Виктор Кувшинов - Пасынки зинданов (Мир, которго нет)

Со скотного двора уже доносились звуки. Это Фрося, соседская девчушка возилась с их коровой. Когда они покупали у крестьян буренку, Саша заметила, как старшая дочка украдкой утирает слезу. Тогда она позвала девочку с собой и спросила, что ее так расстраивает. Ребенок не стал упираться и совсем раскис – оказалось, что она растила несчастное животное с самого рождения, и ласковая корова была ее любимицей. Саша даже обрадовалась такой ситуации. Она сразу же договорилась, что девочка может ухаживать за коровой, а взамен забирать большую часть молока, так как было трудно представить, зачем им двоим столько молочных продуктов. Всех это устроило. Только потом Саша поймала себя на веселой мысли: «И зачем спрашивается, надо было корову заводить? - и сама же себе ответила: Для сохранения высокого статуса крестьянина!»

Девочка, на радостях, помогала и с двумя лошадьми, которых Саши оставили себе. Так что молодежь могла себе позволить поваляться в кровати и отлучаться на прогулки по окрестностям, а главное, заняться немного живописью и музыкой. Сашеньке было больно глядеть на Алекса – его пальцы явно не были приспособлены к тяжелому труду, который быстро убивал в нем талант скрипача. Поэтому она старалась оградить его от тяжелой работы, но тот постоянно пытался сделать все сам, словно доказывая ей и себе, что на него можно положиться в любой ситуации.

Сегодня выдался домашний день. Не надо было никуда ехать по делам, и никакой прогулки они тоже не запланировали, так что Саша занялась разными хозяйственными делами – их все равно в деревне всегда было невпроворот. Уже за полдень девушка услышала топот копыт по дороге и, выглянув из дверей дома, почувствовала, как у нее подкашиваются от страха ноги. Но она быстро заставила себя собраться и спряталась обратно. По улице со стороны Изанры ехал десяток вооруженных всадников.

Алекс был в конюшне - возился с поломанными яслями. Она хладнокровно выждала, пока вся процессия минует их дом. Конечно, солдаты могли ехать по своим делам, но какие дела могут быть у них в этой глуши? У нее не было почти никаких сомнений, что это за отряд, и по чьи души они здесь.

Саша метнулась через двор к конюшням. Алекс, видимо, не расслышав топота копыт, как ни в чем не бывало, ковырялся режуще-колющими орудиями труда в деревянной конструкции ясель. Девушке и хотелось бы подшутить над его упражнениями, но сейчас было не до того. Она, запыхавшись, крикнула прямо с порога:

- Скорей! На дороге солдаты!

Больше ничего объяснять не требовалось. Алекс бросил инструменты и кинулся к ней.

- Они у дома?

- Нет, поехали в центр деревни – но у старосты спросят и вернутся сюда.

- Тогда бежим в дом! Надо вооружаться. Главное обезвредить мага. Я говорю "слово" первым, ты второй. Третьего шанса не будет, - все это Алекс отрывисто выкрикивал на бегу к дому.

Они успели достать оружие и выйти во двор, как туда уже нагрянули всадники. Все произошло почти мгновенно и, если бы в отряде был только один маг, или ребята успели бы уйти невидимыми со двора, а не бегали за оружием, то все бы, может, и обошлось, но спешка плохой советчик...

Маг впереди отряда не таился – его можно было сразу распознать по свойственной волшебникам пышной одежде и дорогой сбруе. Алекс сходу выкрикнул останавливающее слово и тот застыл в седле, как памятник своей самоуверенности. Сашенька, обрадовавшись, оглянулась на остальных, но все выглядели на одно лицо, только один был пониже и угрюмее других. Она, на всякий случай повернулась к нему и крикнула то же слово: «си-на-сэйс!», что и секунду раньше Алекс. Но произошло что-то непредвиденное – она сама вдруг застыла, словно ее «слово» отразилось от невидимой стены и вернулось назад. Алекс, увидев, что девушка начинает валиться с ног, бросился к ней, выхватывая на ходу меч. Но добежать ему было не суждено. Он наткнулся на какую-то невидимую стену, которая не пускала его никуда

Откуда им было знать, что первый маг был только подсадной уткой, а второй, гораздо опытнее, быстро оценив ситуацию, применил универсальное средство: "слово" ставящее невидимую зеркальную стену. Смог он использовать и второе, спеленав, но не убив Алекса. Правда, для этого ему пришлось использовать силы двух пришедших, взятых специально для этого в отряд. И как оказалось, дело того стоило. У него в руках были два из трех, разыскиваемых верховным магом беженцев – живых и невредимых, по крайней мере, для того, чтобы их с пристрастием допросить. Четно говоря, после того, что они вытворили в Изанре, порешив целый отряд преследования, он не ожидал такого успеха. Правда, был еще где-то и третий, но о нем никто ничего не знал, кроме того, что он, то ли умер, то ли ослеп и пропал бесследно.

Спеленутых заклинанием пленников уложили, как два полена, в найденную на дворе телегу, и отряд незамедлительно двинулся обратно. Пришлось, правда, сунуть в ту же телегу и незадачливого помощника мага, который потихоньку оттаивал от действия останавливающего "слова"...

***

Женя запрыгнул на коня и пришпорил бедное животное, которое чуть не стало на дыбы от такого обращения. Из сбивчивых объяснений крестьянина он понял, что ребят связали и увезли в большой спешке. Женька натурально психовал. Если бы он не остался рассказывать сказки в предыдущей деревне, он мог оказаться здесь вовремя, а сейчас их отделяло почти сутки пути, и он никак не успевал... И вдруг до него дошло и он натянул поводья, чуть не перелетев через голову измученной лошади.

Какой же он идиот! – не сходя с коня, Женька закрыл глаза, отрешаясь от окружающей действительности и переносясь на изнанку во второй уровень мира. Оглянувшись снова, он увидел полупрозрачный сельский пейзаж и себя, наполовину завязшим в крупе лошади. Что думало, замученное его выкрутасами животное, он, к счастью, не мог понять – мешала кодировка мира. Так что оставалось только проследовать над дорогой в сторону Изанры и выследить отряд, сопровождающий телегу с Сашами. Чудес не бывает, и он со стопудовой необратимостью нашел конвой, пыливший по дороге в дне пути от него. Женя сходу вспомнил, что ему нужны две легких катаны, и вывалился прямо перед первыми всадниками.

Ехавший впереди маг затормозил, чуть не подняв на дыбы коня. Женька удивился, подумав: «Неужели я так устрашающе выгляжу?» - и оглядел себя. Тут настал момент то ли пугаться, то ли плакать со смеху ему самому. Про катаны-то он не забыл, и теперь стоял в красивой воинственной позе, но полинялые спортивки и до любви заношенные домашние тапочки никак не придавали его имиджу куража. Но это еще бы прокатило – кто тут знал о современных воинских нарядах? Однако когда он увидел свои красивые руки, покрытые шелковистой шерстью, явно принадлежавшие нечеловеческому образу, то он понял, что маг испугался вовсе не его тапочек и даже не катан.