Стефан Гайм - Агасфер

Тем временем трое неизвестных приблизились к дозорной башне и облетели вокруг нее, причем двое тех, что имели огненные хвосты, громко смеялись, а у среднего было испуганное лицо, и он жутко гримасничал, отчего у унтер-офицера Блюмеля и ефрейтора Рекце отнялся язык и началась сильная дрожь.

Когда унтер-офицер Блюмель взял себя наконец в руки, он доложил о происшествии дежурному офицеру лейтенанту Кнуту Ломайеру. Однако к этому времени нарушители уже перелетели границу ГДР и находились на западноберлинской стороне, где они на большой скорости стали набирать высоту, пока не показались унтер-офицеру Блюмелю и ефрейтору Рекце похожими на искры от новогодних ракет.

Показания унтер-офицера Блюмеля и ефрейтора Рекце смогли быть зафиксированы лишь много позднее, поскольку лейтенант Ломайер написал рапорт об употреблении унтер-офицером Блюмелем и ефрейтором Рекце спиртных напитков на посту, и в настоящее время оба вышепоименованных отбывают наказание.

С соц. приветом,

подп.: капитан Кюнле МВО.

Поскольку данное дело во многих отношениях выходит за рамки компетенции управления IIВ(13), необходимо проинформировать министра предварительным докладом об исчезновении З. Байфуса и сопутствующих обстоятельствах. Полный отчет будет представлен по окончании расследования.

Собранные к настоящему времени данные из свидетельских показаний и отчетов дают примерно следующую картину происшествия:

Граждане Израиля проф. (?) И. Лейхтентрагер и А. Агасфер появляются 31.ХП.1980 г. около 11 часов 00 минут в Институте научного атеизма, 108 Берлин, Беренштрассе, 39а, где коллектив института проводит небольшой банкет по случаю принятия годового отчета о проделанной работе и достигнутых успехах. Руководитель института проф. Зигфрид Вальтер Байфус отправляется с обоими посетителями в свой кабинет, где происходит довольно взволнованный разговор; перед этим З. Байфус отклоняет предложение о том, чтобы при данном разговоре присутствовал свидетель. Другие сотрудники института в контакт с гражданами Израиля не вступали.

В 14 часов 30 минут З. Байфус в сопровождении обоих иностранцев, по показанию вахтера, покидает здание института через главный вход; в 17 часов он приходит в свою квартиру по адресу Лейпцигерштрассе, д. 61, восьмой этаж, где представляет жене и детям спутников как своего старого друга проф. Лейхтентрагера и "много постранствовавшего по свету" господина Агасфера, после чего закрывается с ними в кабинете. Данные о том, где он и его спутники провели два с половиной часа между уходом из института и приходом домой, отсутствуют.

Примерно в 19 часов З. Байфус и оба иностранных гостя покидают кабинет. С тех пор З. Байфус, И. Лейхтентрагер и А. Агасфер находятся под наблюдением жены и детей З. Байфуса, а также гостей новогодней вечеринки. Это имеет место примерно до полуночи, когда жена и другие присутствующие обнаруживают исчезновение З. Байфуса. С этого времени никто не видел также И. Лейхтентрагера и А. Агасфера.

Последние из вышеназванных, взяв с собой З. Байфуса, удалились из дома по Лейпцигерштрассе, 61, проделав большое отверстие в наружной стене восьмого этажа. Впрочем, нельзя исключить возможности обычного ухода из квартиры через дверь, лестницу (или лифт) и парадное, отверстие же служит отвлекающим маневром. Во всяком случае, от дома № 61 по Лейпцигерштрассе трое вышеназванных передвигались по воздуху вдоль Лейпцигерштрассе в западном направлении; долетев до пересечения с Фридрихштрассе, они свернули на эту улицу и перелетели пограничные укрепления над контрольно-пропускным пунктом; на западноберлинской стороне все трое исчезли из виду, резко набрав высоту.

К данному происшествию имеет отношение записка неизвестного происхождения, обнаруженная полицай-обермейстером Гиршем на рабочем столе З. Байфуса. Экспертиза показала, что текст взят действительно из Библии, то есть составлен до сооружения анти-фашистского защитного вала.

До сего дня ни самого З. Байфуса, ни каких-либо его следов не обнаружено, поэтому его отсутствие на территории ГДР можно считать окончательно установленным. Имеет ли место похищение или же побег за границу, окончательно не выяснено; против последнего предположения говорит факт, что нет данных о появлении З. Байфуса в ФРГ или других кап. странах.

В связи с международными аспектами данного дела управление IIВ(13) просит принять решение о возможном подключении отделов IА(27) и IVG(4).

С соц. приветом,

подп.: майор Пахникелъ Управление IIВ(13).

Глава двадцать восьмая

в которой суперинтендант фон Эйцен пытается избавиться от черта с

помощью учения о предопределении, однако попадает в собственную ловушку и

улетает через каминную трубу.

Старость - это пора урожая, и если жизнь была достойной, угодной Богу, то плоды ее будут щедрыми и благими, тем более у такого человека, как Пауль фон Эйцен, которого Бог вразумлял Своим словом, обращавшимся потом в слово пастырское. Он не только издал "Немецкий сборник проповедей", который без устали и лени пополнял своими праздничными и воскресными проповедями, дабы подчиненные ему пасторы, так сказать, младшие духовные братья, могли воспользоваться сборником и, внося небольшие изменения с учетом местных особенностей, использовать соответствующие тексты для наставления своей паствы на путь истинный; он не только представил благосклонному вниманию почтенной публики свое "Назидательное чтение о том, как применять два положения христианского вероучения, а именно о Промысле Божьем и о Тайной вечере Господа нашего Иисуса Христа, чтобы изъяснить подлинный смысл Слова Божьего и отстаивать истинную веру против всяческого сектантства и инакомыслия, не впадая в препирательства или гневливость" и спешно посвятил сей труд после безвременной кончины герцога его восприемнику Иоганну Адольфу; да, весь свет, особенно протестантский во главе с новым герцогом, единодушно полагает, что без трудов и усердия шлезвигского суперинтенданта никогда бы не установилось в герцогстве то Царство Божие, к которому ныне обратилось столько народу, сколько, говоря словами пророка Исайи, есть песку морского.

Не обделен Эйцен и семейным благополучием. Правда, жена его, Барбара, которая с годами тощала все больше, пока от нее не остались кожа да кости, отошла в мир иной, успев получить от супруга обещание загробной верности; зато дети выросли, зажили своей жизнью, причем неплохо, и даже Маргарита-младшая, несмотря на увечность, сумела довольно удачно пристроиться, выйти замуж за судебного писаря Вольфганга Калунда, вместе с которым в 1610 году ее казнили за убийство их зятя Клауса Эсмарха, бургомистра Апенраде, но Эйцену не дано узнать об этом, а его друг Лейхтентрагер, который в силу известных способностей мог бы кое-что рассказать, предпочел умолчание.