Челси Ярбро - Отель Трансильвания

- Отойди от моей дочери,- ледяным голосом произнес де Монталье.

- И не подумаю.

Сен-Себастьян, не оборачиваясь, приказал:

- Тит, если этот глупец застрелит меня, я поручаю тебе расправиться с ним, но не сразу. Способ убийства можешь избрать сам. Остальным повелеваю повиноваться распоряжениям Тита.

Он дал слуге знак выйти из зоны прицела.

- Убийства,- заявил Жервез, хотя на него никто не смотрел,- подлежат разбирательству магистрата.- Он с достоинством повернулся и, хрустя битыми стеклами, двинулся к пролому в стене.- Задержите их, Робер.- Граф приостановился, покачиваясь и заложив руки за пояс.- Я погляжу, нет ли поблизости караульного офицера. Час, правда, поздний, но должен же кто-нибудь...

Сен-Себастьян, разматывая бич, произнес:

- Встаньте в сторону, господа.

Бич взвился в воздух как что-то живое и хищное, его тонкий кончик впился в горло Жервеза. Граф икнул и откачнулся назад, кровь залила его кружевное жабо. Сен-Себастьян подался вперед, словно рыбак, вываживающий крупную рыбу, затем резко дернул свое орудие на себя. В тишине, воцарившейся в комнате, раздался звук, похожий на треск сломанной ветви. Словно марионетка, у которой обрезали нити, Жервез рухнул на пол и там затих.

На мгновение все замерли. Затем с губ Робера сорвался вопль:

- Умри же, злодей!

Дуло его мушкета грозно качнулось. Раздался оглушительный грохот, порох взорвался, но пуля

ушла в потолок, ибо проворство барона было ошеломляющим. Кончик его бича вырвал из рук Робера ружье, и оно с сильным стуком врезалось в шкаф со старинными музыкальными инструментами.

- Хватай его, Тит! - повелел Сен-Себастьян, свивая свое смертоносное орудие в кольца.

- Сейчас, господин,- отозвался Тит, подступая к Роберу. Мадлен, предупреждая отца об опасности, закричала.

Маркиз де Монталье отступил на шаг, нашаривая на поясе шпагу. Клинок с легким лязгом покинул ножны, маркиз сделал выпад, и острая сталь вошла в грудь звероподобного холуя.

Тит взвыл, схватившись за лезвие, но по инерции продолжал наступать. Его натиск непременно смял бы маркиза, однако ноги слуги зацепились за тело Жервеза, и гигант повалился на пол, успев лишь свободной рукой хлестнуть противника по лицу.

Робер потерял равновесие и, поскользнувшись на залитых кровью осколках стекла, упал на одно колено, но тут же поднялся.

- Очень впечатляюще,- пробормотал Сен-Себастьян.- Что ты хотел доказать этим, Робер? - Небрежно поигрывая бичом, он смотрел на маркиза.Неужто ты и впрямь полагал, что сможешь мне помешать?

- Проклятье...

Маркиза охватило отчаяние. Выбегая из дома сестры, он нимало не сомневался, что сумеет вызволить дочь. Разве могут вырождение и порок противостоять силе отцовской любви? Стоит лишь взять негодяев на мушку, как зло вострепещет и обратится в ничто. Только теперь до него дошло, насколько был глуп этот план.

- Бедный Робер, такой добродетельный и наивный! - Сен-Себастьян жестом пригласил остальных мужчин полюбоваться на незадачливого маркиза.- Видишь, чем все закончилось? У меня была лишь она, а теперь есть и ты.

Он помолчал и спросил:

- Полагаю, вы сообщили супруге графа, куда направляетесь? Но... бедная женщина, кажется, овдовела. Вопрос мой неделикатен, прошу меня извинить,барон повернулся к своим приспешникам.- Господа, не хочет ли кто-нибудь отвести его в комнату на конюшне? Там у меня прохлаждается и Ле Грас, правда сейчас компаньон из него никудышный. Впрочем, вы ведь, Эшил, наверняка найдете способ развлечь нашего гостя, пока я не придумаю, как с ним поступить.

