Джек Уильямсон - Возрождение земли

— Я не знаю, что вы сделали.

— Мы видели, какой стала планета, — объяснил Кейси. — Земля вся покрыта зеленью — ни пустынь, ни льда.

— Определенно, Земля претерпела некоторую трансформацию. — Дядя Пен закивал и перестал улыбаться. Таня, которая тем временем бросила играть с солнцем на его спине, по-турецки уселась у его ног. — Столетиями раньше. При этом наши историки твердо убеждены, что значительную часть изменений внесли мы сами.

— Вы? — Кейси был явно разочарован и даже поверил не до конца. — Но как?

— Они утверждают, что мы сдвинули океанические отлоги и расширили тем самым проливы. Таким образом, изменилась циркуляция океанических потоков. Повернув реки, мы наполнили водой новые озера, наводнили пустыни, что привело к изменению движения атмосферных масс. Мы изобрели новые формы жизни, вписывающиеся в видоизмененные климатические условия.

— Но если жизни на Земле не было, значит, туда ее занесли мы.

— Конечно, — согласился дядя Пен. — Когда я занимался раскопками здесь, на Луне, я искал ответы и не находил их, но видные авторитеты в этой области согласились, что второй удар оказался гораздо серьезнее первого. Он повсеместно истребил жизнь да к тому же уничтожил большую часть геологических формирований планеты.

Часть истории погибла из-за лунного столкновения, но то, что мне удалось здесь почерпнуть, и впрямь подтверждает, что вы заново засеяли планету и завезли новых поселенцев.

Пеп отошел к окну обсерватории и теперь смотрел вниз, сквозь прозрачную стену, на гигантские машины, на кораблик дяди Пена, который так сильно отличался от ракетных космолетов, которые мы видели на старых записях.

— А может он долететь до других планет?

— Может, — кивнул дядюшка. — И достигнуть планет других солнц может запросто.

— Другие звезды!

Танины глаза округлились, а Пеп, в свою очередь, поинтересовался:

— А как он летает в космос без ракетных двигателей?

— Он не летит, — ответил дядюшка, — он называется «скользящий корабль». Он скользит вокруг космоса, а не сквозь него.

— Звезды, — прошептала Таня. — Вы были на других звездах?

— На планетах других звезд, — серьезно уточнил он. — Могу полететь снова, хотя мне надо завершить работу здесь. А кроме того, в космосе случаются вещи, которые вас очень удивят. Я могу долететь до ближайшей межзвездной колонии за миг и через минуту вернуться, но здесь в мое отсутствие пройдет двадцать лет.

— Я не знала. — Глаза Тани стали еще круглее. — Все ваши друзья состарятся к тому времени.

— Мы не стареем.

Девочка отпрянула от дядюшки, будто внезапно испугавшись. Пеп собирался что-то спросить и открыл было рот, но тут же закрыл его.

— И не умираем. — Дядюшка хохотнул, видя наше изумление. — Мы сами себя переделали, видите ли, больше чем Землю.

Кейси отвернулся и выглянул в окно на залитые тьмой кратеры, на ярко полыхающие Америки на освещенном солнцем лике планеты, на Европу и Африку, темнеющие в сумраке ночи. Потом медленно повернулся и встал напротив дяди Пена.

— Я полечу, когда повзрослею, — лицо Кейси было неумолимо, — что бы вы ни говорили.

— Ты собираешься отрастить крылья? — Дядя Пен засмеялся и, протянув золотистую руку, потрепал парня по голове. — Ты не знал, что вашу старую ракету превратило в груду мусора, когда сюда рухнул метеорит?

Кейси быстро подался назад.

— Поверь, малыш, твое место именно здесь, — сказал дядюшка уже мягче, видя, как тот расстроен. — Вас создали, чтобы вы выполняли свою работу на станции и устраняли вред, если он будет причинен Земле. Вы должны гордиться такой работой.

Пеп тяжело сглотнул, но сумел совладать с дрожью в голосе.

— Может, и так, только ведь сейчас Земле ничто не угрожает. Так зачем мы нужны вам здесь, на Луне?

Дядюшка выглядел растерянным. Он надолго задумался, прежде чем ответить.

— Мы не располагаем сведениями о какой бы то ни было фактической угрозе вроде еще одного болида, который мог бы столкнуться с Землей. Все астероиды, которые приближались к земной орбите, отклоняют с их траектории, по большей части направляя прямиком на Солнце.

— И что с того? — Кейси непокорно вздернул темный подбородок. — Так зачем же вам понадобилось нас откапывать?

— Во имя истории. — Дядюшка Пен отвел взгляд и поглядел в сторону на огромную и такую далекую от нас Землю. — На новой поверхности Земли почти не осталось свидетельств начала человеческой цивилизации. Некоторые пытались доказать, что мы эволюционировали на какой-то другой планете и мигрировали на Землю в процессе колонизации Солнечной системы. Станция Тихо служит доказательством того, что Земля — это действительно источник нашего мира. Эти раскопки стали делом всей моей жизни.

Дядюшка повернулся к нам, довольно улыбаясь:

— Кто-то может и не согласиться, но я нашел наши корни под этими камнями — истину, которую придется принять даже скептикам.

— Но если так, — спросил Кейси, — то кому теперь нужна эта станция?

— По правде сказать, никому, — отмахнулся дядюшка, и его золотистые губы скривились в еле заметной печальной улыбке, от чего мне показалось, что ему жаль говорить все это. — Если на материнскую планету и впрямь свалится очередное несчастье, ее населят люди с колоний.

— Значит, вы нас раскопали и вовсе зазря?

— Пожалуйста, попробуй понять, Кейси. — Дядюшка Пен нагнулся и вытянул вперед руку, собираясь обнять мальчика, но тот подался назад. — От станции почти ничего не осталось. Реставрация оказалась долгим и трудным делом. Нам частенько приходилось искать обходные пути и импровизировать. Мы должны были протестировать клетки, хранящиеся в криостате, и построить новое оборудование для материнской лаборатории. — Он с улыбкой посмотрел на светящееся от обожания лицо Тани. — Испытания прошли успешно.

— Может, для вас и удачно, — горько пробурчал Кейси, — а вот для нас — не особенно. Вы что же, хотите, чтобы мы теперь сидели здесь до скончания своих дней и даже ни на что не надеялись?

Похоже, дядюшке стало не по себе, но ответить ему было нечего. Он просто наклонился и подхватил Таню под мышки.

— Я хочу жить, — объяснил Кейси, — жить как могу.

— Милый мальчик, ну попытайся понять. — Дядюшка терпеливо покачал золотистой головой. — Эта станция — уникальный исторический памятник, единственная уцелевшая реликвия прежней Земли и прежних людей. А вы — ее часть. Мне грустно, если вы считаете, что родились на свое несчастье, но вам не место на Земле. Могу сказать со всей определенностью.

28

Сандор Пен навещал нас и когда мы стали старше, хотя теперь приходил все реже. Заманчивые дары, что он приносил, такие дразнящие, но недоступные, каждый раз привлекали и не в меньшей степени интриговали нас. Экзотические фрукты, которые надо было съедать, пока они не испортились. Новые игры и новая музыка, навевающая необычные грезы. Маленькие голографические кубики, в которых жили настоящие изображения сценок из нашего детства. Сандор был неизменно искренен и добр с нами, хотя иногда мне казалось, будто он считает нас менее интересными, чем мы есть на самом деле.