, Румочка, терпи. Теперь скоро.

В поле экрана одна за другой вползли шесть летающих тарелок. Айт решил было, что это новый патрульный отряд. Но компьютер опознал старых знакомых. Успели перестроиться и догоняли, уверенно захватывая флай в шестигранный пакет. Живьем нацелились взять. Судя по маневру, автоматы — существу из плоти и крови таких виражей не выдержать! Что ж, граждане автоматы, пеняйте на себя. Я вас ни о чем не просил. Держись, псина!

Все девять тормозных парашютов, включая экстренные и аварийные, одновременно выстрелили из кормового отсека. Пружинящие стропы рванули флай вверх. Вражеские перехватчики — все, кроме одного, — пронеслись мимо и неминуемо должны были столкнуться между собой в той точке, в которую так и не прибыл земной корабль. Но они красиво и дружно развернулись. И пятью устремленными в небо пальцами снова легли на курс преследования. Что же касается шестого, то ему не повезло: полотнище парашюта перекрыло половину его сектора. Он увильнул, но зацепил за край, запутался в стропах и трепыхался, беспорядочно двигая манипуляторами, дергаясь, раскачивая флай.