Тимур Литовченко - Число зверя, или Лейтенант дьявола

Первым делом Мамочка проверила, на месте ли блокнот с ручкой и "Откровение". Всё это лежало под мокрой от пота подушкой. Мамочка вздохнула с облегчением, потащилась в ванную, оттуда на кухню. Есть совершенно не хотелось, несмотря на то, что вечером она проглотила всего пару бутербродов и вроде бы не очень наелась. Вяло подумала, что это уже не предписанная Тётушкой Иниль и с кулинаркой Хелой диета, а скорее голодание, но может оно и лучше, так как этим путём можно быстрее похудеть. Всё же через силу съела бутерброд с сыром, зачерствевшую сдобную булочку, оставшуюся от позавчерашнего милого кутежа, выпила кофе. Вернулась в комнату, убрала постель, повалилась на кровать и глубоко задумалась.

Прежде всего, что же произошло с ней в этой вот комнате этой самой ночью? От всего случившегося, от ночного бдения над заумной книжицей да дурацкого бредового сна кроме ощущения перенапряжения и громадного утомления у Мамочки остались две вполне реальные вещи: "Апокалипсис" да колонка цифр на листике блокнота. Несмотря на ранний час (Мамочка вставала на работу чуть свет; вчерашний безобразный случай с будильником был редчайшим исключением из правила), на улице было уже довольно светло, несмотря на плотный туман (кстати, если туман нагнало к ночи, становились понятными поразительная гробовая тишина и чернильная тьма, приводившие её в ужас). Утро окончательно разогнало тени, всё ещё сиротливо таившиеся в углах комнаты и под кроватью. А с исчезновением теней начала постепенно исчезать и память о явившемся во сне голом человеке...

Что же в таком случае произошло ночью? Сон это был или явь? Блокнотик с цифрами и старушкина книга свидетельствовали о втором, отсутствие малейших следов порождений тьмы - о первом.

В конце концов, дело решила наивная вера Мамочки в ведьм, чертей и прочую нечисть, а также в приметы вроде перебегающей дорогу чёрной кошки. Эти суеверия легли на чашу весов рядом с "Откровением святого Иоанна Богослова", которые также прямо утверждали, что дьявол есть, и война с ним дело вполне реальное. Таким образом, колонка цифр в блокноте обрела реальное содержание.

Но тогда следует поторопиться! Раз есть дьявол и слуги дьявола, раз на дворе две тысячи шестьсот пятьдесят девятый год, переваливший за вторую половину, в запасе до очередной даты появления "зверя" остаётся каких-то три месяца с хвостиком. А люди ходят беззаботно по земле и ни о чём не ведают!!!

С другой стороны, существования Бога Мамочка не признавала. Она считала, что если бы и проживала где-то на свете такая вот всемогущая личность, то непременно давала бы знать о себе, совершая время от времени показательные чудеса... ну, вроде ежегодных театральных гастролей, что ли. А раз нет таких вот очевидных чудес, известных всему миру, выходит, Бога тоже нет. Но кто же тогда защитит человечество от нависшей угрозы?! Или хотя бы расскажет о ней людям, чтобы сплотившись, сомкнув ряды, они дали завоевателю-сатане достойный отпор? По всему выходило, люди могли надеяться лишь на себя. А предупредить их могла только Мамочка.

Но как сделать это, когда дьявол лично угрожал ей! Если тёмные силы существуют, значит, запрет на розыск доказательств и угроза в её адрес - не пустой звук... Однако дневной свет рассеял тьму, сон исчез, растаял, квартира была в порядке. Так может попробовать найти подтверждение цифрам? Вдруг сатана бессилен днём...

Мамочка оказалась в положении очередной жены Синей Бороды, которая держала в руках ключик от запретной комнаты. Ей страшно хотелось порыться в книгах и поискать доказательства. Но в то же время она страшно боялась. Кроме того, пора идти на работу...

Всё же в итоге тривиальное женское любопытство возобладало, как и в случае с женой Синей Бороды. Да и чему тут удивляться? Все женщины унаследовали от мифической праматери Евы особую жгучую страсть к запретным плодам - а значит, к запертым комнаткам также. И могла ли Мамочка отказаться заглянуть хоть в замочную скважину, хоть в щёлочку? Нет, не избежать ей было искушения!

И вот в ранний утренний час Мамочка твёрдо решила осуществить задуманное, хотя на душе скребли чёрные кошки, сердце обливалось кровью, и она прекрасно понимала, что в потаённой каморке кроме орудий казни, вороха окровавленных тряпок да аккуратно развешанных на крючьях трупов предыдущих жён герцога вряд ли найдётся что-либо стоящее. С работой же всё обстояло довольно просто: Мальчик очень мило согласился вчера посидеть в её кабинете, так пусть посидит и сегодня!

Обрадовавшись найденному решению, Мамочка взяла вместительную прозрачную сумку, сложила в неё все старушкины книги, могущие иметь хотя бы малейшее отношение к проблеме, присовокупила к ним "Апокалипсис" и блокнот, оделась, наложила лёгкий макияж (задерживаться на работе она не собиралась, но и выглядеть отталкивающе в библиотеке тоже не хотелось) и ушла, мысленно послав человеку из сна воздушный поцелуй.

Молочно-белый туман на улице ещё не развеялся. Машины медленно плыли в мутной пелене, давая о себе знать редкими гудками да слабым светом зажжённых фар. Мамочка направилась сначала к автобусной остановке, но вспомнив про орудие с фугасным снарядом, подумала, что голому человеку из сна вполне по силам организовать маленькую автокатастрофу, как покойной Арефьяновне (a la guerre comme a la guerre!) и решила отныне пользоваться только метро, хотя идти до станции метрополитена было далековато. По улицам Мамочка шла также крайне осторожно, осмотрительно, подальше от края тротуара, поближе к домам... Пока не додумалась, что с крыши на неё может случайно свалиться кирпич (да, да, это война!). Тогда Мамочка стала передвигаться точно по середине тротуара, как по ниточке, и осталась крайне довольна собственной находчивостью.

На работе и в самом деле не задержалась. Вынула из ящика стола чистую тетрадь в клеточку. Зашла в дальнюю комнату, тепло поздоровалась с "детушками", направилась прямиком к Эймеру, который во все глаза уставился на сумку с книгами, вручила ему ключ от кабинета, коротко приказала:

- Значит так. Посидел ты у меня вчера, посидишь и сегодня. Снова остаёшься исполняющим обязанности. У меня срочные дела. Никаких возражений! - громко, во всеуслышание попросила Пиоль в случае чего подтвердить данные Эймеру полномочия и, вздохнув с огромным облегчением, убежала в центральную городскую библиотеку. "Мчусь, как девчонка на свидание", - подумала она. Несмотря на страх, поселившийся в груди после ночных угроз, Мамочка чувствовала душевный подъём, и постепенно ею целиком завладело безмятежно-радостное настроение.

В огромном читальном зале почти что не было посетителей, если не считать двух-трёх солидных мужчин, которых так и хотелось назвать профессорами. Мамочка на всякий случай выбрала столик подальше от профессоров, в самом углу читального зала, где в огромной бочке росло нечто похожее то ли на небольшой банан, то ли на агаву, то ли на азалию (Мамочка путала эти экзотические растения, которые видела лишь раз в жизни в ботаническом саду и твёрдо запомнила только, что банан - это трава). Подойдя к столику, принялась выкладывать одну за другой старушкины книжки.