Роджер Желязны - Миры Роджера Желязны. Том 27

— И хозяева «Карманов Бога»?..

— Те самые семь пиратских главарей, — мгновенно ответил Мило. — Они построили собственные карманные вселенные, в соответствии со своими вкусами. Я думаю, что работы начались еще до налета на Паскву — у них было все спланировано заранее, и страшные убийства, и предательство соратников.

— А сейчас? — спросил Корда.

— Мне удалось раскрыть их тайну. Я намерен погрузить каждую из этих вселенных в стасис, а потом, когда подонки не смогут оказать друг другу поддержку, я вернусь и разберусь со своими врагами.

Урб и Аравия… Корде стало не по себе. Ему придется сообщить молодому человеку о том, что его усилия отключить время в этих вселенных оказались напрасными.

Он ждал, когда Мило закончит излагать свой план.

— Я захвачу главарей пиратов и отправлю их в цифровое хранилище на «Сорокопут», а затем доставлю вместе с фактами, которые удалось собрать бабушке Долби и мне, прямо в Региональное правительство Терры. Прошло достаточно времени, надеюсь, у пиратов там больше нет союзников.

Корда откашлялся.

— А как насчет тех, кого тебе не удастся взять в плен, Мило?

— Они умрут, как умерла Пасква, а вместе с ней и система Сисвиг, — ответил Мило, и его карие глаза жестко сверкнули. — По правде говоря, их смерть будет не такой мучительной, потому что я не сторонник пыток — меня интересует только месть.

— Месть — это блюдо, которое хорошо в холодном виде, — заметила Коломбина. — А после стольких лет твое блюдо могло протухнуть.

— Нет, Коломбина, — возразил Мило. — Я предпочитаю сравнение с прекрасным вином — прежде чем пить, нужно его выдержать, и тогда оно достигает совершенства.

Корда оглядел личные покои Алакры, и в его воображении на прекрасных картинах вдруг появились кровоподтеки, а великолепные статуэтки превратились в скелеты. Неужели именно такими глазами Мило смотрел на мир всю жизнь?

— Я только надеюсь, Мило, — сказал наконец Рене, — что, когда ты откроешь бутылку, окажется, что твое вино не превратилось в уксус.

Мило кивнул, и Корда понял, что такие мысли его тоже посещали. А потом молодой человек вдруг просветлел.

— Значит, вы не станете мне мешать? — спросил он.

— Сомневаюсь, что я в состоянии это сделать, — спокойно проговорил Корда. — Я талантлив, но не являюсь мастером боевых искусств, кроме того, я не посвятил жизнь достижению одной-единственной цели. Я могу тебя задержать, но, если не рассматривать прямое убийство, мне тебя не остановить.

Мило нахмурился:

— Я надеялся, что вы по крайней мере поймете, почему я это делаю.

— А я понимаю, — сказал Корда. — Верю в твой рассказ и готов признать, что ты имеешь право выполнить свою миссию. Однако прости меня, в течение трех веков я вел жизнь человека, который в основном подчиняется законам. Так что у меня вполне определенный образ мышления.

«КЛЮЧЕВОЕ СЛОВО, — написала ему Коломбина, — "В ОСНОВНОМ". ЧТО ТЫ ТУТ РАЗВАЖНИЧАЛСЯ? Я ХОЧУ ЕМУ ПОМОЧЬ, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, МНЕ ПРЕКРАСНО ИЗВЕСТНО, ЧТО И ТЫ ТОЖЕ. СКАЖИ ЕМУ ОБ ЭТОМ. МЫ СПОСОБНЫ ОСТАНОВИТЬ ВРЕМЯ, НО НАМ УГРОЖАЕТ ОПАСНОСТЬ. АЛАКРА, МОЖЕТ БЫТЬ, НАС И НЕ ОТЫЩЕТ, НО НАШИ КОРАБЛИ У ВСЕХ НА ВИДУ. ИЗ АРАБУ, МИРИАМ И ТИКО ПОЛУЧАТСЯ ОТЛИЧНЫЕ ЗАЛОЖНИКИ».

Корду передернуло. Они сидели внутри темпорального поля в погрузившейся в тишину вселенной, он слушал рассказ Мило, который поразил его до глубины души, — в результате он и в самом деле забыл о том, насколько они уязвимы. Корда не сомневался, что Мило это прекрасно понимает, и в уме наградил молодого человека несколькими очками за выдержку. Впрочем, Корда догадался о причинах, заставивших Мило вести себя столь сдержанно.

— Я тебе нужен, — прямо сказал он, — и не потому, что я могу остановить или помешать тебе, а из-за того, что задуманное тобой не в состоянии выполнить один человек. Верно?

— Верно, — согласился Мило. — Мне нужен союзник, а вас я уважаю и доверяю вашим принципам.

— Прежде чем ты зайдешь слишком далеко в своем доверии, — сказал Корда, — я должен тебе признаться, что побывал на Урбе и Аравии. В обеих вселенных снова активировано время. Детер и Двистор не попали в плен стасиса, так что вряд ли тебе удастся положить их в свою корзинку, точно спелые яблоки.

— Проклятье! — выругался Мило. — Я был уверен, что поймал их!

Корда поднял руку.

— Мне кажется, ты недооцениваешь, насколько главари пиратов склонны к паранойе. Даже несмотря на то что прошло несколько десятилетий со времени налета на Паскву, у обоих был запас консервированного времени и невероятно сложная система личной охраны. Сомневаюсь, что они боятся кого-нибудь вроде тебя; скорее всего они опасаются друг друга.

— Конечно, — кивнул Мило. — Объединившись сначала, чтобы уничтожить целую Солнечную систему, а потом предав своих же соратников, они должны жить в постоянном страхе, понимая, насколько уязвимы.

— Уязвимы, — вставила Коломбина, — и в своих собственных вселенных. Думаю, именно это имеется в виду, когда говорят, что виноватый бежит даже тогда, когда за ним никто не гонится.

— Если не считать того, — проговорил Мило, глядя в пол, — что за ними гонюсь я… Рене, я понимаю, почему вы запустили в тех вселенных время. Я недооценил своих врагов. Я гораздо больше боялся того, что меня опередят слухи о происшедшем, чем пиратов, которых хотел захватить в плен. У меня бы все получилось, если бы не регата… не знаю…

Корда чуть прикоснулся к руке молодого человека.

— Мило, у тебя нет времени на раздумья и сожаления. Давай-ка займемся Алакрой. А потом решим, что делать дальше.

Когда Мило на него посмотрел, Корда был удивлен, увидев слезы, заблестевшие в глазах.

— Значит, вы со мной, Рене? — спросил Мило, в голосе которого явно прозвучала благодарность.

— С тобой, — ответил Корда.

Глава 18

Они осторожно пробирались по служебным коридорам. Коломбина летела немного впереди, чтобы предупредить их, если неожиданно появится охрана. И хотя путники периодически проходили мимо какого-нибудь застывшего в стасисе техника или стражника — а один раз им встретилась парочка, которая явно назначила друг другу тайное свидание, — никого, кто мог бы причинить им вред, на пути не попалось.

— Не нравится мне это, — проговорил Корда. — Алакра слишком осторожен, чтобы не предусмотреть все возможности.

— Два к одному, что нас поджидают возле «Сорокопута», — заявила Коломбина. — Могу даже предложить вам более выгодную ставку, мне сегодня везет.

Корда фыркнул: