Шеррилин Кеньон - Поцелуй ночи

— Ох, ох погодите, иначе я ослепну.

Вульф отстранился при звуках голоса Кэт.

Кассандра оглянулась через плечо и увидела стоящую в дверях подругу.

Кэт закрыла за собой дверь.

— Слава богу, вы не раздеты.

— Еще секунды три, и мы бы были, — подколол ее Вульф.

— У, — скривилась Кэт. — Больше информации, чем мне может понадобиться.

Она прошла в комнату и уселась напротив них. Несмотря на шутки, лицо ее было напряжено.

Вульф был несколько раздражен ее вмешательством.

Кассандра отодвинулась от него и повернулась к Кэт.

— Что-то не так?

— Немного. Страйкер не испытывает особой радости по поводу вашего исчезновения. Разрушительница мной недовольна. Сильно. Какая удача, что она не отменила закон о моей неприкосновенности. Это дает нам фору, но я не знаю, как долго это способно сдерживать Страйкера.

— Тебя предупредят, если она его отменит? — спросил Вульф.

— Не знаю.

— Что случилось с Урианом? — спросила Кассандра. — Они узнали, что он нам помогает?

— Нет, не думаю. Но вот что я вам скажу. Я боюсь того, что Страйкер с ним сотворит, если узнает, что Уриан нам помогает. Он хочет, чтобы ты и ребенок скончались страшной смертью.

Кассандра сглотнула, и сменила тему разговора.

— И чем вы, двое, занимались?

— Я оставила Уриана у его дома и исчезла, чтобы никто не узнал, что я ему помогла. Если бы хоть кто-то заметил меня с ним рядом, он немедленно попал бы под подозрение. Мы не были друзьями целыми веками. Черт, мы даже не были друг с другом вежливы.

— Почему? — удивилась Кассандра. — Он очень мил. Немного надменен, но я его за это не осуждаю.

— Поверь, милая, здесь Уриан совсем другой. Он не тот парень, которого я знала одиннадцать тысяч лет. Тот Уриан не колебался бы ни секунды перед убийством кого-то или чего-то по приказу его отца. Я видела, как он сворачивал шею любому Даймону, который им перечил, и ты вряд ли захочешь узнать, что он делал с Вер-Охотниками, которые их предавали.

Вульф взял с журнального столика свой напиток.

— Спати — это причина, по которой еще ни один Темный Охотник не вернулся из портала?

Кэт кивнула.

— Порталы ведут прямо в центр банкетного зала Калозиса. В самое сердце их города. Темных Охотников тут же убивают. Верам дают шанс. Они могут поклясться в преданности Разрушительнице и тогда получают помилование, иначе они умирают.

— А Даймоны?

— Им рады, доколе они тренируются вместе со Спати и придерживаются воинского кодекса. Стоит им выказать слабость, и они тоже мертвы.

— Ты явилась из адского местечка, Кэт, — медленно выдохнул Вульф.

— Это не мое местечко. Я с Олимпа.

— И каким же образом тогда ты связана с Разрушительницей?

Кассандре тоже было любопытно об этом узнать.

Кэт смутилась.

— Я не могу этого сказать.

— Почему нет? — спросила Кассандра.

— Это то, о чем не говорят, — пожала плечами Кэт. — Особенно я.

Это вызывало раздражение, и ничего о ней не говорило. Но ум Кассандры был занят другим.

— Как считаешь, Страйкер сможет отыскать нас здесь?

— Честно говоря, не знаю. У Страйкера полно шпионов в сообществах как Аполлитов, так и Веров. Именно таким образом он нас находил раньше. Вероятно, на него работает один из Веров в Инферно. Он связался со Страйкером, как только мы вошли в клуб.

Вульф изучающее посмотрел на дверь, которая вела в город Аполлитов.

— То есть любой из тех, кто снаружи, может нас предать?

— Я не стану лгать и говорить «нет». Все возможно.

Кассандра сглотнула, когда страх проник в ее сердце.

— Есть хоть какое-то безопасное место для нас?

— В эти дни? Нет.

Глава 13

Кассандра собиралась лечь спать. Вульф все еще пропадал где-то снаружи вместе с Кэт, разрабатывая план побега на тот случай, если им придется быстро покинуть Элизию.

Сама Кассандра устала бегать. Устала быть преследуемой.

Смотри на жизнь веселее, все это закончится в твой день рождения.

Почему-то эта мысль ее совершенно не успокоила. Вздыхая, она пробежалась пальцами по письмам в своей коробке воспоминаний. Кассандра остановилась, заметив серый запечатанный конверт из веленевой [(фр. velin — тонко выделанная кожа) бумага — высокосортная (чисто целлюлозная, без древесины, как и бумага верже), хорошо проклеенная, плотная, без ярко выраженной структуры, преимущественно желтоватого цвета. При ее изготовлении использовалась черпальная форма с тканевой сеткой, не оставлявшей на листе бумаги каких-либо отпечатков, линий. Поэтому полученный лист был равномерен на просвет и внешне похож на тонкий пергамент (velin), откуда и произошло название бумаги.

Впервые веленевая бумага была изготовлена в Англии в 1757 году Д. Баскервилем. В России появилась в конце XVIII века, распространение получила с начала XIX века, причем наиболее широко использовалась гладкая, с характерным блеском, веленевая бумага. ] бумаги, отличавшейся от бумаги кремового цвета, которую использовала она.

Этот конверт она в коробку не добавляла. Опасения Вульфа по поводу того, что может написать ее сестра, вызвали у нее непреодолимое любопытство.

Нахмурив брови, она вынула письмо и внимательно осмотрела его. Девушка поддела печать так, чтобы не повредить ее при вскрытии.

Ее сердце замерло, пока она читала плавный мужской почерк.

Дорогой сын,

Я бы обратился к тебе по имени, но жду решения твоей мамы. Я только надеюсь, что она шутит, когда называет тебя Альберт-Дальберт.

Кассандра остановилась, рассмеявшись над этим. Они так шутили между собой, во всяком случае, большую часть времени. Отсмеявшись, она продолжила читать.

Я неделями наблюдал, как твоя мама усердно собирает свои памятки для этой коробки. Она так боится, что ты ничего не будешь знать о ней, и меня сильно беспокоит, что ты не узнаешь о ее стойкости из первых рук. Я уверен, что к тому времени, как ты прочтешь это, ты уже будешь знать о ней все, что знаю я.

Но ты никогда не узнаешь ее сам, и это ранит меня сильнее всего. Хотел бы я, чтобы ты увидел выражение ее лица, когда она разговаривает с тобой. Грусть, которую она так усиленно пытается скрыть. Каждый раз, когда я это вижу, меня словно режут на части.

Она так сильно тебя любит. Говорит только о тебе. Она выдала мне гору наказов для тебя. Мне не позволено сводить тебя с ума так, как я это делаю с твоим дядей Крисом. Мне не позволено вызывать врача при каждом чихе, и тебе должны разрешать устраивать потасовки с твоими друзьями без моих истерик, что кто-то может поставить тебе синяк.