Александр Чубарьян - Хакеры 1. Basic

Не надо было в Питер ехать. Надо было… а куда надо было? На новый год он был в Калининграде, там впервые увидел дашнаков. Точнее, одного из них. К счастью, дашнак его не заметил, а так бы и никакого Питера не было, и таксиста-предателя, и СТО. Повезло, причем случайно.

Сколько тех случайностей было, которые позволили смерть избежать — не счесть. Предчувствие, интуиция, а иногда и просто ложная паника — главное, что он жив. Хотя такая жизнь, в вечном беге…

— Эй! Эй, слышь, постой!

Только Ник перешел с бега на быструю ходьбу, чтобы немного отдышаться и прийти в себя, как сзади послышался окрик.

Он обернулся и заметил, как от стены отделились две, или три тени, и двинулись к нему.

Размышлять, кто эти люди и чего они хотят, было бы непростительной глупостью. Ни секунды не раздумывая, Ник побежал вперед.

— Стоять, сука! Стоять!

К голосам добавился топот ботинок.

Да что ж это, весь город что ли, на дашнаков работает?

Вся страна?

Воздух с хрипом вырывается из легких. Силы бежать пока есть, но надолго ли их хватит? А если впереди тупик, тогда хана, без вариантов.

Впереди показались решетчатые ворота. К счастью, открытые. Выскочив в них, Ник оказался на достаточно многолюдной улице. Впрочем, наличие людей никак не могло спасти его. Толку-то? Скрутят на глазах у всех и отволокут куда-нибудь вроде станции техобслуживания, а потом будут дожидаться дашнаков, которые наверняка обещали кругленькую сумму за него.

Расталкивая людей и не обращая внимания на возмущенные окрики, Ник продолжал бежать. Но, может, пора остановиться и принять бой? Какой смысл продолжать бегство? Обложили со всех сторон и единственное, что остается в этой ситуации, это попытаться перед смертью зацепить хотя бы одного, а лучше парочку гадов.

Пробегая мимо одного из домов, Ник — скорее случайно, чем осмысленно — бросил взгляд на табличку на углу.

Улица Тверская, 14.

Тверская, Тверская…

«Запомни адрес, Тверская, 8 Б».

«Нет там ничего, в аренду здание сдается».

«Через два года приди по этому адресу».

«Тверская, 8 Б, не забудь».

Все это всплыло в мозгу в течение одной секунды.

Следующее здание — Тверская, 12.

10.

8 А.

8 Б.

Стеклянная дверь, табличка с какой-то надписью у входа. Ник остановился, теряя драгоценные секунды, рванул дверь. Открыта. Ну и плевать, чем черт не шутит.

Забегая внутрь, прямо на входе он столкнулся с охранником.

— Стойте, сюда нельзя…

Оттолкнув охранника, Ник попытался перепрыгнуть через турникет, но зацепился ногой за одну из перекладин и рухнул на мраморный пол, больно ударившись коленкой. Вскрикнул, хватаясь за ногу. Охранник бросился к нему, в это время дверь распахнулась, в холл ввалилось три тела.

Только теперь Ник смог рассмотреть их. Уличные стервятники. Три быдленка неопределенного возраста, насквозь пропитанные паленой водкой и ягой. У одного в руке как раз и была банка этого адского коктейля — черного цвета с красными буквами. Не выбросил во время погони, пожалел, так с банкой и бежал.

У второго в руках ничего не было, а третий держал арматурину, заметив которую, охранник нахмурился и демонстративно взялся за дубинку.

— Слышь, мужик, не лезь в чужие дела, — предупредил тот, что с арматуриной.

— Покиньте помещение, немедленно.

— Покинем, мужик, покинем. Только этого пассажира заберем с собой, ладно?

«Пассажир» же, пока шел этот диалог, успел осмотреться.

Странное это было место. Холл с одной единственной дверью, — входной — возле которой обычный письменный стол, а на нём — старенький переносной радиоприёмник — рабочее место охранника.

Никаких больше дверей, лестниц и проходов, три глухие стены, на одной надпись под потолком крупными буквами.

ЧТО ЕСТЬ НАСТОЯЩЕЕ?

— А может, мне лучше милицию вызвать? — напряженно спросил охранник.

— Да хоть полицию, — неожиданно легко согласился быдленок с арматуриной. — Этот козел мою сестру избил, и стекла у нее в ларьке побил. Мы его по-любому в ментовку сдадим.

— Да враньё всё это! — крикнул Ник. — Они меня убить хотят!

— Ага, щас, — хмыкнул быдленок. — Еще сидеть за тебя, козла.

И, подмигнув охраннику, добавил:

— Убивать не будем, но попинаем немного за сестру, стопудняк.

Охранник усмехнулся и шагнул чуть в сторону, открывая путь к жертве.

— Врут они, не было никакой сестры! — закричал Ник, отползая назад. — Они меня наемным убийцам сдать хотят…

— Ну-ну, — кивнул быдленок.

— Лучше заткнись, — спокойно посоветовал тот, что был с ягой.

— Умей отвечать за свои дела.

Они уже почти окружили парня, лежащего на полу.

— Вызовите милицию! — в отчаянии закричал Ник. — Они же убьют меня!

Охранник равнодушно отвернулся. И, когда преследователи подошли почти вплотную к Нику, он сделал то, что на первый взгляд не имело никакого смысла.

Бросив еще один взгляд на надпись на стене, он заорал:

— Настоящее определяется будущим и создает прошлое!

Он сам не знал, чего хотел добиться выкрикиванием этой фразы. Скорее всего, это была реакция из разряда «ткну наугад, просто чтобы что-то сделать». А может, сработало подсознание.

Но случилось то, чего он совершенно не ожидал. Услышав его крик, охранник резко развернулся, одновременно вытаскивая из-за пояса дубинку.

Теперь это был не благодушный мужичок в камуфляже, просиживающий сутками задницу на одном месте и сходивший с ума от безделья. Ему на смену пришел решительный и целеустремленный боец.

— Назад! — рявкнул он.

Быдлята, удивленные столь неожиданной переменой в охраннике, резко развернулись:

— Слышь, мужик…

— Вы трое, покиньте помещение!

— Чего?

— Убирайтесь отсюда! Вон! Быстро!

Компания недовольно переглянулась. Тот, что был с арматуриной, двинулся вперед с явным намерением использовать свое оружие.

Это была его ошибка, причем катастрофическая. Охранник не стал ждать, пока быдленок примет удобную стойку и размахнется — атаковал первым. Молча, без лишних предупреждений ударил дубинкой сначала по руке (локоть, хруст), затем по ноге (колено, хруст), а когда противник, выронив прут, рухнул на пол, он нанес третий удар — по шее (чуть слабее, без хруста) — и все это в течение пары секунд.

Хозяин арматурины лежал на полу, не подавая признаков жизни. Его подельники переглянулись, но повторять судьбу своего дружка не решились.

— Забирайте его и убирайтесь, — повторил охранник.