Владимир Контровский - Последний герой нашего времени

– Мне это известно, Винсент, как известно и то, что наши традиционные методы в России и на Востоке не привели к решающему успеху. Местный менталитет, как это ни парадоксально, негативно влияет на экспансию спроектированного нами образа жизни.

– Мы не можем больше ждать, – вмешался третий, очень похожий на хаггардовскую Гагулу, – доллар был вздут до верхнего предела, и теперь он летит вниз бомбой, сброшенной с пикирующего бомбардировщика, и увлекает за собой все связанные с ним валюты. А когда эта бомба упадёт…

– Избавьте нас от апокалипсических прогнозов, Хоган, – Роквелл слегка поморщился, – мы не хуже вас представляем, что будет тогда. Ситуация ясна: пора объявлять о введении амеро и превратить доллар в подобие оккупационной марки, некогда имевшей хождение на территориях, захваченных Третьим Рейхом. В истории много полезных примеров…

– Амеро должно быть чем-то обеспечено, – заметил Грейсплин, имевший репутацию финансового гения. – В своё время мы отказались от золотого обеспечения доллара, что и предопределило его судьбу. Для амеро необходимо надёжное обеспечение: только в этом случае новая валюта станет прочным фундаментом United Mankind.

– Мы уже рассматривали этот аспект, – отозвался Роквелл с ноткой раздражения в голосе. – Амеро будет обеспечено энергией: единственной реальной ценностью, лежащей в основе любого технологического процесса. Условная единица станет энергоединицей – это решено. Знаю, что вы хотите сказать: а как быть с запасами энергоносителей?

– Именно это я и хотел сказать, – Грейсплин невозмутимо кивнул.

– Будут извлечены из-под сукна все проекты альтернативных энергоисточников – их там немало накопилось, – зелёный свет получит управляемый термояд. И ещё, – Роквелл посмотрел на Винсента, – мы надеемся на вашу «волшебную мельницу», причём отнюдь не в качестве синтезатора золота. Как там у нас с этим обстоят дела?

– Вы задали мне непростой вопрос, – Винсент пожевал губами. – Очень непростой…

– Сколько ты хочешь? – плюгавый человечек с бегающими глазками взвесил на руке трёхфунтовый золотой слиток.

– Вот список, Енот, – ответил ему другой человек, плотный и кряжистый, с резкими чертами лица. – Патроны, бензин, консервы – у тебя всё это есть, я знаю. Добавь ещё пару бутылок старого доброго шотландского виски. Да, и ещё, – он неласково усмехнулся, – не вздумай шутить шутки: я умею спускать курок не хуже, чем ремонтировать машины.

– Да ты что, Хикмэн, – запротестовал плюгавый, делая обиженное выражение лица, – у меня и в мыслях не был тебя обманывать! Мне выгоднее вести дела честно, тем более с тобой, старина!

– Ладно, не строй из себя оскорблённую добродетель. Ну, пошли?

Нэд Спенс по кличке «Енот» пробежал глазами список и тяжело вздохнул. Ему остро хотелось поторговаться, но он знал, что со старым автомехаником этот номер не пройдёт – Хикмен не жадничал, но и не уступал.

Они провозились часа два, загружая машину, – Енот не хотел показывать Хикмэну все свои тайники, хоть и был уверен, что старик не придёт с винтовкой отнимать у него его добро. «Знать бы, где он берёт золото, – подумал Спенс, провожая глазами отъезжающий „лендровер“ Хикмэна. – Слиток нестандартный, и клейма на нём нет: такое ощущение, что старик расплавил целую кучу золотых безделушек. Возможно, но маловероятно – откуда ему взять столько украшений?». Нэд поднял слиток, ощутил в руке приятную тяжесть, и мысли его приняли другое направление: Енот прикидывал, сколько он заработает на перепродаже. Армейский интендант, приторговавший содержимым вверенных ему складов, не скупился: цены на золото шли вверх, а уверенности в падающем долларе, несмотря на успокоительные заявления правительства, ни у кого уже не было. Ходили упорные слухи о скором введении новой национальной валюты, обеспеченной золотом, что также повышало спрос на жёлтый металл.

Подсчёт возможной прибыли вдохновил Нэда Спенса и привёл его в благодушное состояние. Енот убрал слиток в стенной тайник и решил побаловать себя глотком спиртного, но не успел осуществить своё намерение.

Входная дверь вылетела, словно выбитая тараном, и в комнату влетели вооружённые люди. Нэд задавленно пискнул, когда крепкие руки скрутили его и пригвоздили к мягкому креслу, где он всего лишь десять минут назад предавался греющим душу подсчётам.

– Где золото? – спросил офицер, командовавший группой захвата. – И не отпирайся, Енот: Кримгольд уже покаялся и сказал, что покупал золото у тебя.

Спенс похолодел: Кримгольд и был тем интендантом, с которым он имел дело.

– Так что колись, бутлегер, – продолжал офицер, – пока мы не засунули твои яйца в микроволновку.

– Я-а-а… – пробормотал Енот, лихорадочно соображая, как ему быть.

– Да, именно ты, – подтвердил офицер. – У нас есть детектор, и если мы сами найдём у тебя золото, пеняй на себя. Считаю до трёх.

Разговор не занял много времени, и ещё меньше времени потребовалось, чтобы найти через компьютер адрес Хикмэна.

– Кажется, мы взяли след, – сказал командир группы своему помощнику-лейтенанту, когда они мчались к дому автомеханика. – Этот Хикмэн – наверняка «самогонщик».

– Самогонщик? – недоумённо переспросил тот. – Что это значит?

– В России – я ведь оттуда родом, сюда меня привези мальчишкой, – так называли людей, которые сами изготавливают крепкие спиртные напитки.

– А зачем это делать, мистер Клевски? – осторожно поинтересовался помощник. – В России что, виски не продавали в магазинах?

– Долго объяснять, – офицер усмехнулся, но тут же стёр с лица улыбку. – Внимание, приготовиться! Вон он, его коттедж…

Бронированный микроавтобус затормозил; из распахнувшихся дверей посыпались солдаты. И тут из окна коттеджа грохнул выстрел.

– Хикмэн! – заорал Клевски в услужливо поданный ему мегафон. – Не валяй дурака! Бросай оружие и выходи с поднятыми руками, тогда останешься жив!

– Fuck you ass hole! – донеслось в ответ, и вторая пуля с визгом отрикошетила от борта автобуса.

– Смачно заворачивает… – с уважением проговорил Клевски. – Жаль, парень, что тебе уже ничего не светит… – И подумал: «Единственное, что я могу для тебя сделать – это избавить тебя от мозголомных допросов».

Солдаты дисциплинированно залегли – они отнюдь не горели желанием лезть под пули.

– Может, забросаем его газовыми гранатами? – предложил лейтенант.

– У него наверняка есть противогаз, – буркнул командир. – Сможешь его снять? – он повернулся к снайперу.

– Попробую, сэр.

– Нам нужен не он, – пояснил Клевски, отвечая на молчаливый вопрос помощника, – а то, что у него в доме, причём желательно в неповреждённом состоянии.