Скорость тьмы - Элизабет Мун

Я сегодня негибкий, мне нужно много попыток, чтобы прижать лоб к коленям. У Марджори до сих пор не вышло. Волосы падают вперед, касаясь колен, но лоб в четырех дюймах.

После растяжки встаю и иду за снаряжением. Во дворе стоит Том с Максом и Саймоном – судьей с турнира. Фонари стоят по кругу, ярко освещая центр двора, а по краям тени кажутся гуще.

– Привет, приятель! – говорит Макс (он всех мужчин зовет приятелями, даже если первый раз видит. Это странно, но такой уж он человек). – Как ты?

– Хорошо.

– Слышал, ты провернул на Доне фехтовальный прием! Хотел бы я посмотреть!

Вряд ли Максу действительно понравилось бы там присутствовать, что бы он ни думал.

– Лу, Саймон хочет с тобой пофехтовать, ты согласен? – говорит Том.

Хорошо хоть Том не спрашивает, как я.

– Да, – отвечаю я. – Сейчас надену маску.

Саймон немного ниже Тома и более худой. На нем старая фехтовальная куртка с подкладом. Совсем как белые куртки на профессиональных турнирах, только в зеленых разводах.

– Спасибо, – говорит Саймон, а потом, будто заметив, что я смотрю на цвет его куртки, добавляет: – Моя сестра как-то захотела зеленую куртку, но фехтует она лучше, чем красит одежду. Сначала было еще хуже, сейчас краска слегка смылась.

– Никогда не видел зеленой, – говорю я.

– Никто не видел, – отвечает Саймон.

Маска у него обычная – белая, пожелтевшая от времени и частого использования. Перчатки коричневые. Я надеваю свою маску.

– Какое оружие? – спрашиваю я.

– Какое твое любимое?

У меня нет любимого, каждое оружие или их сочетание требует отдельных навыков.

– Пусть будет шпага и кинжал! – вмешивается Том. – Будет интересно посмотреть.

Беру шпагу и кинжал, прислушиваюсь к ощущениям, жду, теперь я чувствую их, как продолжение своих рук, и это правильно. У Саймона шпага с большой гардой, а кинжал с простым кольцом. Если он не слишком хорошо отражает удары, я смогу достать его руку. Интересно, будет ли он объявлять удары, которые получит? Он судья, наверняка должен быть честным.

Саймон стоит в расслабленной позе, колени согнуты – выглядит непринужденно, как давно фехтующий человек. Салютуем; его шпага со свистом рассекает воздух, опускаясь вниз. Живот сводит. Не знаю, что он будет делать дальше. Не успеваю сообразить, он делает глубокий выпад – мы так почти никогда не делаем, – рука полностью вытянута, задняя нога выпрямлена. Я уклоняюсь, увожу кинжал резко вниз и в сторону для защиты, нацеливаю укол над его кинжалом, но Саймон быстр, совсем как Том, и он уже поднял руку, готовый парировать. Он закрывается из выпада так быстро, что я не успеваю воспользоваться моментом, и Саймон, вернувшись в стойку, кивает мне.

– Хорошая защита! – говорит Саймон.

Внутренности сжимаются сильнее, и я понимаю – это не страх, а возбуждение. Саймон, кажется, фехтует лучше Тома. Я, вероятно, проиграю, зато чему-то научусь. Он делает шаг в сторону, я следую. Атакует вновь и вновь, мне удается парировать, но не отвечать. Я хочу понять его логику, она очень необычная. Еще атака, еще. Снизу, сверху, сверху, снизу, снизу, сверху, снизу, снизу, снизу, сверху, сверху: предугадав, что следующий удар будет снизу, нападаю сам и легко касаюсь плеча противника.

– Хорошо! – восклицает Саймон, отступая. – Прекрасно!

Я смотрю на Тома, тот кивает и улыбается. Макс наблюдает, сцепив руки на затылке и тоже улыбаясь. Мне немного дурно. Коснувшись Саймона шпагой, я вдруг увидел лицо Дона и ощутил, как сгибается пополам его тело от моего удара. Трясу головой.

– Что с тобой? – спрашивает Том.

Я не отвечаю, не знаю, могу ли я продолжать.

– Мне надо передохнуть, – говорит Саймон, хотя мы дрались всего пару минут.

Я чувствую себя глупо, знаю, что он делает это ради меня, знаю, что я не должен расстраиваться, но я расстроен. Я вновь и вновь ощущаю, как моя рука соприкасается с телом, и запах дыхания, вырвавшегося изо рта Дона. Звук, картинка, ощущение – все вместе. Часть моего ума занята выдержками из учебника про воспоминания, стресс и травму, но в основном мне просто плохо, я ощущаю тугую спирать грусти, страха и гнева.

Я моргаю, пытаясь совладать с собой, в голове вдруг возникает нужная музыка, спираль раскручивается, чувства отпускают.

– Все… в порядке… – выдыхаю я.

Говорить еще тяжело, но мне уже лучше. Я поднимаю шпагу, Саймон делает шаг назад и тоже поднимает оружие.

Мы вновь салютуем. На этот раз он атакует по-другому, но не менее быстро; я никак не могу ухватить его логику, но решаю все равно попробовать напасть. Его шпага пробивает мою защиту, и я ощущаю укол в живот.

– Попал, – говорю я.

– Ну и умотался я! – говорит Саймон, и по его сбившемуся дыханию слышно, что он говорит правду. – Ты четыре раза чуть не достал!

– Последняя защита не удалась, – говорю я. – Надо было держать крепче.

– Давай посмотрим, повторишь ли ты ошибку, – говорит Саймон.

Он салютует, и на этот раз я нападаю первым. Коснуться не получается, и атаки противника быстрее моих; я отражаю две-три, прежде чем вижу, что он открылся. Не успеваю дотянуться, он колет в правое плечо.

– Определенно умотал! – говорит Саймон. – Лу, ты здорово фехтуешь – я еще на турнире заметил. Новички ведь никогда не выигрывают. У тебя были обычные для начинающих недочеты, но ты знаешь, что делаешь. Ты никогда не думал о классическом фехтовании?

– Нет, – отвечаю я. – Я занимаюсь с Томом и Люсией.

– Подумай! Том с Люсией одни из лучших тренеров для любителей. – Саймон хитро улыбается Тому, тот кривится в ответ. – Но классический подход поможет улучшить работу ног. В прошлый раз я тебя достал не благодаря скорости, а благодаря правильному расположению ступни, которое позволяет дотянуться максимально далеко, не подставляясь.

Саймон снимает маску, ставит шпагу в подставку и протягивает мне руку.

– Спасибо за хороший бой, Лу! – говорит он, и я жму его руку.

Пожатие Саймона крепче, чем Тома. Я запыхался, тоже вешаю шпагу, кладу маску под стул и сажусь. Интересно, действительно ли я нравлюсь Саймону, или он тоже возненавидит меня, как Дон? Интересно, рассказал ли ему Том, что я аутист?

XVI

– Извини, – говорит Люсия. Она выходит во двор со снаряжением и садится по правую руку от меня. – Я сорвалась…

– Я не обижаюсь, – говорю я.

Я правда не обижаюсь, ведь она поняла, что поступает нехорошо, и перестала.

– Ладно. Послушай… Я знаю, что тебе нравится Марджори, а ты нравишься ей. Не позволяй истории с Доном все испортить, хорошо?

– Не уверен, что я