Александр Ломм - Муравьиный Царь

Тогда Зденек понял, что больше ему тут делать нечего. Он сошел в зал и медленно, как лунатик, двинулся к выходу. Коллеги молча расступались перед ним, стараясь не смотреть на него…

ДАНКА В ОПАСНОСТИ

Когда Зденек спустился с Петршинского холма, он был поражен тишиной и безлюдьем, царившими на пражских улицах. Время было уже далеко не раннее. Обычно в этот час на улицах гремели переполненные трамваи, автобусы, троллейбусы, а по тротуарам во всех направлениях сновали толпы людей, спешащих на работу. На сей же раз не было заметно ни малейшего движения. Тротуары были пустынны, на мостовых там и сям стояли брошенные автомобили, громоздкие — трамваи торчали где попало: у остановок, на перекрестках, на мостах. Можно было подумать, что город подвергся нашествию уэллсовских марсиан.

Мысли о борьбе вернули Пишторе самообладание и уверенность в себе.

Поднимаясь к себе на третий этаж, он уже горел от нетерпения немедленно приступить к работе. В его мозгу прояснилась интересная: идея технического решения новых кибероформиков. Скорей к столу, к бумаге, чтобы проверить расчеты!..

Но ему не пришлось тотчас же засесть за работу. Перед дверью его квартиры стояла Данка. Она была заплаканная, перепуганная и расстроенная. Сердце Пишторы болезненно сжалось в предчувствии чего-то недоброго…

— Данка! Дануля! Что случилось?! Почему ты плачешь?!

Пиштора бросился к своей невесте и схватил ее за руки. Она упала к нему на грудь и разразилась плачем, будучи не в силах произвести ни единого слова.

— Ну, милая, ну, хорошая, довольно, перестань! Вот я тут, с тобой, и все в порядке! Все будет хорошо!.. — растерянно бормотал Пиштора.

— Не… не будет… хо… хорошо, — всхлипывая, проговорила Данка.

— Почему? Что случилось?!

— Я… я раздавила муравья! Нечаянно!..

— Где? Когда? Каким образом?!

— Недавно, когда бежала к тебе… Я осторожно ступала и все время смотрела, себе под ноги. А он… он выполз из какой-то щелки и прямо мне под каблук! Теперь… теперь я должна умереть!.. О-о, 3денек, спаси меня! — И она снова разрыдалась.

Зденек молча отомкнул дверь и ввел Данку в квартиру. Усадив ее в кресло, он принес ей воды. Данка немного успокоилась. Но глаза ее все еще были полны слез и ужаса.

— Зденек, милый, я не умру? Правда, я не умру? Правда, ты спасешь меня? Скажи ему, Зденек, чтобы он не убивал меня! Скажи ему скорей!.. — лепетала несчастная девушка, с мольбой глядя на своего жениха.

— Успокойся, Дануля. Он не посмеет! Он ведь видел тебя со мной. Он знает, что я люблю тебя! — утешал ее Пиштора, хотя сам при этом далеко не был уверен в своих словах.

Данка почувствовала эту неуверенность.

— А что если посмеет?!

Пиштора ответил не сразу. Он лихорадочно искал более надежный выход из положения. Наконец его осенила спасительная идея.

— Слушай, Данка. Если он и решится, то не так быстро, как в других случаях. Он, наверное, попытается сначала связаться со мной и узнать мое мнение. Таким образом, у нас еще есть в запасе кое-какое время. Нам нужно бежать, скрыться в такое место, куда муравьям нет доступа! Мы должны улететь с тобой далеко на север — на Новую Землю, на Шпицберген!

— Ты думаешь, это поможет?

— Да, да, это единственный выход! Собирайся и скорей в аэропорт! Нам нельзя теперь терять время!..

Минут через пятнадцать, одевшись как можно теплее и прихватив с собой все деньги, Зденек и Данка выбежали из дома. Они схватили первую попавшуюся автомашину из брошенных перепуганными водителями и на предельной скорости, помчались в аэропорт.

САМОЛЕТ ЛЕТИТ НА СЕВЕР

Желающих лететь в Заполярье оказалось великое множество. Аэропорт брали приступом обезумевшие от страха люди. Окрестные дороги, ведущие в аэропорт, были усеяны сотнями трупов. Да и среди собравшейся толпы то и дело падали наземь отдельные люди — очередные жертвы неумолимого кибероформика. Но на падающих никто, ее обращал внимания — остальным было не до них.

Все обычные рейсы были отменены. Люди стремились только, на север. Битком набитые воздушные лайнеры один за, другим взмывали ввысь и ложились на северный курс.

Наши беглецы так бы и не попали в самолет, если б не имя Зденека Пишторы. Это имя, вчера еще никому не известное, вызывало теперь суеверный ужас и поклонение. Пользуясь этим, Пиштора проложил себе дорогу к очередному поданному к посадочной площадке самолету и провел за собой Данку.

Еще несколько минут, и земля осталась далеко внизу. Из круглого иллюминатора можно было увидеть лишь бесконечную гряду белых облаков, блистающих под ослепительно синим небом.

Только теперь Данка попробовала улыбнуться и крепко пожала Зденеку руку.

— Ну, теперь веришь, Данок, что опасность миновала? — бодро спросил Пиштора.

— Верю, милый! Но, скажи, как мы будем жить на севере?

— Проживем! Мы не одни там будем. В заполярных краях теперь соберется много народу. «Оттуда и начнется война против кибероформика и его муравьев. Это хорошо, что я тоже лечу на север. Там муравьи не смогут за мной шпионить. У меня уже есть одна замечательная идея. Слушай!

И Зденек принялся пространно излагать, как он сконструирует новых кибероформиков и двинет их на борьбу с кибером-предателем. Данка слушала его со счастливой улыбкой.

Стюардессы между тем стали подавать завтрак. В самолете водворилась приятная атмосфера покоя и полной безопасности. Пассажиры возбужденно переговаривались.

Во время завтрака зазвучала тихая приятная музыка.

Но внезапно музыка оборвалась, и раздался бесстрастный металлический голос:

— Алло, алло! Говорит Кибероформик Первый, властелин и повелитель бесчисленного муравьиного народа! Я обращаюсь ко всем капитанам пассажирских самолетов, взявших курс на Арктику и Антарктиду! Возвращайтесь немедленно в свои аэропорты! Где бы вы ни были, возвращайтесь обратно в свои аэропорты! Вы везете обреченных! Через пять минут после моего сообщения всех ваших пассажиров, совершивших преступление против моего первого закона, настигнет смерть мгновенная и беспощадная! Не имеет смысла возить в заполярные области трупы! Возвращайтесь обратно, капитаны!..

Страшный голос умолк, и снова заиграла музыка, в которой слышалось теперь что-то погребальное. Пиштора сидел, как пораженный громом. Данка побелела и, расширив от ужаса глаза, молча смотрела на своего жениха. Стюардессы расплакались и убежали в кабину к пилотам.

Пиштора не знал, что делать. Мозг его был парализован. Ему хотелось кричать, выть… Но вот мелькнула мысль: «Рация! Связаться с кибероформиком! Приказать ему!..» Он хотел уже вскочить и бежать в кабину пилотов, как вдруг увидел на рукаве у Данки крупного рыжего муравья.