Владимир Контровский - Последний герой нашего времени (сборник)

– Здравствуйте, Вадим Петрович, - сказала Лидия и улыбнулась Костомарову не той синтетической ухмылкой, которая входит в комплект официальной униформы, а настоящей доброй улыбкой, означающей, что жизнь стоит того, чтобы ей улыбались.

"А у неё, оказывается, зелёные глаза, - ни к месту подумал Вадим. - А мне почему-то показалась на собеседовании, что карие".

– Доброе утро, - ответил он и поправился, заметив, как при его безличном ответе на приветствие по лицу женщины пробежала еле заметная тень, - Лидия. "Мелким слабостям сотрудников стоит потакать, особенно если этот сотрудник - женщина, и если эти потачки не вредят делу".

– Здравствуйте, Вадим Петрович, - Доржиев слегка поклонился, но выражения глаз-щёлочек "любимца Рабиндраната Тагора" Костомаров не разобрал.

– Здравствуйте, Фёдор Бороевич. С удовольствием выпил бы чашку чая перед тем, как встретиться с нашими творцами. Только, - Вадим Петрович чуть усмехнулся, - чистого чая, без наполнителя.

Доржиев хитровато ухмыльнулся, но Лидия только кивнула - мол, само собой.

В просторном холле она коротко бросила вскочившей при их появлении девушке за стойкой дежурной: - Оповестите по трансляции о собрании в актовом зале, - и сделала приглашающий жест: - Прошу в мой кабинет, Вадим Петрович.

Чай Терешева приготовила сама. В её движениях, когда она поставила на стол три дымящиеся чашечки, было что-то домашнее, и Костомаров лишний раз убедился в том, что он не ошибся с выбором главного врача-администратора Творческого Центра - Лидия умело сочетала в себе твёрдость и мягкость в нужной пропорции.

Доржиев молчал, а Терешева сжато и по-деловому обрисовала положение дел.

– В настоящее время здесь сорок семь человек, хотя разместить можно вдвое больше. Люди все разные: у большинства целый набор комплексов, есть и основательно подсевшие на иглу. Однако критических случаев не выявлено - я беседовала со всеми. Сеансов мы пока не проводили, хотя всё готово. Дозировки рассчитаны исходя из предполагаемого уровня безвредности, но в дальнейшем я предполагаю откорректировать их в сторону уменьшения…

– …или увеличения, - невозмутимо вставил Костомаров, прихлёбывая душистый чай и наблюдая за реакцией Лидии на эти слова. - Для нас важен результат, а ваша забота - не допустить нежелательных эксцессов.

– Да, да, конечно, - поспешно согласилась та, чуть опустив глаза. - Просто мне не хотелось бы…

– Мне тоже, поверьте. Я вовсе не собираюсь стяжать лавры доктора Моро, и от вас, Лидия, во многом зависит, удастся ли мне выполнить это моё намерение. Надеюсь на ваш опыт и профессиональное чутьё. Перед нами невероятные перспективы, поймите это.

Терешева промолчала, и тогда заговорил Доржиев:

– Ритуал медитации подготовлен на основе канонических восточных методик, без дешёвых спецэффектов вроде пластмассовых черепов со светящимися глазами, - наедине с отцом-основателем проекта "Слой" "далай-лама" Творческого Центра называл вещи своими именами. - И могу сказать, что этот ритуал тоже будет содействовать активации творческих способностей, а не только служить ширмой для чайной церемонии.

– Надеюсь, так оно и будет, - уронил Вадим Петрович и отодвинул пустую чашку. - Превосходный чай. Ну, что, коллеги, пойдёмте? Нас ждут спящие гении - пора их будить.

Актовый зал с мягкими креслами, широкими окнами и утопленными в потолке и стенах светильниками был рассчитан на сто пятьдесят мест, но и при втрое меньшем числе людей он не казался полупустым - расстояние скрадывалось умело выполненным дизайном.

Лёгкий шум, прошуршавший по рядам при появлении Костомарова, Терешевой и Доржиева, увял, как только они сели за установленный на подиуме овальный стол. Вадим Петрович физически ощущал устремлённые на него взгляды нескольких десятков пар глаз и трепетание аур - знал он за собой такую способность.

– Дамы и господа, - начал директор "Грёз", окинув взглядом притихшую аудиторию, - большинству из вас я уже знаком, однако позвольте представиться официально…

"Какие они разные, - думал Вадим, роняя стереотипные фразы. - И чего можно от них ожидать?"

– … а представлять вам госпожу Терешеву и господина Доржиева нет нужды.

Зал молча слушал, ожидая главного. И дождался.

– Я не считаю, что истинный талант должен прозябать в холоде и голоде. Поэтому я и создал этот Творческий Центр, чтобы здесь ваши таланты могли приносить плоды.

Фраза получилась несколько высокопарной, однако слушатели скушали патетику, не поперхнувшись, - Костомаров знал, какой бальзам нужен творческим душам.

– Здесь вы найдёте всё, что нужно для истинного творчества: свободу от всех хлопот, связанных с добыванием хлеба насущного и заботой о крыше над головой. По условиям контракта питание, проживание и медицинское обслуживание предоставляется бесплатно - в пределах Центра. К вашим услугам инфраструктура отдыха - бассейн, сауна, тренажёрный зал, ресторан с баром. В этом зале, - Вадим Петрович сделал широкий жест рукой, - будут проходить танцевальные вечера. И, конечно, великолепная природа - она тоже для вас. Ваше дело - творить, не отягощая себя житейскими мелочами. Вам даётся шанс реализоваться и проявить себя - разве могли вы мечтать о таком там, в городе, где люди озабочены одним лишь выживанием и погоней за деньгами? Здесь и сейчас всё будет зависеть только от вас - условия созданы. Можете стать великими - будьте ими!

Он сделал паузу, давая слушавшим время осмыслить услышанное, и продолжил:

– И ко всему прочему, мы решили использовать для наиболее полного раскрытия всех ваших способностей древние сакральные методики. Этим будет заниматься наш специалист по восточным практикам совершенствования духа, - Костомаров кивнул на Доржиева, - а о здоровье вашего бренного тела тоже есть кому позаботиться, - вежливый кивок в сторону Терешевой. - Ваши произведения увидят свет под логотипом фирмы "Грёзы Музы", выплата гонораров будет производиться в соответствии с вашими контрактами. От вас, повторю, мы ждём только одного - настоящих художественных произведений. А теперь я готов ответить на ваши вопросы.

Закончив, Вадим Петрович ещё раз оглядел зал и выцепил взглядом бледное лицо Северцева, сидевшего в первом ряду. Андрея доставили в Центр по личному распоряжению Костомарова, без обычного для кандидатов собеседования. Северцева привезли сюда после длительного запоя, в полубессознательном состоянии, и потом четверо суток выводили из алкогольного обморока - этим занималась Лидия. Вадим руководствовался отнюдь не голым альтруизмом - он интуитивно чувствовал, что Андрей может выдать многое. И сейчас он предполагал, что именно Северцев и задаст первый вопрос. Но Костомаров ошибся - первым оказался растрёпанный длинноволосый парень в цветастом свитере.