Роджер Желязны - «Если», 1993 № 09

— … жить в хлоровых пузырях под водой… широкое устье реки… температурный контроль… их технология чрезвычайно важна нашему… высшая честь, которая может выпасть на долю шеклита…

О, Пам и Man, как же они гордятся им!

Позже, во время последующих речей и поздравлений, Пол все-таки шагнул со скалы, но растроганные шеклиты подняли его на своих могучих крыльях, и никто не заметил в суете его неловкости.

И правда, у кого не закружится голова от подобной чести!

Перевела с английского Евгения ДИЛЛЕНДОРФ

Владимир Успенский

НЕ ИГРАЙТЕ С ГОСУДАРСТВОМ

«У меня будет вот та-а-кой миллион» — обещает маленькая девочка с голубого экрана. Это «ЛОТТО МИЛЛИОН». Российская лотерея с гордым двуглавым орлом предлагает роскошную квартиру в любом городе страны. «Час Фортуны» беззастенчиво использует притягательный для подростков образ маленького дебошира Симлсона… И всюду деньги, большие деньги, огромные деньги. Кажется, протяни руку, — и они твои! Выигрыши растут, обгоняя инфляцию, рубли плавно превращаются в вожделенные доллары. И благотворительная лотерея «Дети Чернобыля» уже обещает миллион «зеленых». Правда, дипломатические посты, как в рассказе Тэда Рейнольдеа, пока не разыгрывают.

Лотерея, — объясняет дореволюционный словарь братьев Гранат, — это особый вид организованной по определенному плану игры на счастье, в которой одна сторона — организатор лотереи — обязуется выплатить другой (лицам, купившим билет или сделавшим ставки) определенные суммы или вещи, в случае извлечения их билетов или номеров как выигрышных. От других видов игры на счастье отличается тем, что в ней наперед определены суммы выигрыша и проигрыша, и они не зависят от игроков. Возможность для организаторов извлекать крупный барыш из лотереи, а также ее вредное влияние в нравственном и народнохозяйственном отношении послужили причиной того, что правительства большинства стран признали необходимым или сделать из нее государственную монополию, или, по крайней мере, подвергнуть ее строгой регламентации (если не запрету, как в Англии).

На свет Божий лотерея появилась в Италии шестнадцатого века. Числовая или генуэзская лотерея, когда из 90 чисел можно поставить на одно, два, три, четыре или пять, согласно легенде, родилась при выборах в Великий Совет города. Тогда из девяноста претендентов выбирали пятерых. Выборы превращались в азартное представление, и горожане вовсю делали ставки на кандидатов (не перенять ли опыт?). Отсюда и пошло… Однако, между прочим, уже в 1620 году «во избежание злоупотреблений» генуэзское государство взяло это дело в свои руки.

Игра на человеческой слабости — азартности — занятие прибыльное, гарантированное математической теорией вероятности. Так, например, лотерею «числа» в «Малой Италии» — итальянских кварталах Нью-Йорка — всегда держала в своих руках мафия и имела с этого не меньше, чем от рэкета или проституции. К модифицированным моделям лотереи можно отнести и игровые автоматы, которых в тех же Соединенных Штатах прозвали «однорукими бандитами».

Даже если лотерея организована честно, и ее результаты не подтасовываются, навар обычно бывает немалым. Возьмем уже упомянутую генуэзскую лотерею. Пусть ставка сделана на два из девяноста чисел: вероятность выигрыша при этом — один на четыреста проигрышей. Победителю обычно выплачивается приз в размере 240-270-кратной ставки, а если счастливчиков несколько, то сумма уменьшается пропорционально их числу. Следовательно, в руках держателя лотереи всегда остается, как нетрудно подсчитать, 130–160 ставок (то есть 32–40 процентов). Разумеется, чем больше участников пожелает выложить деньги, тем вернее доход организатора увеселения. А уж если участвуют сто пятьдесят миллионов граждан…

ИСТОРИЯ НЫНЕШНИХ лотерей восходит к процентным займам. Когда-то для обеспечения нового займа государство, играя на слабостях граждан, объявляло, что в дополнение к процентам по нему или даже вместо этих процентов особо удачливым владельцам облигаций ежегодно будут выплачиваться выигрыши. В чем же навар? А просто государству удается распространить гораздо большее число облигаций, чем при обычных условиях, и проценты с капитала далеко перекрывают «проигрыш».

Затем пришел черед всевозможных денежно-вещевых лотерей — простых, ДОСААФовских, Художественных. В 70-е годы мы жили в стране всеобщего дефицита, и возможность получить за 30 или 50 копеек нужную в хозяйстве вещь, а то и автомобиль, действовала на многих завораживающе.

Однако у всех таких лотерей был один недостаток. Участники игры не могли присутствовать на месте розыгрыша, и потому особого доверия результаты тиражей не вызывали. Кому не знакомо чувство разочарования, когда, проштудировав очередную тиражную таблицу в «Труде» или «Вечерке», вы обнаруживали, что промахнулись на один номер или серию…

НЕКОТОРЫМ УДАВАЛОСЬ государство обмануть. Так, некая дама с Дальнего Востока, заручившись дружбой с кем-то из местной почты, посылала выигрышные комбинации, усмотренные по телевизору, снабженные штемпелем со вчерашним числом. Правда, жадность, как и водится, сгубила. Обилие выигрышей навело органы на нехорошие мысли. Одних, как полагалось, посадили, у других все конфисковали. Опасное это было дело — играть в «Спортлото» на интерес.

Время «Спринта» наступило чуть позднее. Такого в советское время никогда еще не бывало — чтобы выигрыш выдавали сразу, не дожидаясь публикации в газете. И народ повалил. Из Средний Азии состоятельные люди с переплатой скупали в киоске все билеты «на корню». И обыватели, которым не досталось, обиженно шумели. Параллельно этому процессу гуляли слухи-истории, усугублявшие популярность лотереи. Если им верить, однажды маленький мальчик выиграл «Жигули», а коварная торговка билетиками попробовала его обмануть, но доблестная милиция нашла выигрышный билетик под матрасом на кровати злоумышленницы и восстановила справедливость. Другая продавщица выявляла «счастливые» лотерейки, прикладывая их к настольной лампе. И тоже была изобличена. Мораль этих слухов состояла в том, что милиция не зря свой хлеб ела, а в «Спринт» играть выгодно. Потому и не верили мы в них. Да и рубля было жальче, чем 30 копеек.

НАСТОЯЩИХ ЛЮБИТЕЛЕЙ спорта «Спортлото» зацепило лишь однажды, изобретя «Спортпрогноз». Конечно, было безумно интересно попробовать свои силы в деле предсказания исхода футбольных матчей. Особенно после чемпионата мира в Испании. Впрочем, новинка совпала с наступлением перестройки, и этим было все предрешено. Народ «повело» в политику, как-то сразу стало не до игр. И когда началась либерализация цен, население заволновали вопросы материальные — где взять продукты до того, как они подорожают…