Олег Костман - Ошибка дона Кристобаля

Ну а это еще к чему? Кристобаль не понимал, куда гнет доминиканец на-этот раз.

- Да, этот путь в известной степени можно представить и как движение вниз...

- Но, если, плывя туда, надо опускаться вниз, значит на обратном пути кораблям придется подниматься вверх, к чему они не приспособлены. И как же, по-твоему, корабли смогут это сделать? Они что, будут ползти вверх, как ящерицы, или прыгать с волны на волну, словно горные козлы с уступа на уступ?

Доминиканец замолчал, давая королевской чете возможность оценить его остроумие.

Вот теперь Кристобалю стал ясен его ход. Не желая проявлять себя в глазах королей явным гонителем нового и, к тому же, вступать в малоинтересный для них отвлеченный спор о форме Земли, монах предпринял хитрый маневр. Он решил, согласившись для вида с идеей Кристобаля, разгромить его, доказав их высочествам полную бессмысленность экспедиции с помощью конкретного, эффектного и убедительного для несведущих в мореплавании аргумента. И, надо сказать, довод святого отца выглядел вполне правдоподобно и производил сильное впечатление. Что ж, не одному Кристобалю сочинять сказочки про индийских и африканских слонов...

Какие же силы стоят за доминиканцем? Во всяком случае, не король с королевой. Если бы ими заранее было принято решение отказать, доминиканец, скорее всего, обрушился бы на саму идею, не предпринимая никаких обходных маневров. Значит, есть еще надежда и надо сражаться до последнего. А как нужно отвечать на такого рода вопросы, Кристобаль знал - у него было немало возможностей научиться этому.

- Святой отец! Я, конечно, разбираюсь в теологии гораздо хуже, чем вы в географии. И то, что я скажу, возможно, покажется вам не заслуживающим внимания. Но неужели вы так низко оцениваете могущество господа нашего, что всерьез полагаете, будто, создавая западный путь в Индию, он не сможет создать обратного пути для благополучного возвращения тех, кого он вдохновил на это опасное путешествие?..

Кристобаль поднял глаза на Изабеллу и увидел, что по ее губам едва заметно промелькнула тень улыбки. Кажется, теперь можно надеяться на ее поддержку...

"Ты очень старался сплести для меня прочную сеть, - подумал Кристобаль о доминиканце, - так вот, голубчик, попробуй теперь выпутаться из нее сам".

Святого отца, без сомнения, ожидало мало приятного: быть уличенным даже в малейшем намеке на отрицание всемогущества бога - где-где, а в Кастилии это кое-что значило!

Королева встала.

- Де Кинтанилья много говорил нам о вас. Он постарался обеспечить вас поддержкой влиятельнейших купцов и банкиров. Но до последнего момента мы колебались в своем решении. И вот сейчас оно созрело. Мы снарядили эту экспедицию. И вы поведете ее в Индию. Но только не сейчас, а позже - как только мы окончательно победим гранадского эмира. А приблизить этот момент поможет ваш друг и благодетель де Кинтанилья, если он сумеет убедить поддержавших вас банкиров предоставить нам для успешного ведения войны необходимые средства...

Аудиенция была закончена.

Кристобаль и верил, и все не мог поверить удаче. Сколько раз, добиваясь приема у лиссабонских вельмож, устраиваясь на ночлег в грязных комнатушках постоялых дворов Кастилии или выклянчивая ссуды в конторах андалузских банкиров, рисовал он в мыслях эту счастливую минуту. И вот она пришла - не в грезах, наяву! Вот она, эта минута - цена многих прожитых лет, раньше времени поседевших волос, растраченного состояния. Но Кристобаль ни о чем не жалел - его экспедиция состоится, и, значит, не напрасно были потрачены и силы, и годы, и деньги. Он поплывет в Новый Свет - а это главное!

Стены залов, через которые шел Кристобаль, раскачивались и подпрыгивали в его глазах, словно баркасы на штормовой волне. Голова кружилась, ноги были будто чужие. Едва не теряя сознания, он вышел из дворца и рухнул без сил у ног стоящих на страже гвардейцев.

В чувство его привел де Кинтанилья.

- Ну вот, - увидев, что Кристобаль приходит в себя, весело сказал он, - самое главное теперь позади. Все остальное уже совсем не так страшно. Поздравляю - ты держался молодцом. Дай бог, чтоб дальше было не хуже. Что говорить - насчет займов - это, конечно, дело тонкое. Но ведь если будет на то воля господня, - он хитро прищурился, - эта проклятая война с Гранадой все равно когда-нибудь да кончится...

И, как всегда, внезапно перейдя от веселого настроения к серьезному, де Кинтанилья совсем другим тоном продолжал:

- У меня, собственно, к тебе вот какое дело. Нужно составить официальный договор с их высочествами. Они считают разумным и справедливым вознаградить тебя за труды. Рекомендую воспользоваться этим как можно быстрее. Ты должен изложить в договоре свои условия.

Условия... Никаких условий не нужно было Кристобалю, кроме одного плыть и плыть по бесконечному Атлантическому океану, пока перед носом корабля не вырастет берег Нового Света. Ради этого мгновения он прожил свою жизнь. Это мгновение - и слава его, и богатство, и почести. Но ведь для Изабеллы и Фердинанда он плывет вовсе не к Новому Свету - он плывет, чтобы найти удобный путь к сокровищам Индии, чтобы обогатить Кастилию и обогатиться самому. А, значит, должен за тот риск, которому подвергается, потребовать плату подороже. И не надо бояться переборщить - чем больше он попросит, тем больше, значит, он уверен в успехе...

- Я готов изложить свои условия.

Тут же, словно из-под земли, вырос слуга с небольшим ларцом в руках, в котором хранились писчие принадлежности и бумага - у предусмотрительного де Кинтанильи в любой момент под руками было абсолютно все.

Кристобаль выбрал перо поострее, обмакнул его в чернильницу. Значит, так. Прежде всего, совершенно обязательно дворянское звание. Ставить во главе такой ответственной экспедиции простолюдина - это же ниже достоинства двора Кастилии и Арагона! Затем какой-нибудь почетный титул. Например, Главного адмирала океанического моря. Что это значило, Кристобаль и сам толком не мог бы объяснить, но звучало внушительно. Второе - обязательно потребовать власть. Это будет, ну, скажем, должность вице-короля всех новооткрываемых земель. Представительно и не слишком хлопотно. Третье и самое основное - богатство. Главное, не продешевить здесь в глазах королевской четы. Если попросить десятую часть всех доходов с новооткрытых земель, достаточно ли будет этого? Пожалуй, для большей солидности надо еще включить пункт о доходах с торговли между Кастилией и новообретенными странами. Ну и, наконец, нужно закончить какой-нибудь малосущественной, но оригинальной пустяковиной. Кристобаль подумал с минуту и приписал последнее условие - золотые шпоры.