Венедикт Ли - Гроза над Миром

 – Эна!

 Она быстро поправила на лбу мешавшую ей прядь.

 – Ты – в порядке. Хорошо.

 Повернулась и пошла прочь.

 Этого я не стерпел. Рванулся следом, заорал:

 – Стой! Эна!!

 Я забыл о телохранителях. Они мигом схватили меня, грубо парировав попытки сопротивления. А Эна не обернулась, лишь досадливо повела плечом.

 Один из державших меня, крепких, как железо парней заметил:

 – Нельзя так говорить с Хозяйкой. Она не терпит фамильярности.

 Когда я, на подгибающихся ногах, вернулся к своим работягам, кто-то поинтересовался:

 – Чё дамочка к тебе вязалась? Ты у нас популярный стал, да?

 Я показал направление на чахлое дерево.

 – Копайте от меня и до другого дуба.

5. «РИГЛИ, НЕ УМИРАЙ!»

 Кормить, в самом деле, стали получше, но кусок не лез горло. Хозяйка… Я вспоминал наши с Эной дни. Сперва – моя покровительница в Университете, потом любимая. И чем кончилось… Неужели с самого начала все с ее стороны было только умелой игрой? Есть сомнения, Нат? Нет сомнений.

 За длинным деревянным столом не осталось никого, а я все сидел, уставившись в пустую миску. Последние, кто уходил, оглянулись на меня, но смолчали. В депрессии мужик, чего приставать…

 Ригли потопталась рядом, потом прошла к обитой железом двери кладовой. Через полминуты я услышал, как лязгнул, закрываясь, замок. Ригли вернулась и положила передо мной шматок ветчины.

 – На!

 Мне бы удивиться, как Ригли проходит сквозь запертые двери, отнять у нее дубликат ключа, отругать еще более зло, чем в первый раз. Наверное, на это она и рассчитывала, создавала повод снова говорить со мной. Все это я сообразил потом. А тогда я молча встал и вышел.

 Я не успел пройти и полсотни шагов, когда меня остановил охранник.

 – В контору зайди!

 Контора – двухэтажное бетонное здание, где жили главная шишка и инженеры, стояла напротив казармы охранников, соединенная с нею на уровне вторых этажей коридором. Меж двух мрачных серых зданий располагался вход в поселение – он же «парадный» выход. Для персон. Работяг гоняли через узкие проходы в заграждении.

 Меня уже ждали.

 – Наверх!

 Обстановка в маленькой комнате была скромной: солдатская койка, тумбочка, табурет. Узкое окно выходило на северо-восток, открывая панораму стройки, где я с ребятами каждый день ковырялся.

 Эна сидела на койке, вытянув ноги. Кроме легкого загара, я не заметил на ней другой одежды. Метаморф валялся на полу. Она хлопнула рукой по одеялу рядом с собой.

 – Садись!

 Я не шелохнулся. Эна со вздохом встала – что ни говори, можно найти женщину поэффектней, выше ростом, виднее статью, но такой ладной, соразмерной… я раньше не встречал. Голышом ее видишь – дыханье перехватывает. И умеет держаться свободно, но без неприятной развязности. В общем, я продолжал любить ее. И все, что слышал раньше о палаческих наклонностях Хозяйки – оставалось в моем сознании никак не связанным с Эной.

 – Злишься?

 – Нет.

 – Врешь. Ты внутри весь кипишь.

 Я показал в окно.

 – Зачем все это?

 – Ты не поймешь.

 Я молчал.

 Эна пристально всматривалась в меня.

 – Солнечный коллектор, если тебе это о чем-то говорит.

 – Говорит. Вогнутое зеркало, в фокусе можно плавить металл – малую толику.

 – Множество плоских зеркал сводят солнечный свет на котле. Пар движет турбину. На выходе – электрическая сила. Слишком дорого обходится привозное горючее. Когда Тир обзаведется собственным источником энергии (неиссякаемым, заметь!) – дела здесь пойдут лучше.

 – Тебе виднее. Выкладывай, зачем звала.

 – Хочу выслушать твое признание.

 – Признание? В чем?

 Эна на глазах становилась живой статуей, в речи ее зазвучал металл.

 – Даю тебе тридцать се...

 Я врезал ей, не дав договорить. Реакция у Эны изумительная, но ей не хватило места уклониться, и она упала на койку, больно стукнувшись головой о стену. Охнула, прикрыв лицо ладонями. Ярость моя погасла.

 «Эна… Да что ж я делаю!»

 Бросился к ней, приподнял подбородок, заглянул в лицо. Эна тихо застонала. Я обнял вздрагивающее горячее тело, ловя его запах... Эна!

 Постепенно она стала отвечать мне, временами делая попытки сопротивления, но сдаваясь в последний момент. Такая игра до того разогрела нас, что мы оба почти потеряли сознание от звериного восторга, когда я принял капитуляцию Эны. Я намотал ее волосы себе на руку, она вся была – пылающие губы, жаркий язык, тягучая судорога любовной агонии. Мы с ней умерли друг в друге и воскресли вновь.

 Долго-долго лежали, отдыхая. Я осторожно поцеловал на шее Эны след давнего шрама, выделявшийся короткой полоской менее загорелой кожи. Несколько таких меток были у Эны по всему телу.

 – Все еще заметно? – она неподдельно огорчилась.

 – Только для моего острейшего зрения!

 – Когда-то училась летать на планере, и в полете у меня затекли ноги. Чтоб не покалечиться, решила приземлиться на роскошную, пушистую крону дерева. Вблизи это оказался мелколист с во-о-от такими колючками!

 Эна перелезла через меня, чтобы встать. Я попытался удержать ее, тронул рукой густую поросль на лобке.

 – Отстань! Отдыхай.

 Она сладко потягивалась у окна.

 – Нат! Что за личность – Авель Орьега?

 Вышло так, что я рассказал ей абсолютно все. И об Авеле, и о себе. И о своей несостоявшейся миссии.

 – Похоже, он – разумный человек, – рассуждала Эна, – и важное лицо в иерархии. Жаль, что мы с ним не знакомы. Лучше всего, если б Эгваль и Остров стали одним государством.

 Потянуло холодком опасности. Я вспомнил о гипнотической обработке, которой подвергся незаметно для себя. Авель. Автомат, послушно выполняющий волю Хозяйки. Жуть. Сколько времени ей требуется, чтобы подчинить себе волю жертвы? Я вспомнил Алека…

 Эна напряженно наблюдала за мной.

 – Размечталась я? В моих мечтах – жив Тир и многое другое.

 – Эна… – я внезапно охрип. – Убери капкан из моих мозгов!

 – Будь раньше ты откровенней со мной – все сложилось бы иначе. Не волнуйся. Над тобой работала я сама – свое дело знаю. Все пройдет бесследно, дай только срок.

 – Я никогда не был псом на цепи, Эна.

 – Я сказала – терпи.

 Она не спеша, одевалась, я последовал ее примеру. Буквы «IМ» загорелись у ней на рукаве. Под моим взглядом они вдруг сложились в слова «Insulo Maora», затем в «Хозяйка Острова» и вновь стали прежними – «IM».

 Я отдал ей честь как старшему командиру.

 – Разрешите идти?

 – Не кривляйся, – вежливо ответствовала мне Эна. – Нужен будешь – позову.