Татьяна Апраксина - Мир не меч - 2

Побитых и потрепанных в зале было довольно мало. Ранеными уже занимались, и, судя по отсутствию паники и суеты, все было в порядке. Тот из парней, что был сильно обожжен, мирно спал, рядом с ним сидела клановая целительница, симпатичная девица-оборотень, должно быть, рысь. Дерран уже собрался завести знакомство, ибо заняться было нечем, а повод был, как его остановили, не слишком деликатно схватив за плечо.

— Пойдешь с нами, — сообщил приземистый волчара со свежими шрамами на физиономии. — Я старший.

— Могу я хоть умыться для начала? — мрачно спросил Дерран, показывая грязные руки и испачканную в крови одежду. — Или так и идти?

— С кем поведешься, от того и наберешься, — фыркнул волк, скаля в насмешке зубы.

— Я вижу, ты набрался, да, — оскалился в ответ Дерран. Человеческая пословица была не самым сильным аргументом в устах поборника расовой чистоты.

— Старший — я, — еще раз сообщил волк. Дерран вздохнул про себя. Оставалось надеяться, что он хоть чего-то стоит, как командир. — Иди, умывайся. Мы подождем.

Дерран молча отправился искать источник воды. Нашелся он не сразу, пришлось хорошенько поплутать по проходам и тупикам в скалах. Потом оказалось, что он пошел в неверную сторону, а на самом-то деле ручей тек в соседней пещерке. Чутье его здорово подвело, и это было паршивым признаком. Одним из паршивых признаков, согласно которым Деррану не стоило идти в бой. Ему нужно было хорошенько отдохнуть, подкрепиться, а только потом высовываться из убежища. Но кто-то, вполне возможно, что сам Йарстэ, решил иначе. Дерран его понимал: чем скорее бесклановый чужак, сомнительный со всех сторон тип, порой якшающийся не только с людьми, но и со Смотрителями, сложит голову, тем лучше.

«Не дождетесь!», — подумал тенник.

Теплый амулет грел грудь. Не исключено, что это еще один аргумент, который заставляет Йарстэ подставить его и угробить в ближайшей схватке. Идущим в Ночи очень пригодится эта вещь... а честное наследство погибшего боевого товарища отбирать не рискнет никто, даже Лаан или Риайо.

Ледяная вода, на редкость чистая и сладкая, помогла смыть кровь и взбодриться, но на душе все едино было погано. Так погано, как не было уже многие и многие годы. Он оказался меж двух огней, и «свои» видят в нем только обладателя ценной цацки, которую нельзя отнять, а можно только получить законным образом, а «чужие» — никакие не чужие, а такие же братья. Не считая людей, конечно, но Арена без человеческих бойцов — скучный, унылый междусобойчик, который не нужен никому.

— Задача: очистить этот квартал, — сказал командир.

— От кого? — спросил Дерран, и обнаружил, что остался в гордом одиночестве со своими уточняющими вопросами. Остальные три десятка молчали. То ли знали задачу, то ли им было все равно.

— От людей, — сказал волк.

— Что, ото всех? — продолжил уже вполне намеренно издеваться Дерран. — Так вот пойдем и будем крошить всех подряд?

— Нет, трепло, — рыкнул волк. — Здесь засела банда, которая себя зовет борцами с...

— С нечистью, — услужливо подсказал Дерран. — Понял задачу.

— Наконец-то...

Сомнений в интеллектуальной состоятельности командира у бывшего владельца Арены больше не возникало. Командир-дурак — самое худшее, что может с тобой случиться. Хотя, может, он вовсе не дурак, а только старательно таковым прикидывается. В любом случае именно для Деррана он будет командиром-дураком худшего фасона: дураком, замышляющим какую-то гадость.

Тенник оглядел отряд. Три десятка физиономий, из которых ему хорошо знаком только Рейме. И этого сюда отправили? Не дав даже отдохнуть? Интересные дела... Внизу Дерран видел целую кучу свежих бойцов, а Рейме до сих пор поджимал разрубленное и, надо понимать, наспех залеченное запястье. В иной ситуации Дерран не позволил бы так обращаться со своим бойцом, но теперь Рейме был бойцом Идущих в Ночи, и за его судьбу отвечал глава клана.

— Ты, тупой, пойдешь со мной, — уточнил волк и принялся распределять остальных. — Так, ты и твой десяток — по этой улице, вы — в обход, вы — за мной. Обходим эти два дома, и встречаемся вон там...

Дерран посмотрел, куда указывала лапа командира. Высокая каменная трехэтажка с узкими окнами, отделенная от улицы оградой и цепочкой деревьев. Удобное место, чтобы держать оборону, но паршивое, чтобы атаковать его. В окнах мелькали огоньки света. Сколько человек в доме, Дерран почуять с такого расстояния не мог. Может, десяток — а может, и сотня. Интересно, как командир представляет себе штурм? Оборотни сильны в ближнем бою, но плохо владеют и оружием, и силой слова. А в отряде нет ни одного из Теней Ветра, которые могли бы здорово помочь, да и девицы из Детей Молнии здесь пригодились бы. Интересно, чем думает Йарстэ? Хвостом?

Квартал был пуст и тих, словно вымер. Кое-где в домах затаились люди, не рисковавшие высовываться наружу. Вполне логично: для одних они — враги, а для других «трусливые предатели общего дела». Лучше уж сидеть и не отсвечивать, если не удалось вовремя смыться на другую завесу, а драться нет ни сил, ни желания.

Дерран шел за командиром, за ними, цепочкой, еще девять бойцов. Рейме отправили с другим десятком, и тенник никак не мог отделаться от мысли, что это и не случайно, и очень паршиво. Для обоих. Думать нужно было о другом: как уцелеть в заварушке, сколько человек в особняке и как хорошо они вооружены, как подобраться поближе незамеченными. Думалось же о Рейме, и опять противно ныло под ложечкой, словно Дерран сделал что-то не так, а каждый шаг по темной ночной улице усугубляет ошибку.

Сегодня переменчивая погода подкинула легкие заморозки. На ветках деревьев выступил тонкий слой инея, трава словно поседела, а воздух казался звонким и хрустящим, как наледь на лужах. Хорошая ночь для боевой операции: все слышно, легко почуять врага, не приходится ни изнывать от жары, ни мерзнуть. Правда, у такой погоды есть и оборотная сторона: борцам с нечистью тоже хорошо слышно и далеко видно. Такова жизнь: редко она бывает на чьей-то стороне, чаще гадит обоим.

Рукоять кинжала, прихваченного в пещере Идущих, была обмотана шершавой кожаной лентой, и приятно лежала в руке: не скользила, не холодила руку. Длинное обоюдоострое лезвие, простой шаровидный набалдашник рукояти. Вещь не слишком изысканная, но удобная и надежная. Лучше, чем с голыми руками; когти — не самое сильное оружие. А у некоторых, типа командира, еще и когтей-то особо нет. Волчья пасть, конечно, внушающее зрелище, но против арбалетного болта, наконечник которого покрыт тонким слоем серебра — не сгодится. Пистолет с серебряными пулями тоже аргумент не в пользу волка. А у клятых борцов, кажется, нет проблем с серебром.