Дэниэл Смит - Думай, как Билл Гейтс

Ознакомительный фрагмент

Но не так давно он прошел что-то вроде реабилитации. Многие годы мы наблюдали карикатурное противостояние между Биллом Гейтсом – карманной собачкой большого бизнеса и суперботаником, и Стивом Джобсом – таинственно крутым апологетом индивидуальности и философии «думай иначе». Когда Гейтс отошел от каждодневного управления всеми делами Microsoft, он открыл себя миру с совершенно новой стороны, как один из главных филантропов современности. Теперь он уже не просто самый известный программист на планете, сыгравший одну из главных ролей в том, что знаменитый документальный фильм 1996 года назвал «Триумфом ботаников». Теперь он непримиримый борец против болезни, несправедливости и неравенства. Своего рода супергерой, если хотите. И в этом уже нет ничего «чудаковатого». Но даже если бы и было, Гейтса это не волнует. В интервью газете Daily Mail в 2011 году он говорил: «Слушайте, если под этим словом вы подразумеваете готовность взять 400-страничную книгу о вакцинах, описывающую, в каких случаях они действуют, а в каких нет, изучить ее, а затем, опираясь на полученные знания, подтолкнуть других к расширению своего кругозора, тогда, безусловно, я – „ботаник“. Охотно признаю себя виновным».

Не упусти свой шанс

Давай откроем компанию. Давай просто это сделаем.

Как бы ни сомневался Гейтс в своем будущем, пока учился в Гарварде, но не упускал ни одной возможности из тех, что представлялись на его пути – как он делал всю свою жизнь. Там, где человек более осторожный мог бы остановиться и оценить риски, Билл Гейтс с юных лет демонстрировал врожденный инстинкт делать правильный выбор.

1975-й год изменил для Гейтса все, в немалой степени благодаря Полу Аллену и Altair 8800. Именно Аллен первым увидел статью в Popular Mechanics, где в деталях был расписан выпуск революционной машины. Он связался с Гейтсом в Гарварде и предложил работать над созданием языка для нее. В сущности, Altair 8800 был, несмотря на все его функции и цели, всего лишь коробкой с мигающими лампочками, а Аллен верил, что из него можно сделать много, много больше. Как говорил Гейтс годы спустя, Аллен заклинал его объединить их накопления и создать свою компанию. Они набросали несколько имен для зарождающейся корпорации. Одним было «Аллен и Гейтс» (именно в таком порядке), но в итоге они остановились на Micro-soft (поскольку они собирались производить программное обеспечение для микрокомпьютеров). Дефис они выбросили через несколько месяцев.

Между сочинением имен для своего будущего предприятия и воплощением его в жизнь лежит огромная пропасть. Но у Гейтса и Аллена хватило упорства и смелости, чтобы ее перешагнуть. Конечно, начинание их пугало: они боялись, что могут пропустить революцию программного обеспечения. Нужно было не упустить момент, который больше не повторится. Руководствуясь принципом «Кто не рискует, тот не пьет шампанского», Гейтс решился связаться с Эдом Робертсом, основателем MITS.

Он сказал Робертсу, что они с Алленом (совершенно никому не известные люди) создали интерпретатор для Altair 8800, который позволял компьютеру запускать программы на BASIC, что расшифровывается как «универсальный код символических конструкций для начинающих» – язык, популярный с середины 1960-х. Неожиданно это заинтриговало Робертса, и он организовал им демонстрацию в одном из офисов своей компании в Альбукерке, в Нью-Мексико, через шесть недель. Это был успех! Правда, конечно, у Гейтса и Аллена пока решительно нечего было показать MITS. Но, как говорится, время рождает героев.

Главной проблемой, конечно, было то, что у них не было доступа к Altair 8800 и не было денег, чтобы купить себе этот компьютер. Но у них была смекалка. Гейтс настроил защищенный доступ к мейнфрейму в Компьютерном центре Айкена в Гарварде, а Аллен использовал все информацию, которую смог найти в Popular Mechanics, чтобы создать эмуляцию. Весь февраль и март они работали не покладая рук, бóльшую часть времени проводя в комнате Гейтса в общежитии, и постепенно создали программу приличного качества.

Они выбились из сил, стремясь сделать программу отточенной, простой и максимально элегантной. В книге Джеймса Уоллеса и Джима Эриксона «Жесткий диск» приводятся слова Гейтса об этой эпопее: «Это была самая крутая программа, которую я когда-либо написал».

Наконец, они решили, что Аллен поедет презентовать программу в Альбукерке и будет продолжать ее отшлифовывать даже в пути на встречу с главой MITS. Робертс был действительно впечатлен тем, что увидел (даже не зная, как быстро они успели создать программу). Он согласился купить ее за 3000 долларов и авторские отчисления. Этой программе суждено было стать золотым стандартом в индустрии в ближайшие шесть лет, и Гейтс поставил себе целью сделать все программы Microsoft таким же золотым стандартом.

Благодаря их успеху Аллен получил работу в MITS в качестве главного разработчика. Гейтс взял небольшой академический отпуск в Гарварде и присоединился к нему в Альбукерке, где работал по контракту. Вскоре после возвращения в Массачусетс он решился уйти из университета окончательно – что и сделал в июне 1975-го. Они с Алленом действительно решили вложить все силы в Microsoft, чтобы стать лидерами индустрии, существовавшей тогда только в зародыше. Впрочем, явно понимая, куда дует ветер. Эпоха персональных компьютеров лишь маячила миражом на горизонте, и буквально никто (кроме еще одного маленького стартапа Apple) не производил компьютеров с собственным ПО. Так что многим производителям компьютеров нужно было программное обеспечение для работы их машин. Стив Джобс удачно выразился о рождении Microsof: «Билл создал компанию по разработке программного обеспечения раньше, чем кто-либо понял, что такое программное обеспечение».

Партнеры-учредители согласились, что Гейтс должен быть президентом компании, а Аллену следует занять должность вице-президента. Кроме того, поскольку Аллен зарабатывал в MITS, Гейтс убедил его, что ему должны принадлежать 60 процентов акций, а Аллену – только 40. С самого начала Гейтс держался принципа, что любые средства хороши в любви, войне и бизнесе.

Первое время державшаяся на плаву благодаря сделке с MITS, компания Microsoft вскоре имела свой собственный список клиентов. Гейтс в это время прилагал неимоверные усилия, чтобы пробить путь для своей компании. Он не только участвовал непосредственно в программировании, но и заботился об административной стороне дела, параллельно занимаясь поиском новой работы. Когда отношения с MITS в 1977-м подошли к концу, у Microsoft уже не было никаких причин оставаться в тихой технологической заводи Альбукерке. Гейтс и Аллен были готовы вернуться домой и переместили свою компанию в Белвью, Сиэтл, в 1979. К этому времени у них было уже тринадцать сотрудников. За два года их штат увеличился в десять раз, а к 1983 году он достиг численности в 500 человек (к тому моменту, когда Гейтс покинул руководящий пост в 2008-м, штат составлял около 9000 сотрудников). Гейтс гордился тем, что знает члена каждой команды по имени, однако эти времена быстро закончились. Microsoft попал в большую лигу, так что Гейтс мог быть спокоен, что свою возможность он не упустил.