Глаза Эшила де Кресси загорелись.

- Маркиз весьма привлекателен, благодарю. Надеюсь, вы мне позволите провести с ним какое-то время?

Де Монталье побледнел, догадавшись, что его ожидает.

- Он не хочет!

Эшил пришел в полный восторг.

- Когда я с ним разберусь, он утратит строптивость.

- Не сомневаюсь,- кивнул Сен-Себастьян, подталкивая безгласного де Монталье к де Кресси.- Но для начала свяжите его... во избежание лишних сюрпризов.

Эшил захихикал.

- А может, заняться им прямо здесь - у нее на глазах?

- Мы это сделаем, но не здесь и попозже. Барон протянул руку и сорвал с плаща Робера плетеные галуны.

- Вот. Вяжите покрепче. Не сопротивляйтесь, мой милый, иначе вашей дочурке несдобровать.

Маркиз покорно завел за спину руки. Убедившись, что пленник надежно связан, Сен-Себастьян сказал:

- Здесь становится горячо. Нам следует перебраться в другое местечко. Эшил надулся.

- Сколько у меня времени?

- Возможно, час. Но не больше.

- Прекрасно. Мне этого хватит,- де Кресси потащил пленника к выходу.Я всегда ношу с собой небольшое шильце, маркиз. Вы поразитесь, узнав, для чего оно служит.

Мерзко хихикнув, он вытолкнул Робера из комнаты.

- Зачем нам перебираться куда-то, Клотэр? - спросил недовольно Боврэ.Я не люблю прерываться.

- Я тоже, барон,- медленно сказал Сен-Себастьян.- Вот почему мы и уходим. В одну потайную часовню, служившую секретным прибежищем еще для маркизы де Монтеспан. Там нам никто уже не помешает.- Он повернулся к столу и взглянул на Мадлен.- Думаю, вы, я и она поедем в карете. Остальные последуют за нами верхом

- Но, дорогой друг,- возразил де Ла Сеньи,- вы обещали дать нам какое-то время...

Сен-Себастьян кивнул.

- Да, обещал. И оно у вас есть. Я должен написать несколько писем. Позабавьтесь с ней, но осторожно, не причиняя большого вреда Мучить и бить ее я запрещаю. Отвожу каждому по четверть часа. Сначала вы, де Ла Сеньи, потом Боврэ, затем Шатороз. И помните: ей надлежит оставаться девицей.

Он повлек сотоварищей к выходу, с улыбкой бросив расплывшемуся в улыбке красавцу:

- Развлекайтесь.

Мадлен услышала, как захлопнулась дверь, и задержала дыхание. Лежа лицом вниз, она увидела, как туфли молодого аристократа переступают через валяющихся на полу мертвецов, и содрогнулась от отвращения.

- Де Ла Сеньи,- спросила она, стараясь говорить как можно спокойнее,зачем вам все это? Неужели в вас нет ни капли стыда или сострадания? Подумайте, что с вами станется, когда эта история получит огласку?

Она ощутила жар, исходящий от ищущих рук, и услышала хриплый от нарастающего возбуждения голос:

- Огласки, моя дорогая, не будет. Не пройдет и недели, как все позабудут о вас. Кроме того, вы - часть испытания. И, надо отметить, весьма приятная часть. Расслабьтесь, милая, вам тоже будет приятно.

Бесстыдные пальцы насильника впились в тело Мадлен. Де Ла Сеньи тяжело задышал, она не сопротивлялась. Все бесполезно, все безысходно, бороться уже ни к чему. В глаза ей бросилась скорченная фигурка Кассандры. Где Сен-Жермен? Почему он медлит, почему не идет? Девушка застонала и закусила губу, тщетно силясь забыться. Спасти ее уже попытались двое мужчин, но один из них теперь плавает в луже собственной крови, а второй захвачен и отдан во власть развратного негодяя. Медлен зажмурилась и со всем жаром своей измученной и отчаявшейся души стала молить небеса ниспослать ей сумасшествие.