Иван Мак - Время пришло II

За маленьким зарешеченным окошком небо обратилось из голубого в темносинее, когда дверь в камеру заскрипела, и в проеме появилась фигура человека.

− Есть здесь кто-нибудь? − раздался вопрос на дентрийском языке.

− Нету никого, − буркнула в ответ Дана. − Заходи на вечеринку, − добавила она, когда поднялась и увидел человека в дверях.

− Выходите, − произнес он. − Оба, − добавил дентрийец, когда увидел и проснувшегося Мая.

− Кто ты? − спросил его Май.

− Меня зовут Фур Сархас, − ответил дентриец. − Меня наняли, чтобы я перевел ваши документы на официальный язык этого района.

− Района? − переспросила Дана. − А почему не на официальный язык планеты?

− Потому что на официальный язык планеты ваши документы переводить незачем. Дентрийский является одним из них. Я и сам не понимаю, почему вы приземлились именно здесь, а не в столице Тиверада, например.

− Из космоса не было видно надписей над космодромами о том, какой из них столичный, − произнес Май. − Мы выбрали тот, что показался самым крупным.

− Да уж, − усмехнулся Фур. − Хеммеры явно перестарались, когда строили свой космопорт.

− Хаммеры? − удивленно произнесла Дана. − Это кто?

− Это те, образины, что вас встретили и запихнули сюда.

− Образины? И ты не боишься их так называть? − удивился Май.

− Судя по всему, вы не знаете всей обстановки на Тивераде, − ответил он. − Если вы сделаете все, как я скажу, могу гарантировать, что у вас не останется никаких проблем.

− А с чего ты взял, что у нас есть какие-то проблемы? − спросил Май.

− Разве, попадание за решетку к хаммерам для вас не является проблемой?

− А ты нас отсюда вывел, разве не с их согласия?

− С их, но они на это пошли вовсе не от уважения к дентрийцам.

− Именно, − буркнула Дана. − Может быть, ты, Фур Сархес, объяснишь нам, каково отношение к крыльвам на этой планете?

− Если бы вы знали, кто такая Рута Каррвенс, вы бы этот вопрос не задавали.

− Фур, давай, без ребусов, − произнес Май. − Мы скоров ыйдем из этого коридора, и тебе будет намного лучше, если ты ответишь на вопрос Даны прямо и бeз всяких уверток.

− Рута − Императрица Тиверада − крыльвица. Это вы знаете?

− Не знаем, − ответила Дана.

− Вот потому вы и задаете свои дурацкие вопросы. Из-за них, видимо, хаммеры вас и посадили за решетку, потому что перепугались и не захотели брать на себя ответственность за то, что станет с вами, если что-то пойдет не так.

− А что может с нами стать? − спросил Май.

− В районе хаммеров дентриец может пропасть, и его никто не станет искать. Просто потому что здесь нет нормальной власти, а работает только закон джунглей, по которому прав тот, у кого когти длиннее. Кроме того, хаммеры сильно злы за то, что им лапы укоротили, когда они попытались наложить эти лапы на Тиверад.

− Кто же это сделал? − спросил Май.

− Рута, кто же еще! Она, хоть и людоедка, но в глобальных делах людей в обиду не дает.

− И ты знаешь, почему? − спросила Дана.

− Это каждый знает, кто историю учил. Потому что ее мужем был человек.

− Был? А теперь его нет?

− Он умер, и Рута очень тажело это пережила. Ей было так плохо, что она улетела в космос и вернулась только через двенадцать лет. А когда вернулась, тут властвовали узурпаторы. Вот их-то она ничуть и не пожалела, хотя они и были людьми.

Коридор закончился, и троица оказалась перед группой местных хозяев.

− Говорю только я, а вы молчите, − произнес Фур Сархас перед тем, как выйти.

Полчаса спустя хаммеры сами довезли трех человек до площадки, на котором стоял приземлившийся аппарат Мая и Даны, после чего позволили им взлететь и выдали все данные для пролета к столичному космопорту.

− Что-то мне подсказывает, что ты обыкновенный прохиндей, Сархас, − заговорил Май, когда аппарат приняли на новом месте. − И от хаммеров ты просто-напросто сбежал с нашей помощью.

− На Тивераде профессия прохиндея достаточно хорошо ценится, − ответил Фур Сархас. − Вот вы, например, как собирались от хаммеров уходить?

− Ножками, − ответила Дана.

Часть  II.  Переворот.

− Закрывайте выход и запускайте мост! − воскликнул человек, вбежавший в перемещаемую капсулу моста.

− Вы собираетесь лететь так? − спросил кто-то, оглядев вбежавшего.

− Не важно, как! Быстрее! Сюда летит дракон!

За окном действительно появился огромный крылатый зверь, он носился над городом и метал молнии, уничтожая здания и машины.

Командир больше не медлил и включил механизмы закрывавшие входной шлюз. Камера погрузилась в полутьму, и люди притихли, ожидая слов о начале космического прыжка.

− Старт! − объявил командир. Раздался грохот, за небольшими окнами исчез металл, окружавший капсулу и осталась непроглядная тьма в ничто. Теперь капсула находилась вне пространства и времени. Она неслась к цели и десять минут спустя с грохотом влетела в приемную камеру, располагавшуюся во многих световых годах от места старта.

− Прибыли, − объявил капитан. Люди зашевелились. − Снаружи минус тридцать, − сообщил капитан, прочитав информацию с экрана.

− Что? − проговорил непутевый пассажир, вскочивший в камеру последним.

− Это Игрумина, господин, − сказал какой-то мальчишка. − Здесь всегда зима, а у вас нет шубы.

Выход из капсулы открылся, и в нее вошел сухой морозный воздух. Непутевый теперь только ежился в своей легкой одежде. За его спиной был рюкзак, в котором послышался тихий скулеж.

− Что это у вас там? − спросил капитан.

− Зверь, − буркнул человек. − Вы полетите обратно?

− Еще не знаю. Часа два надо ждать следующего окна. Куда назначат, туда и полетим.

− Значит, я могу выйти?

− Если не боитесь превратиться в ледышку.

− Посмотрим, − буркнул тот и шагнул вслед за последним пассажиром.

Снаружи стоял холод, хотя станция космического моста и располагалась под большим куполом.

− Ваши документы, − произнес человек в форме, подходя к прилетевшему. Тот вытащил свои бумаги, и контролер долго рассматривал их. − По-моему, вы попали не на ту планету, господин Маори Атар. Это Игрумина. У вас нет регистрации.

− Я не задержусь здесь надолго. Мне не повезло, попал не в ту капсулу. Здесь можно где-нибудь купить теплую одежду?

− Там, − указал служивый и оставил незадачливого пассажира. Тот направился в указанном направлении и вскоре нашел магазин, где торговали шубами и другими теплыми вещами. Недостатка в деньгах человек явно не испытывал, да и местные цены на теплые вещи оказались далеко не заоблачными, как могло бы быть на других вокзалах.