Конни Уиллис - Вихри Мраморной арки

Зазвонил телефон.

— Скажи, что меня нет, — попросила я.

— Кому? — спросила мама, снимая трубку. — О господи, только бы не Митч с плохими новостями. Алло? — Пауза. — Это Сьюэнн, — сказала мама, прикрыв трубку рукой, после чего долго молча слушала. — Она рассталась со своим парнем.

— С Дэвидом? Дай-ка мне трубку.

— Ты же сказала, что тебя нет, — проворчала мама, передавая мне телефон.

— Сьюэнн? Почему ты рассталась с Дэвидом?

— Он ужасный зануда, — ответила Сьюэнн. — Вечно мне названивает, дарит цветы и все такое прочее. А сегодня за ужином я подумала: зачем я вообще с ним встречаюсь? — и мы расстались.

— Где вы ужинали? В «Макдоналдсе»?

— Нет, в пиццерии. Это, кстати, еще одна причина — он вечно меня водит по кафе и кинотеатрам. Придумал бы что-нибудь поинтереснее!

— А в кино вы сегодня были? — Возможно, она оказалась в кинотеатре на верхнем этаже торгового центра.

— Да нет же, говорю тебе — мы расстались! Ничего не понимаю. Я же не была в пиццерии! «А теперь о погоде», — объявили по Си-эн-эн.

— Мам, поставь потише, — попросила я. — Сьюэнн, это очень важно. Расскажи, что на тебе надето.

— Джинсы, голубая кофта и цепочка с кулоном. Какое это имеет отношение к моему разрыву с Дэвидом?

— А шляпа?

«Прекрасная погода, — продолжал парень с Си-эн-эн, — ожидает всех, кто сейчас ходит по магазинам в поисках рождественских подарков…»

Мама поставила потише.

— Мам, давай погромче! — крикнула я, замахав руками.

— Шляпы на мне нет, — сказала Сьюэнн. — А как шляпа связана с Дэвидом?

На экране появилась сводка погоды в близлежащих городах: семнадцать градусов, восемнадцать градусов, двадцать один градус…

— Мама! — повторила я. Мама взялась за пульт.

— Ты просто не поверишь, что он выдумал! — возмутилась Сьюэнн. — Подарил мне обручальное кольцо! Представляешь…

«Невероятно тепло и солнечно, — выдал парень в телевизоре. — Такая погода простоит все рождественские праздники».

— И о чем я только думала! — воскликнула Сьюэнн.

— Ш-ш! Я прогноз погоды слушаю…

— Теплую неделю обещают, — сказала мама.

Всю следующую неделю действительно было тепло. Эллисон позвонила и сказала, что Дакоту выписали.

— Врачи так и не поняли, что с ней, — какой-то вирус или типа того. Но главное, что все прошло. Она снова ходит на фигурное катание и чечетку, а со следующей недели я записала девочек в детский оркестр.

— Ты все сделала правильно, — неохотно сообщил мне Гэри. — Марси тоже сказала, что у нее колено болит. Ну, когда она со мной разговаривала.

— Значит, счастливое воссоединение отменяется?

— Угу. Но я не сдаюсь! Ее поведение доказывает, что она все еще любит меня — в глубине души, и главное — до нее достучаться.

Для меня поведение Марси доказывало одно — только вторжение пришельцев из космоса способно превратить ее во что-то, отдаленно напоминающее человека, но сообщать об этом вслух я не стала.

— Я уговорил ее обратиться со мной в брачную консультацию. Хорошо, что ты мне не поверила. В фильмах о пришельцах-паразитах герои вечно ошибаются.

Ну да — и в то же время нет. Если бы я доверилась Джиму Бриджмену, мне бы не пришлось одной возиться со всеми термостатами. Он объяснил мне, что догадался о слабости пришельцев, увидев, как я вывожу из строя термостат на пятом этаже.

— Так это ты включил отопление в пиццерии, где ужинала Сьюэнн со своим женихом? — спросила я. — И «Атаку душегубов» в прокате тоже ты взял?

— Я хотел с тобой поговорить. Сам виноват — надо было снять кепку, и ты бы мне поверила, но я стеснялся своей лысины.

— Нельзя судить о людях по внешности, — заявила я.

К пятнадцатому декабря продажи головных уборов резко пошли на убыль, торговый центр был забит раздраженными покупателями, группа борьбы за права животных явилась в

Сити-Холл с протестом против меховой шубы Санта-Клауса, а бывшая жена Гэри пропустила первую консультацию, обвинив в этом его самого.

До Рождества осталось четыре дня, и все полностью вернулось на круги своя. На работе никто не носит шапок, кроме Джима; Сольвейг собирается назвать дочь Дуранго; Ханзигер судится с начальством из-за увольнения… Продажи антидепрессантов поползли вверх. Минуту назад позвонила мама: у Сьюэнн появился новый парень — террорист. Мама, как обычно, поинтересовалась, не встретила ли я кого-нибудь на работе.

— Встретила, — призналась я. — Приведу его на рождественский ужин.

Вчера Бетти Холланд подала в суд на Натана Стейнберга, обвиняя его в сексуальных домогательствах из-за поцелуя под омелой, а меня по дороге домой чуть не сбила машина. Зато мир избавился от опасности некроза, увядания листвы и наростов.

И это позволило мне написать интересный рождественский листок.

Выдумки, говорите?

Желаю вам всем веселого Рождества и счастливого Нового года!

Нэн Джонсон.

ПУТЕВОДИТЕЛИ

ПОЖАРНАЯ ОХРАНА[10]

История победила время, которое еще ничем не было побеждено, кроме вечности.

20 сентября. Конечно, я тут же захотел взглянуть на ка мень пожарной охраны, и, естественно, его еще не установили. Его торжественно открыли в 1951 году, и его высокопреподобие настоятель Уолтер Мэтьюз произнес речь, а пока еще шел 1940 год. Я это прекрасно знал. Я ведь сходил посмотреть этот камень с дурацкой мыслью, что будет полезно обозреть место преступления. Куда полезнее, конечно, был бы ускоренный курс о Лондоне в период блица, не говоря уж о том, чтобы получить немножко времени на подготовку. Мне предложили обойтись и без того, и без другого.

— Путешествие во времени, мистер Бартоломью, это не поездка на метро, — сказал досточтимый мистер Дануорти, моргая за стеклами своих антикварных очков. — Либо вы отправитесь двадцатого, либо не отправитесь вовсе.

— Но я же не готов, — возразил я. — Ну послушайте! У меня ушло четыре года на подготовку для странствований со святым Павлом, а не с его собором! И вы не можете требовать, чтобы я за два дня приготовился к блицу в Лондоне.

— Можем, — сказал Дануорти. — И требуем.

— Два дня! — кричал я на Киврин, мою соседку по общежитию. — И все только потому, что какой-то паршивый компьютер добавил собор к святому Павлу! А досточтимый Дануорти даже глазом не моргнул, когда я ему объяснил, какая произошла накладка. «Путешествие во времени, молодой человек, это не поездка на метро, — заявляет он. — Рекомендую вам подготовиться. Вы отбываете послезавтра». Не человек, а сплошная некомпетентность!