Александр Лайк - Синий, как море

- Властитель Сапфира! Приказание твое исполнено в точности, а город ждет своего победоносного правителя!

- Встань, - милостиво сказал я. - Отныне за доблесть и преданность твою быть тебе оруженосцем. Если и впредь ты будешь служить Домену столь же рьяно и верно, недолго осталось ждать дня, когда назову я тебя рыцарем Короны.

Парень побледнел от счастья. Коротко кивнул, рывком поднявшись, отсалютовал мне - не как принцу, а как полководцу - и не обращая внимания на рану, взлетел в седло.

Я опять испытывал странное чувство нереальности происходящего. Я был настолько счастлив, настолько искренне переживал каждую секунду бытия, что не мог воспринимать это естественно. Такое ощущение обычно бывает лишь в добрых снах да в мечтах. Мне даже удавалось сказать именно то, что я хотел, и теми самыми словами, которые были нужны. Боги, боги! Неужто я заслужил тот восторженный трепет, который сейчас пронизывал каждую частицу тела моего?

Ворота приближались. Рослый, плечистый рыцарь без шлема отделился от группы воинов. В темном ежике его волос было уже достаточно седины; ежик воинственно топорщился и серебрился на солнце - совсем, как у Сагастена. Для полного сходства причесок рыцарю не хватало только повязки с щегольским хвостиком.

Во всем остальном они разительно отличались. Особенно конституцией. Сагастеном можно огородное пугало ошарашить - этакий призрак скорого увольнения... Рыцарь был потяжелее мага раза в три, наверное.

Я остановил коня в нескольких шагах от него.

Рыцарь шагнул ко мне и с достоинством поклонился.

- Приветствую Синего принца Домена Райдока! Я Олломан, комендант Сапфира, капитан Короны.

- И я приветствую тебя, Олломан, - сказал я, стараясь, чтобы слова мои прозвучали по возможности проще.

- По воле Совета Домена, по желанию священной Радуги, вверяю я тебе сегодня наш родной город и вручаю тебе наши жизни. Но прежде хотел бы я поблагодарить тебя, мой принц и повелитель, за победу, которую ты принес нам сегодня, ибо поистине пал бы сегодня Сапфир, жемчужина Лиаменны, под вражеским натиском, если бы не та скорая и своевременная подмога, что привел ты под стены города.

Олломан преклонил предо мной колено.

Я почувствовал, что должен спешиться. Не вспомнил, отнюдь, а именно почувствовал. Я спрыгнул с коня, подошел к нему и положил руки ему на плечи - вернее, на металлические наплечья.

- Не было для меня радостнее дня, нежели этот, Олломан. Да начнется с этого дня возрождение былой славы Сапфира. Встань, я желаю, чтобы ты был рядом в тот миг, когда я впервые вступлю в город.

Орбен тоже сполз со своей кобылы и взял моего коня под уздцы. По его сияющему лицу я понял, что делаю все правильно. Но вот только...

- Витязь Альба Ранскурт, прими командование и вводи войско в город!

Альба гордо склонил голову. Орбен тут же передал ему знамя. Кто-то из солдат взял под уздцы его каурую. Олломан шагнул вперед и влево.

- Воины и жители Сапфира! Приветствуйте властителя вашего Райдока, Синего принца, что вернулся из боя с победой!

- Слава Райдоку!! - радостно заорали встречающие.

- Слава! - грозно взревели солдаты у меня за спиной.

Я высоко поднял голову и медленно двинулся вперед. Слева и немного сзади шел Олломан, еще больше отстав и по правую руку от меня, двигался Орбен с вороным в поводу, Альба же сместился в центр и негромко отдавал какие-то команды, перестраивая войско в колонну по пять.

Войско Сапфира словно несло с собой в город ощущение победы.

В тот миг, когда я шагнул в тень городской стены, пересекая линию ворот, на пустом флагштоке рядом с белым знаменем, пересеченном наискось синей полосой, взвилось второе знамя. Синее.

Оно было немного меньше флага Домена, и развевалось чуть пониже. Стены, казалось, дрогнули от неистового вопля "Хвала! Хвала принцу Райдоку!" Воины стали мерно колотить рукоятями мечей о щиты. Те, у кого не было щитов, плашмя ударяли клинками о ножны. Мирные горожане топали ногами и хлопали ладонями по бедрам.

Я вдруг вспомнил о неотложной заботе, замедлил шаг и повернулся к Олломану.

- Немедленно вышлите в поле санитаров, - приказал я. - Там раненые. Много раненых. Есть и черная пехота. Не добивайте их. Ведите в город, размещайте под охрану и лечите, как пленных.

- Слушаюсь, мой принц, - серьезно кивнул Олломан и сразу отстал от меня - подозвал к себе одного из гарнизонных офицеров и принялся распоряжаться.

Я двигался вперед, теперь уже один, и с некоторым ехидством думал о том, что отослал от себя единственного человека, который знал, куда идти. Ни Орбен, ни Альба, насколько я мог сообразить, в Сапфире ни разу не были, и, стало быть, не знали, где расположен дворец правителя. Иначе Жемчужина Странствий могла бы доставить нас прямо на дворцовую площадь. А вот как раз я в Сапфире вроде бы бывал неоднократно и должен был прекрасно это помнить. Должен был, но, разумеется, не помнил.

Я остановился.

Орбен истолковал это по-своему. Он тут же подвел мне коня, видимо, решив, что я исполнил акт вступления в город - с должным уважением, пешим, а теперь хочу вновь занять положенное мне место триумфатора. Я криво улыбнулся своим мыслям и поднялся в седло. Альба подался вперед и снова оказался у правого стремени.

- Витязь, - негромко обратился я к нему, - вы, случайно, не знаете, где здесь дворец правителя? А то очень неудобно может получиться.

Альба недоуменно глянул на меня и вдруг снова разразился своим жутким смехом, от которого должно было скисать молоко, а у беременных случаться выкидыши.

- Вы знаете, что вашим смехом можно дьяволов пугать? - мрачно поинтересовался я.

- Знаю, - выдохнул Альба в промежутках между приступами истошных завываний. - Здорово, правда?

Солдаты, идущие впереди, дружно начали укорачивать шаг, чтобы колонна не врезалась в нас, а затем и вовсе остановились. И смотрели на нас заинтересованно и ожидающе.

Наконец-то насмеявшись всласть, Альба повернулся к строю и зычно сообщил:

- Принц Райдок крайне склонен помочиться, дабы не осквернить церемонию! Ему не везло с этим делом от самого начала боя! Так что, ребята - разойдись! Собраться на дворцовой площади!

Армия на мгновение замерла. А потом захохотала. К ней постепенно присоединились гарнизонные воины и ремесленники, потом женщины и даже дети. И тут же из глубины строя кто-то крикнул:

- Да здравствует Райдок! Вот это принц!

- Хвала принцу! - тут же заорали все. И орали долго.

Строй распался. Солдаты, по одному и кучками, двинулись куда-то вперед и направо. А к моему стремени подошла молодая женщина и, отчаянно стесняясь собственной смелости, сказала:

- Вот наш дом, ваше сиятельство... там во дворе, ежели не побрезгуете... ой!