Вернор Виндж - Война с "Миром"

Совершенство, совершенство. Сама форма Купола была абстракцией, выходящей за грань реальности. Его идеальная, зеркальная поверхность отражала лунный свет — причем отражение было таким же ясным и четким, как и сам оригинал. Так что окрестности освещались двумя лунами — одна сияла высоко в небе, а другая лила свет с поверхности Купола. Да плюс в открытом море виднелось более естественное отражение расплывчатого серебра, простирающееся за горизонт. Три луны пылали в ночи!.. А днем огромное зеркало точно так же отражало солнце, Ларри Фолк утверждал, будто фермеры старались так сажать свои растения, чтобы с пользой для себя использовать двойное солнце.

Кто создал Ванденбергский Купол? Единственный Истинный Бог? Бог джонков или Бог англов? А если он был сделан людьми, то как? Что может находиться внутри? Вили задремал, представив себе идеальное ограбление — забраться внутрь и украсть сокровища, которые должны быть просто невероятными, раз они скрыты таким удивительным Куполом…

Когда он проснулся, повозка ехала по лесу, продолжая подниматься вверх, а вверху смыкали свои кроны темные деревья. Высокие сосны медленно колыхались, о чем-то шепча на ветру. Вили еще никогда не приходилось видеть такого огромного леса. Настоящая луна опустилась уже довольно низко; ее серебристые лучи лишь иногда проникали сквозь ветви, освещая деревья впереди и поблескивая на гладких сосновых иголках. Над головой Вили раскинулась ночная лента неба — она была светлее деревьев и выделялась на их фоне. А на небе сияли звезды.

Слуга англа придержал лошадь. Древняя бетонная дорога кончилась; теперь они ехали по тропе, и повозка стала передвигаться с большим трудом. Вили пытался смотреть вперед, но одеяло и остаточный эффект действия станнера мешали ему. Потом он услышал, как старик что-то негромко сказал в темноте. Пароль! Вили наклонился, чтобы проверить, нашли ли полицейские второй нож. Нет. Нож по-прежнему привязан к внутренней поверхности икры. Еще в Лос-Анджелесе он много слышал о стариках, командующих рабочими лагерями. Этого раба старик не сумеет заполучить.

Через некоторое время раздался женский голос, весело приглашающий в дом. Лошадь снова затрусила вперед. Вили так и не удалось разглядеть обладательницу голоса.

Повозка свернула на следующем перекрестке, и теперь колеса почти беззвучно скользили по ковру хвои, устилавшему дорогу. Еще сотня метров, еще один поворот…

Это был настоящий дворец! Деревья и виноградная лоза со всех сторон окружали строение, но не могли скрыть великолепия дворца, хотя и куда более открытого, чем крепости вождей джонков в Лос-Анджелесе. Вожди обычно перестраивали особняки, оставшиеся после Катастрофы, обносили их заборами из колючей проволоки, по которой пропускали ток, а в стенах делали бойницы для пулеметов. Этот дворец тоже был старым, очень странным, однако никаких устройств для обороны нигде не видно — что могло означать только одно: хозяин контролирует территорию на многие километры вокруг. С другой стороны, когда они ехали сюда, Вили не заметил часовых, которые бы охраняли подъезды к дворцу. Впрочем, северяне вряд ли столь глупы и беззащитны, как это кажется на первый взгляд.

Повозка проехала мимо особняка. Узкая дорога вывела на широкое расчищенное место перед входом, и Вили наконец сумел все как следует разглядеть. Этот дом был меньше дворцов Лос-Анджелеса, его внутренний двор никак не мог бы вместить всех слуг и семью большого вождя. Однако само здание было массивным, а дерево и камень искусно соединялись друг с другом. Редкие лучи лунного света отражались от ажурных металлических украшений и оставляли летучие образы лунного лика на гладко отполированном дереве. Крыша была темнее, от нее свет почти не отражался. Фронтон дома украшала странная башня: сверкающая тонкая игла, усыпанная темными сферами, от пяти сантиметров до двух метров в диаметре.

— Просыпайся, приехали.

Старик мягко потряс Вили за плечо и развернул одеяла. Вили с трудом удалось сдержаться и не броситься на него с ножом. Сделав вид, что никак не может проснуться, он тихонько что-то проворчал себе под нос.

— Давай я тебе помогу, дружок, — сказал слуга Моралес.

Вили позволил Моралесу помочь ему слезть с повозки. По правде говоря, он еще не очень уверенно стоял на ногах, но чем меньше они знали о том, на что он способен, тем лучше. Пусть думают, что он очень слаб и не понимает по-английски.

От главного входа к ним прибежала служанка (не мог же вход для слуг быть таким роскошным?). Больше никто не появился, но Вили решил вести себя тихо, пока ему не удастся узнать побольше. Женщина — средних лет, как и Моралес — радостно приветствовала мужчин, а затем повела Вили по вымощенной плитняком дорожке ко входу в дом. Вили шел, опустив голову и делая вид, будто еще не совсем пришел в себя. Впрочем, краем глаза он успел заметить, что от дерева до боковой стены особняка огромной паутиной раскинута серебряная сеть.

Пройдя сквозь громадные двери, Вили оказался в тускло освещенном помещении и понял, что этот дворец ничем не отличается от дворцов в Пасадине, хотя здесь и не видно великолепных произведений искусства и золотых статуэток. Его повели наверх (вовсе не вниз! Какой уважающий себя вождь поселит своего самого ничтожного слугу на верхнем этаже?) по широкой лестнице, а потом они оказались в комнате под самой крышей. В окно светила им луна. И окно казалось достаточно большим для того, чтобы Вили смог через него убежать.

— Tienes hambre? «Ты голоден? (исп.)» — спросила женщина.

Вили, удивляясь самому себе, покачал головой. Он на самом деле не был голоден; наверное, еще не совсем прошло действие станнера. Женщина показала ему туалет в соседнем помещении и велела ложиться спать.

А после этого его оставили в комнате одного! Он лежал на кровати и смотрел в сторону леса. Ему казалось, что он видит свет, исходящий от Ванденбергского Купола. Вили уже почти перестал удивляться своему везению, он только благодарил Единственного Бога, что не сбежал прямо от входа в особняк. Кем бы ни был хозяин этого дворца, он совсем не заботился о безопасности, да еще и нанимал на работу дураков. Через неделю Вили будет точно знать, чем можно поживиться в этом особняке, а потом сбежит отсюда, прихватив достаточно добра, чтобы очень долго жить припеваючи.

ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ

Рождение нового мира капитана Эллисон Паркер сопровождалось скрежетом металла.

В течение нескольких минут она просто прислушивалась к своим ощущениям. К ней пытался подползти Квиллер, его лицо было в крови. Сквозь разбитый корпус виднелись деревья и бледное небо. Деревья?