Аллен Стил - «Если», 2000 № 11

Литтон толкнул дверь и вошел в паб. В это время дня там было почти пусто. Дэнни Кеог сидел на своем обычном месте, рядом на полу лежала его отстегнутая деревянная нога. Тедди Гилпин сражался за игровым автоматом, а его братец пил сидр, закусывая чипсами и плотоядно разглядывая красоток в журнале.

Барменша Джанет Спек любовалась высокой копной своих волос в длинном зеркале. Завидев Литтона, она сразу проявила к нему интерес и как-то странно смутилась. Элли ее почти поняла.

Челюсть Терри отвисла, явив всеобщим взорам малопривлекательное зрелище полупережеванных чипсов. Пощелкивание автомата смолкло, а руки Тедди потянулись от кнопок к рукояткам револьверов. Элли наслаждалась моментом, прекрасно понимая, что все в пабе сейчас напряглись, гадая, что незнакомец, ее друг — ведь он ее друг! — сейчас сделает. Гэри Чилкот, низенький и пронырливый подручный Маскелла, проворно шмыгнул в заднюю комнату, где обычно выпивал сквайр.

— День добрый, гудмен, — сказала Джанет, растягивая тонкие губы в лисью улыбку и демонстрируя ослепительно белые зубы. — Чего желаете?

— «Белле». И молочный коктейль для Элли.

— Она еще несовершеннолетняя. Ее нельзя обслуживать в пабе.

— Маскелл не станет возражать. Мы с ним старые приятели.

Джанет принялась разливать напитки. Литтон взглянул на ее шею, полуприкрытую выбившимися из прически прядями, и поймал в зеркале улыбку барменши. Она не сводила с него глаз, хоть он и стоял у нее за спиной.

Джанет подошла к музыкальному автомату и поставила «Портисхед». Потом танцующей походкой вернулась за стойку, выразительно покачивая бедрами. Музыка заполнила пространство между ними, передавая безмолвные послания.

Распахнулась дверь, и в бар, пыхтя, ввалился управляющий Дрейпер. Очевидно, его срочно вызвали.

— Я как раз собирался снова зайти к гудвайф Эймс, — сообщил он Литтону, не упоминая, что во время их последней встречи Литтон лежал на земле, а плечо его было прострелено констеблем. — Тони Джаго, предводитель бродяг, смылся из Гластонбери с шайкой своих хиппи. Ожидаются набеги на фермы. Пусть Сьюзен остережется. Все хиппи — мерзавцы! Никакого уважения к собственности. Они нажираются наркотиков и перестают соображать, что делают!

Литтон достал из кармана значок с изображением листа марихуаны, снятый с обрывка пончо в разоренном огороде, и бросил его в кружку Терри Гилпина.

— Ой, извиняюсь, — пробормотал он.

На сей раз за оружием потянулся Терри. Литтон вышиб из-под него стул, и Терри растянулся на полу, давясь чипсами. Литтон прижал его запястье носком сапога и кивнул Элли. Та подняла револьвер Терри. Громила выругался. Его лоб покрылся воняющими сидром капельками пота.

Элли доводилось держать оружие, но было это еще до того, как ее приютила Сьюзен, и она успела позабыть, какое оно тяжелое. Хоть она и схватила револьвер двумя руками, его ствол, нацеленный в живот Терри, все равно покачивался.

— Если я подам жалобу на этого человека, вряд ли что-либо изменится, не так ли?

Дрейпер промолчал. Его лицо стало красным, как клубничное варенье.

Терри заерзал. Тедди, разинув рот, уставился на брата.

Литтон выхватил револьвер, нацелил на Тедди, сказал «бах!» и сунул оружие обратно в кобуру — и все это единым неуловимым движением в промежутке между двумя ударами сердца. Тедди выпучил глаза, его рука так и застыла в нескольких дюймах от собственного оружия.

— Это был честный поединок, — заметил Литтон. — Хочешь попробовать еще разок?

Он убрал ногу. Растирая покрасневшее запястье, Терри отполз подальше и лишь потом встал.

— Если у вас спор, джентльмены, то попрошу выйти, — проворковала Джанет.

Литтон пересек комнату, толкнул дверь в задний бар с панелями из матового стекла и увидел небольшое помещение с мягкими кожаными креслами и выцветшими обоями, на которых были изображены сцены охоты.

Сквайр сидел за столом, заваленным бумагами и разложенными картами. Рядом с ним расположился незнакомый Элли человек, выделяясь стоячим воротничком и галстуком. Третьим оказался Эрскин, он слушал Гэри Чилкота, который не умолкал с тех пор, как выскользнул из бара.

Сквайр был слишком раздражен, чтобы изображать доброжелательность.

— Будьте любезны, оставьте нас одних.

Литтон бросил взгляд на стол. Там лежала крупномасштабная карта округа, испещренная красными линиями. Уголки ее прижимали пепельницы и пустые стаканы. Когда Литтон вошел, сквайр что-то показывал на карте, а его чопорный собеседник согласно кивал.

Литтон, не споря, вышел из задней комнаты и сразу резко захлопнул дверь. Та врезала по лицу метнувшегося следом Эрскина. Стеклянная панель треснула, констебль рухнул на колени. Происходящее нравилось Элли все больше и больше.

Терри немедленно бросился на Литтона, но тот шагнул в сторону, ухватил громилу сзади за бриджи, приподнял и швырнул через стойку бара. Терри врезался в высокое зеркало. Зазвенело битое стекло.

Джанет, являя собой образец разгневанного владельца заведения, выхватила ружье, но Литтон быстро прижал ее руку к стойке.

— Примите мои извинения, гудвайф.

В бледно-голубых глазах барменши пылала ярость. Литтон порывисто перегнулся через стойку и поцеловал ее в губы. Щеки Джанет заполыхали от гнева. Литтон забрал у нее дробовик.

— С этими штуковинами надо обращаться осторожно, — заметил он. — Иногда они стреляют в самый неподходящий момент.

И он разрядил оба ствола в обрамленную фотографию элдерской команды, победительницы чемпионата по кеглям 1966 года. Грохот оказался поразительным. Литтон переломил ружье и бросил его на пол. Эрскин, зажимая платком кровоточащий нос, вышел из задней комнаты со взведенным «уэбли» в руке.

Но сейчас все оказалось иначе. Литтон был вооружен.

Несмотря на раненое плечо, Литтон мгновенно выхватил оба револьвера и отстрелил Эрскину оба уха. Потрясенный констебль замер, из мясистых обрубков, на которые уже не сможет опираться его шлем, хлестала кровь.

Эрскин тоже выстрелил, но промахнулся. Литтон хладнокровно прицелился и велел констеблю бросить оружие.

Эрскин не стал упрямиться, и револьвер стукнулся о пол.

Литтон столь же молниеносно спрятал оружие в кобуры. Вновь зазвучала музыка, заполняя тишину, наступившую после треска и выстрелов. Терри, скорчившись, стонал за стойкой бара, и Джанет пинками выгнала его.

Литтон взял стакан виски и сделал глоток.

— Очень неплохо, — отметил он.

Джанет, теперь уже с размазанной помадой, машинально коснулась волос. Лишившись зеркала, она не знала, как выглядит прическа.