Курд Ласвиц - На двух планетах

- Но страстей-то вы не выбросите?

- Ну, об этом я, разумеется, не думаю. В них ведь и заключается ценность жизни. Только характер их влияния можем мы и должны регулировать рассудком. Слабости нумэ - и этого вы не сможете отрицать - покоятся на том же самом основании, как и слабости людей. Они связаны с самой чувственной жизнью. Сильные чувства представляют собою резервуары для мозговой энергии, через которые эта последняя сообщается с жизнью. Бывает и так, что разряжение мозговой энергии происходит только при вспышке сильного чувства. Дело обстоит приблизительно так же, как с одним явлением природы у нас на Земле: горы собирают над собою в скоплениях облаков воды, и оттуда эта водяная масса распространяет свою благодатную силу. Так распространяется и жизненная энергия. Разница между способами ее распространения - есть разница между варварством и культурой. Стремительный ручей разрушает и размывает без всякой пользы. Если же упорядочим его работу турбинами и другими приспособлениями, мы будем делать уже культурное дело. Люди еще дети...

- Да, они еще дети - я в этом уже убедилась. Но, Элль, вы должны лучше знать их. Думаете ли вы,что все может обойтись без применения силы?

- Я надеюсь на это. Если же - нет, мы должны ее направить...

- О, Элль, вы говорите, как человек, и - этим я больше всего озабочена - вы, люди, заставите нас забыть, что применение силы есть несчастие, недостойное...

Прозвонил телефон.

- Дома Ла? - спросил голос Зальтнера.

- Да, да, - крикнула Ла. - Идите сюда, Заль! Вы не показывались сегодня целый день.

- Я сейчас иду.

XXIX

ПЯТИСОТМИЛЛИАРДНЫЙ НАЛОГ

Через минуту вошел Зальтнер. Выражение его лица было немного разочарованное, когда он застал Ла в оживленном разговоре с Эллем. Сейчас же после приветствия он достал номер газеты.

- Вот, - сказал он, - прочтите, пожалуйста. Раз нумэ оказываются такими, не знаешь, право, смеяться или сердиться. Для разнообразия попробую я рассердиться. Тут...

- Ах, Заль, Заль! - воскликнула, смеясь, Ла, - сядьте-ка вы спокойно сперва, а потом уж посмотрим, в чем дело. Она притянула его за руку и усадила рядом с собой.

- Не может же нам междупланетный спор испортить отношения, - шепнула она.

Элль схватил газету и прочел:

"Как мы узнали из достоверных источников, снаряжение межпланетного корабля, отправляющегося к южному полюсу Земли, займет от 20-ти до 30-ти дней. Кажется, принимаются новые меры к тому, чтобы сделать воздушные корабли еще более годными к противодействию возможным нападениям со стороны людей. Поэтому постройка этого корабля должна особенно отразиться на размере податей. Мы находим это промедление "комиссии по делам Земли" непростительным. Возбуждение против людей заметно растет, и с полным основанием. Свидетельства очевидцев показывают, что правительство очень смягчило краски при описании конфликта с английским военным судном. Причиненный нумэ позор требует скорейшего наказания виновных. Чего же стесняются с земною сволочью"?

- Вы слышите? Земная сволочь! - воскликнул Зальтнер. - Это должно быть...

Ла удержала его на месте.

Читайте дальше, - сказала она Эллю.

"Мы имеем точную информацию о случившемся на Земле. Это поистине ужасно. О справедливости, честности, свободе - люди не имеют никакою представления. Они распадаются на множество государств, которые ведут между собою борьбу за власть всеми возможными средствами. От этого страдает их хозяйство, так что многие миллионы живут в тяжелой нищете, и спокойствие среди них достигается только применением грубой силы. Тем не менее люди стараются превзойти друг друга в раболепстве и лести перед власть имущими. Каждый класс населения вредит другому и старается действовать исключительно в ущерб ему. Если же кто-нибудь осмелится выступить с правдой, он сейчас же карается государством или подвергается опале со стороны своих сограждан. Наказания носят варварский характер; лишение свободы является еще слабой мерой. Убийства случаются каждый день, воровство - каждый час. По отношению к так называемым "некультурным племенам" люди не останавливают и перед массовыми избиениями. Довольно! И такую банду должны мы признать разумными существами! Мы полагаем, что наш долг - проучить их теми средствами, которые одни им понятны, - силой. Это - дикие звери, которых нам предстоит укрощать. Они тем опасней, чем большим интеллектом они обладают: к сожалению, правительство было введено в заблуждение отдельными экземплярами этого рода, но мы хотим надеяться, что имеем дело с его заблуждением, а не с выводами, произведенными на точных основаниях".

Элль прервал чтение.

- Это, действительно, слишком резко! - воскликнул он. - Это недопустимая клевета!

- То, чего я опасалась! - сказала Ла. - Соприкосновение с людьми приносит новый тон, которого у нас в нашей общественной жизни не было. Нет, Элль, нет, мои милые друзья, вы здесь не при чем. Причина лежит в самом предмете - движение против Земли несет нам с собою огрубение духа.

Зальтнер злобно потер руки. - Читайте дальше! - сказал он. - Теперь вы рассердились, я же буду снова смеяться.

"Мы считаем бессмысленным установление какой бы то ни было связи родственного характера между такими дикарями, как жители Земли, и нумэ. Случай с Эллем требует так же обязательно исследования и объяснения. Мы еще не видали этого мнимого полунумэ. Однако, мы имеем удовольствие наблюдать подлинный экземпляр человечества. Кто хоть раз видел это тупое лицо с маленькими светящимися точками вместо глаз, эти грубые жесты, тот должен будет признать, что нам можно будет использовать эту расу только в качестве домашних животных".

Элль швырнул листок.

Ла, смеясь, подошла к Зальтнеру и взяла его руками за голову.

- Ну-ка, посмотрю я повнимательнее на этого домашнего зверка! - весело сказала она и, притянув его за голову к себе, поцеловала его.

Элль тоже засмеялся. - Конечно, нечего обращать внимания на эту чепуху. Я, по крайней мере, доволен, что хоть не задели ничем госпожу Торм.

Зальтнер согласился: - Разумеется, это не стоит того, чтобы сердиться. Тем не менее, такое писание может навредить.

- Ну, для этого оно слишком глупо, и никто не примет это всерьез. Все знают эту газету, как очень ненадежную.

- Но есть еще нечто другое, что может остаться не без влияния на политику. Прочтите предположения, которые делаются только что основанной газетою "Ба".

Элль взял листок и прочел:

"Характерно для нашего правительства, которое требует разрешения на постройку ста сорока четырех воздушных кораблей, что оно в данный момент не имеет ни одного готового. Но для наших штатов это - счастье. Колонизаторское воодушевление успеет остыть. Хорошо, что у нас будет время одуматься. Нельзя же предположить, что люди примут нас с распростертыми объятиями. Наше положение будет очень тяжелым, и наши жертвы должны будут все увеличиваться. Друзья человечества должны так же, как и автибаты, быть готовы к противодействию со стороны людей и ожидать его. Поэтому мы должны ясно заявить, чего мы хотим, и диктовать наши условия телелитом и репульситом. Возможно, что люди согласятся перевоспитать себя в духе наших марсианских учений, и тогда мы первые признаем их братьями. Но это, разумеется, станет возможным только после того, как они увидят, что всякое сопротивление нам бессмысленно".