Сергей Розвал - Лучи жизни

- Мы расплавили бы металл.

- Вряд ли...

- Кстати, профессор, что это за металл? - спросил Уиппль. - Зачем он?

- Я не имел права выпускать лучи из лаборатории до полной проверки их действия. Через обычные стены они проникают. Известно, что подобные лучи задерживает свинец. Но и он практически неудобен: нужен очень толстый слой, для подвижных занавесей это неприменимо. В последнее время изобретен новый сплав из вольфрама, никеля и меди, со значительно большим сопротивлением проникающим лучам. Этим-то сплавом и облицована лаборатория, из него же сделаны прожекторы и микробораспылители.

- А на какое расстояние действуют ваши прожекторы, профессор? - спросил один из репортеров.

- Это зависит от различных условий. Лучи проникают сквозь кирпичные, бетонные, деревянные, металлические преграды, но, понятно, чем больше они встречают их на пути, тем скорее затухают. В общем, радиус действия больших прожекторов и микробораспылителей колеблется в пределах нескольких десятков километров.

- Профессор, как вы думаете практически осуществить применение ваших лучей?

- Я намечаю целую сеть стационарных и передвижных дезинфекционных станций с большими прожекторами и в дополнение к ним - комнатные дезинфекторы. Что касается микробораспылителей, то наиболее эффективно использовать их с аэропланов.

- А какова природа Y-лучей? - прямо спросил Уиппль.

- Молодой коллега, разрешите на этот вопрос не отвечать, - улыбнулся Чьюз. - Вы понимаете, что во всяком изобретении есть свой секрет. Позвольте мне пока его сохранить. Впоследствии, я надеюсь, в этом не будет необходимости.

- Но по крайней мере, как вы пришли к своему открытию?

- О, это слишком долго рассказывать! Двадцать лет работы. Сколько неудач, сколько разочарований! Через все надо было пройти и не потерять настойчивости, веры в себя. Помню, как однажды вместо лучей, убивающих микробов, я нашел такие, которые, наоборот, пришлись им по вкусу: они гораздо быстрее размножались в этих лучах. Я был в отчаянии. А все оказалось просто: надо было только увеличить интенсивность тех же лучей, и микробы погибали.

- Это парадоксально! - воскликнул один из журналистов.

- Природа подчас парадоксальна, - усмехнулся Чьюз. - Солнечные лучи и лечат и убивают, лучи Рентгена и лечат и вызывают кожный рак и экзему... А в общем, господа, - неожиданно заключил он, поднимаясь, - на днях я читаю доклад о своем открытии. Прошу пожаловать - там доскажу то, чего не успел сегодня.

- В самом деле, господа, мы злоупотребляем любезностью профессора, поспешно сказал один из ученых.

Журналисты шумно поднялись. Посыпались поздравления.

- Простите, профессор, что я посмел усомниться в значении вашего великого открытия! - воскликнул Уиппль. - Нет, это просто необычайно!

Вероятно, с не меньшей скоростью, чем микробы из новоизобретенного распылителя, журналисты разлетелись во все стороны, чтобы сообщить миру о сенсационном открытии профессора Чьюза.

4. Профессор Чьюз выходит из лаборатории

Ты ничего не видишь, ты смотришь в микроскоп.

М. Горький. "Дети солнца".

В жизнь Чьюза ворвались волнения, которых он раньше совсем не знал. Он чувствовал себя, как человек, долго просидевший в темной комнате и вдруг выглянувший на воздух: дневной свет ослепил его... И в этом дневном свете оказалось очень много неожиданного и неприятного...

Прежде всего, он с досадой обнаружил, что репортеры напутали. На Чьюза налетел шквал писем, телеграфных и телефонных запросов. Оглушенный ими, он, в конце концов, посадил к телефону Роберта. Слуга отвечал всем одно и то же. "Читайте завтра в газете "Свобода" заявление профессора". Так как отчет Уиппля оказался наиболее точным, Чьюз уже благоволил и к нему и к его газете.

После того, как заявление было напечатано, письма и телеграммы приняли иной характер: теперь уже не запрашивали, а поздравляли, приветствовали, восторгались, изумлялись.

Академии, научно-медицинские общества - внутри страны и за границей избирали профессора Чьюза своим почетным членом. "Лига борьбы с туберкулезом" избрала великого ученого пожизненным почетным председателем. Знаменитый Институт экспериментальной медицины, учрежденный Докпуллером, Первым миллиардером страны, просил профессора Чьюза прислать доклад с тем, чтобы можно было решить вопрос о присуждении ученому большой национальной премии имени Докпуллера. Премия ежегодно присуждалась за наиболее выдающуюся работу в области медицины.

Чьюза больше всего волновали письма и телеграммы простых неизвестных людей. "Благословляем ваше имя, профессор, - говорилось в одной из телеграмм. - Вы возвращаете нам дочь, больную туберкулезом, которую врачи приговорили к смерти. Сообщите, где и как воспользоваться "лучами жизни".

Бедные люди! Они поверили преувеличенным газетным сообщениям.

Озадачила Чьюза небольшая телеграмма сына: "Горячо поздравляю. Желаю полного успеха. Эрнест". Какого успеха еще желать, когда он, наконец, добился цели, когда он утопает в поздравлениях и приветствиях? Телеграмма пришла из-за границы. Ну что ж, вернется, прочтет восторженные статьи в "Вестнике медицины", в газетах, поймет...

Однако самым поразительным оказалось небывалое обилие посетителей.

К ученому приехал сам Ральф Мак-Кенти, глава "Электрической компании", один из крупнейших богачей страны. Это был еще молодой человек, лет под сорок; его высокая фигура дышала энергией и уверенностью в себе."

Электрическая компания" хотела приобрести монопольное право на изготовление комнатных дезинфекторов. Чьюза, однако, занимало другое. Составленный им "план оздоровления" страны намечал создание нескольких тысяч постоянных и передвижных дезинфекционных станций. Комнатные дезинфекторы должны были лишь дополнить эту систему.

- Позвольте, профессор, - удивленно возразил Мак-Кенти, - кто же оплатит расходы на оборудование станций? Лучи и полезные микробы распространятся в зоне действия станции, продавать их отдельным лицам нельзя. Иное дело комнатные дезинфекторы.

Чьюз терпеливо объяснил, что комнатные дезинфекторы окажутся недоступными для бедняков, лачуги которых больше всего нуждаются в дезинфекции.

- Желание помочь беднякам делает вам честь, профессор, - любезно сказал Мак-Кенти. - Но кто же все-таки будет платить? Мы не филантропическая организация.

- Платить за бедняков? - переспросил Чьюз, мгновенно раздражаясь. - Но ведь из лачуги бедняка микроб легко перекочевывает во дворец миллиардера: это же не человек, перед ним дверь не закроешь. Охотиться за микробами только в собственной комнате! Какая чепуха!

- Да, но кто же заплатит? - нетерпеливо повторил Мак-Кенти.