Айзек Азимов - Установление и Империя

ментальной атаки мутанта, подобного Мулу?

– Это – для психологов Второго Установления! – Бейта чувствовала, как в ней растет

возбуждение.

– Да, да, да! Конечно!

– Но они пока ничего не сделали.

– А ты уверена, что они действительно ничего не сделали?

Бейта подумала, прежде чем ответить.

– Нет, не уверены. А у вас есть какие-нибудь серьезные доводы?

– Нет. Существует много факторов, о которых мне ничего не известно. Второе Установление в

момент своего основания было не более зрелым, чем наше. Мы развивались медленно и набирали

силу постепенно; то же должно было происходить и с ними. Одни звезды знают, на каком уровне они

находятся сейчас. Достаточно ли они сильны, чтобы сразиться с Мулом? И – что особенно важно -

знают ли они об опасности? Есть ли у них достойные руководители?

– Но если они следуют плану Селдона, то Мул должен быть побежден Вторым Установлением.

– Ах, – и узкое лицо Эблинга Миса задумчиво сморщилось, – ты опять за свое? Но Второе

Установление было более трудной задачей, чем Первое. Его сложность неизмеримо выше;

следовательно, выше и вероятность ошибки. А если Второе Установление не сможет одолеть Мула,

это будет плохо – предельно плохо. Это, может быть, станет концом человеческой расы – в том виде, в

каком мы ее знаем.

– Нет.

– Да. Если потомки Мула унаследуют его ментальную силу… Ты понимаешь? Homo sapiens не

сможет с ними конкурировать. Появится новая доминирующая раса – новая аристократия, а Homo

sapiens будет низведен до рабского труда, как низшая раса. Разве не так?

– Да, это так.

– А если даже по какой-то случайности Мулу не удастся основать династию, он все же сможет

основать новую, вырожденную Империю, опирающуюся лишь на его личную мощь. С его смертью

умрет и она; Галактика останется такой же, какой была до его прихода, но Установлений, вокруг

которых могла бы сплотиться настоящая, здоровая Вторая Империя, больше не будет. Начнутся

тысячелетия варварства, и будущее станет туманным и непредсказуемым.

– Что же мы можем сделать? Можем ли мы предупредить Второе Установление?

– Мы просто обязаны это сделать, иначе есть риск, что они останутся в неведении, а это

опасность смертельная. Но предостеречь их невозможно.

– Невозможно?

– Я не знаю, где они находятся. Я знаю только, что они – "на другом конце Галактики"; можно

выбирать среди миллионов планет.

– Но, Эблинг, разве здесь нет более точных сведений? – Бейта рассеянно указала на ленты,

покрывавшие стол.

– Нет. Я пока ничего не нашел. Секретность должна что-то означать. Должна быть причина… -

его глаза снова обрели недоумевающее выражение. – Но я хотел бы, чтобы ты ушла. Я потерял уже

немало времени, а оно истекает… истекает…

Он резко отвернулся – хмурый и раздраженный.

Приблизились мягкие шаги Маньифико.

– Ваш муж уже дома, госпожа моя.

Эблинг Мис даже не поздоровался с клоуном. Он опять углубился в свой проектор.

В тот же вечер, выслушав рассказ Бейты, Торан спросил:

– Ты думаешь, он в самом деле прав, Бей? Тебе не кажется, что он не… – он недоговорил.

– Он прав, Тори. Да, он болен, я знаю. Он так переменился, отощал, и то, как он

разговаривает… – он болен. Но как только речь заходит о Муле, о Втором Установлении, – о том, что

его по-настоящему занимает – можно заслушаться! Он становится прозрачен и ясен, как небо

внешнего космоса. Он знает, о чем говорит. Я верю ему.

– Тогда есть надежда… – это прозвучало почти как вопрос.

– Я… я этого не додумала до конца. Может быть! Может быть и нет! Отныне я ношу при себе

бластер, – пока Бейта говорила, в ее руке появился сверкающий ствол оружия. – Просто на всякий

случай, Тори, на всякий случай.

– Что значит – на всякий случай?

Бейта нервно, почти истерично расхохоталась.

– Неважно. Может быть, я тоже слегка чокнулась – наподобие Эблинга Миса.

Эблингу Мису оставалось семь дней жизни. Семь дней пробежали один за другим в полном

спокойствии.

Для Торана они несли в себе некое оцепенение. Тепло и тишина сковывали его. Жизнь в

целом, казалось, утратила динамизм; все окружающее превратилось в беспредельное сонное болото.

Мис окончательно затаился и не подавал о себе вестей. Его поиски по-прежнему не давали

результатов. Он забаррикадировался в подземелье. Ни Торан, ни Бейта не могли его увидеть. Только

Маньифико, ходивший взад и вперед, оставался свидетелем его существования. Относя на цыпочках

подносы с едой и тихо, терпеливо наблюдая в сумраке, Маньифико тоже стал молчаливым и

задумчивым.

Бейта все прочнее замыкалась в себе. Ее жизнерадостность увяла, уверенность в себе

пошатнулась. Она тоже стремилась лишь к полному тревог и размышлений одиночеству, и как-то

Торан натолкнулся на Бейту, вертевшую в руках бластер. Она торопливо отложила оружие и

принужденно улыбнулась.

– Что ты с ним делаешь, Бей?

– Держу его в руках. Это преступление?

– Ты снесешь свою глупую голову.

– Ну и пусть. Невелика потеря!

Супружеская жизнь научила Торана не вступать в спор с женщиной, когда та в плохом

настроении. Он пожал плечами и оставил ее в покое.

В последний день Маньифико, задыхаясь, примчался к супругам и испуганно вцепился в них.

– Высокоученый доктор зовет вас. Ему нехорошо.

Ему действительно было нехорошо. Он лежал в постели, с неестественно расширенными,

неестественно блестящими глазами. Он был грязен и неузнаваем.

– Эблинг! – вскричала Бейта.

– Дайте мне сказать, – прохрипел психолог, с усилием приподнявшись на исхудалом локте. -

Дайте мне сказать. Мне конец… работу я передаю вам. Я не вел записей; черновики я уничтожил.

Больше никто не должен знать. Все должно остаться у вас в головах.

– Маньифико, – сказала Бейта с грубой прямотой. – Пойди наверх!

Клоун нехотя поднялся и шагнул назад. Его печальные глаза смотрели на Миса. Тот сделал

слабый жест:

– Он не помешает; пустите его остаться. Останься, Маньифико.

Клоун быстро уселся. Бейта уперлась взглядом в пол. Она прикусила зубами нижнюю губу,

сжимая их все сильнее и сильнее.

Мис сказал хриплым шепотом:

– Я убежден: Второе Установление может победить, если оно не будет преждевременно

застигнуто Мулом. Оно окружило себя секретностью; секретность эта должна быть соблюдена и

впредь; она необходима… Вы должны отправиться к ним; ваша информация жизненно важна… может

содержать в себе все недостающее… Вы слышите меня?

Торан в отчаянии закричал: