Стас Северский - Боец тишины (СИ)

расщедрюсь – у меня ведь ни гроша за душой давно… за меня мое главное разведуправление все

такие задачи решает… А наобещаю я ему за свою шкуру и за британца больше денег, чем за нас

обоих оба государства дадут – убедительно наобещаю.

Глава 27

Амин кинул мне флягу, и я, не напившись, как хотелось бы, передал ее Ричарду – просто я

знаю, что в ближайшее время мне не напиться вдоволь, как бы я ни заливался водой. Ахмед

сбросил трупы на землю и присыпал песком.

– Слава, ты в седле удержишься?

Я кивнул.

– А товарищ твой?

Снова кивнул, косясь на Ричарда.

– Что, летчик, с коня не полетишь?

Ричард, из последних сил держащийся на ногах, не ответил. Он подковылял к указанной ему

Амином лошади и дернул стременной ремень, проверяя крепления. Я тоже решил проверить.

– Ахмед, подпруги подтянуть надо! Съедут же седла! Кони у тебя тощие какие…

Ахмед с лукавым прищуром охлопал сухого коня по холке.

– Хорошие кони.

– Подожди расхваливать. Проверим сейчас. Стремя придержи!

Ахмед крепко перехватил правое стремя, когда я поставил ногу в левое, с трудом взбираясь на

коня, – только седло, несмотря на его усилия, под моей тяжестью съезжать стало. Я спрыгнул в

песок.

– Не поеду я так. Расседлать надо.

Ахмед насупился, но Ричард меня поддержал, и коней мы расседлали. Уздечки оказались не

надежнее – узкий трензель и потертые веревки с грубыми узлами. Накинул коню на шею петлю –

удавкой конем управлять буду, если оборвется все, что у него на голове наверчено.

– Все, по коням! Поехали!

Глава 28

Не долго мы с Ричардом крепились – терпеть тряску и острый хребет неоседланного коня

невыносимо. Только Ахмед и слушать о передышке ничего не хочет. Просто солнце стоит высоко, а

укрыться от него негде. Едва живой, свалился встревоженному коню на шею, крепче цепляясь за

клок гривы.

– Ричард, похоже, не верит он мне. Не надежной он мою плату считает.

– И что теперь?

– Он нас в плен возьмет – вернее, уже взял. Торговать нас теперь с нашими будет. Долго будет

торговать, чтобы не продешевить.

– А мы у него доживем до того, как он с нашими сговорится?

– Он не дурак, товар портить. Только все равно… не знаю.

– Бежать надо, Слава.

– Вот и я о том же. Ты давай отдыхай у скакуна на шее. Нам скачки предстоят.

119

– Подождем, когда он нас к поселению выведет.

– Нет, Ричард, не пройдет. Там все люди – его люди. Преследовать будут, схватят и… Нам,

пойманным при попытке деру дать, хуже придется. Давай по моей команде коня пугай. Сделаем

вид, что не справились с управлением и… Тогда, пусть и поймают – не придерутся.

Ричард, недолго думая кивнул.

Глава 29

Гоним вперед, что есть мочи. Мчимся в никуда – в синее марево, трепещущее над мутным

горизонтом, прочь от красного зарева заходящего солнца. Я теряю дыхание. Плечо разгрызает едва

нейтрализованный химический ожог – адреналин больше не глушит боль, и сердце слабнет, словно

засыпая. Я надышался кислоты, разъедающей легкие, и песок… песок просто раздирает

пересохшее горло на куски. Перехватил повод правой рукой, отпуская левую, – прорезанную

тонкой веревкой, впившейся чуть не до кости. Схватил клок чахлой гривы, но не удержался и

соскользнул на шею тощему коню. Повис на поводе, проволочился по песку. Камни полетели в

лицо, и я разжал руку, падая. Песок забил рот и… Я, задыхаясь, выскребаю его изо рта рукой –

снова рукой. Продираю глаза, царапая их пропыленными лохмотьями, оставшимися от моей

формы… от формы британского офицера.

Ричард осадил коня, поднял столбы пыли и спрыгнул, склоняясь надо мной.

– Слава! Вставай!

– Воды… Дай воды… Черт… Ложись!

Рухнули в песок, зарываясь, едва заслышав шум винтов. Я осторожно поднял голову,

всматриваясь в высокое небо, и жестко придавил голову англичанину, не давая ему увидеть своих.

– Тихо ты. Наши это. Огонь откроют, как только нашу форму распознают.

Британец напряженно сжал кулаки, ожидая, когда винты затихнут в отдалении, и я отпустил

его, переводя дух. Черт… Британские это территории… Он рано или поздно сориентируется.

Сейчас он спокойно принимает мысль о том, что, скорее, он мой пленный, а не я его. Но скоро

станет очевидно, что расклад иной. Скоро… С вертолета лошадей наших засекли – значит, и нас

рядом искать начнут сейчас… сейчас вернутся по наши души. Эх, Игорь Иванович… Что ж мне

делать?

– Ричард. Нам конец – расстреляют нас. Нам к Ахмеду надо!

Британец долго размышлять не стал – ему моя версия так же очевидно диктует сдаться, как мне

то, что на деле происходит.

– Сдаемся… Пошли коней поймаем.

Глава 30

Я рухнул на спину коню, жарко раздувающему ноздри. Черт… Скоро вырублюсь… а еще надо

обратно дорогу найти…

Конь подо мной споткнулся… Я выдернул его поводом, и он задрал голову, падая грудью и

заваливаясь на бок без переворота. Я едва успел упасть до того, как зверь придавил меня. Ричард

слетел неподалеку, когда его лошадь, испугавшись, шарахнулась в сторону. Ахмед несется к нам во

весь опор в пыли, а мы от усталости и встать ему навстречу не можем.

– Ахмед, воды дай! И коней поймай! Нам торопиться надо! Его вышлют – вертолет! Он –

вертолет – вернется! Ахмед выручай! Живее!

Глава 31

Я стою на лестнице и смотрю на стальные воды Невы… Сфинксы шепчут что-то мне на ухо с

обеих сторон, только тихий шепот, открывающий мне великие тайны, заглушен штормовым

рокотом… Открываю глаза темноте, стуча зубами от холода… Черт…

– Ричард…

120

– Я здесь – рядом.

– Нас что, в яму посадили?

– Нет – в хибаре какой-то заперли.

– А что холодно так и… Темно, как в…

– Ночь же.

– Ночь… “Я в свет пустился без гроша, но был беспечный малый. Богатым быть я не желал,

великим быть, – пожалуй! Таланта не был я лишен, был грамотен немножко. И вот решил по мере

сил пробить себе дорожку. И так и сяк пытался я понравиться фортуне, но все усилья и труды мои

остались втуне. То был врагами я побит, то предан был друзьями. И вновь достигнув высоты,

оказывался в яме”.