Ежи Жулавский - Старая Земля (Лунная трилогия - 3)

Матарет в страхе просыпался, ему хотелось кричать, звать на помощь.

Но вокруг него были только ночь и тишина, только все усиливающийся голод терзал его кишки и отчаянно толкал его к выходу.

Несмотря на это и на то, что отголоски войны утихли уже достаточно давно, он с дрожью открывал тяжелые запоры дверей, чтобы выйти на свет. В темном и узком коридоре и на лестнице, ведущей наверх, он через каждые несколько шагов останавливался и глубоко дышал, как бы желая вместе со свежим воздухом набраться смелости.

Он представлял себе, что увидит, когда выйдет на улицу, и заранее готовил себя к этой картине.

Вокруг будут развалины, думал он. Скорее всего, дом Яцека уже не существует, и кто знает, желая выйти на свободу, не встретит ли он препятствий из кирпичей, камней и металлических балок, которые, быть может, уже погребли его живьем, тогда, когда он даже не знал об этом... А если ему удастся благополучно выйти, то он, несомненно, окажется в страшной пустоте. Города уже нет, только одни развалины и среди них - трупы и огонь, пожирающий все, что только можно найти в этих грудах камня и железа.

Дверь в конце лестницы была открыта. Он вышел через нее в широкий вестибюль; дом, по-видимому, еще стоял, по крайней мере, его нижний этаж был цел. Однако какая-то мертвая тишина царила вокруг. Видимо, служащие сбежали или были убиты, думал Матарет, пробираясь вдоль мраморных стен к широкой двустворчатой двери, ведущей на улицу. После легкого усилия она тихо отворилась: он остановился в ослепительном солнечном свете - и удивился.

Город выглядел как обычно. Правда, кое-где можно было заметить какой-то закрытый магазин или разбитое окно и выломанные двери, кое-где на стенах виднелись свежие отверстия, как будто выбитые пулями, вдали, Матарету показалось, что он видит какой-то разрушенный или сгоревший дом... И это было все. Люди сновали по улицам, как обычно; может быть, их было чуть меньше, но по их поведению было незаметно, что произошло что-то чрезвычайное.

Перед домом стояли два полицейских, как живой символ незыблемого порядка.

На легкий стук двери, закрывшейся за Матаретом, один из них обернулся и схватился за оружие, висящее сбоку.

- Ты чего там ищешь? - гневно закричал он. Матарет испугался.

- Я просто прятался...- начал он несмело.

Тем временем приблизился второй полицейский. Он внимательно посмотрел на Матарета, потом что-то вполголоса сказал товарищу:

- Его Превосходительство...

- Нет,- ответил тот.- Его Превосходительство Рода не лысый. Я видел его. Это, должно быть, его товарищ или слуга, с которым он прилетел с Луны.

Он подошел к Матарету.

- В этот дом нельзя входить без разрешения,- сказал он.

- Но я всегда был тут...

- Это не имеет значения. Тем хуже. Кто знает, пташка, не сообщник ли ты...

- Надо его связать,- заметил второй полицейский.

- Да,- подтвердил первый,- и отправить на гауптвахту или прямо к Его Превосходительству...

Поскольку кандалы оказались слишком большими для маленьких рук Матарета, ему связали руки веревкой и куда-то повели. Он не сопротивлялся и ни о чем не спрашивал. Его охватила страшная слабость, он едва переставлял ноги, а в глазах у него было темно. Наконец полицейские заметили, что он не может идти дальше, поэтому на углу улицы посадили его в автомобиль и привезли к какому-то красивому зданию, которого он во время своих прогулок по городу еще не видел.

Здесь он был приведен в большую приемную, в которой он просидел целый час, прежде чем двери наконец отворились. Слуга в ливрее вызвал его к Его Превосходительству...

Матарет, шатаясь, вошел в кабинет и - онемел. В роскошно обставленной комнате, в кресле перед столом, в дорогой одежде сидел учитель Рода.

- Это... это ты? - с трудом выговорил он. Рода нахмурился.

- Я ношу титул Его Превосходительства, прошу об этом не забывать.

После этого он махнул слуге, чтобы тот отошел, и позволил Матарету приблизиться и сесть.

- Где ты скрывался?

- Дай мне поесть,- простонал Матарет,- поесть и попить...

Его Превосходительство милостиво позволил ему подкрепиться, а когда Матарет, немного насытившись, появился снова, он дружески принял его и сразу же обещал взять к себе, если он будет послушным.

Матарет долго смотрел на прежнего учителя, а потом товарища по несчастью с удивлением, граничащим с недоверием. Он не верил собственным глазам и ушам и не мог понять, говорил ли Рода серьезно или только издевался...

- Но скажи наконец, что произошло? - спросил он.

- Я уже сказал тебе, что мне принадлежит титул Его Превосходительства.

- Но каким образом? Как?

- Я спас человечество!

- Что?

- Спас общественный порядок!

- Ничего не понимаю.

- Естественно. Ты всегда был тупым... Если бы не я, этот город сегодня уже не существовал бы.

- Значит, революция?..

- Побеждена! Побеждена благодаря маленькой машинке, которую я геройски, с опасностью для собственной жизни вынес из дома этого проклятого Яцека.

- Как же так?

В Роде проснулась прежняя ораторская жилка. Забыв о своем новом положении и вскочив по приобретенной на Земле привычке на стул, он начал оживленно рассказывать, размахивая руками:

- Да, да! Я тоже не лыком шит! Выкрал у нашего уважаемого опекуна, вернее, захватил у него дьявольскую машину, которой он мог взорвать весь мир! Я нес ее на груди и чувствовал, что несу судьбу Земли, понимаешь?! Судьбу той земли, которая и для нас, людей с Луны, была когда-то матерью... Сердце у меня колотилось, видимо, сам Бог меня направил, чтобы я спас человечество...

Он замолчал, видимо, заметив, что в его устах эти слова должны звучать странно для ушей Матарета, привыкшему к совсем иным высказываниям. Однако, не смущаясь, он начал снова.

- Впрочем, это неважно. В конце концов этой машины добивались все. Я мог отнести ее Грабцу, даже собирался сначала так поступить.

- И что сделал?

- Подожди! К Грабцу я только написал, что машина захвачена, чтобы в случае чего он думал, что у меня ее отобрали силой... Ее так же можно было отдать Юзве либо за вознаграждение, как отнятую у врагов, возвратить Яцеку как истинному владельцу...

- И что ты сделал?

- Ах! Какой ты нетерпеливый! Я сделал то, что в этом случае было самым лучшим. Ты знаешь, я всегда уважал правящую власть...

- Ха, ха!

- Да, не смейся. Я уважаю власть. И поэтому по зрелому размышлению отправился к представителям правительства...

- И они - с помощью этой машины? Рода рассмеялся.

- Да. С помощью этой машины.

- Перебили, уничтожили противников?

- Ну, нет, все обстояло не так плохо... Впрочем...

Он спрыгнул со стула и, понизив голос, прошептал Матарету на ухо: