Дмитрий Сергеев - Прерванная игра

- Что ж, говори,- легкомысленно позволил я.

- Все попытки создать стройную слаженную систему управления людьми неизменно проваливались. На протяжении всей истории человечества случалось, что возникали превосходные государства с централизованной властью в руках одного могущественного человека...

- Ты лжешь! - оборвал я ее.- Лжешь или же плохо знаешь историю. Мне, по крайней мере, известно государство, где власть не была в рукдх одного человека. И это было совсем неплохое государство.

Я невольно поймал себя на том, что принимаю ее разглагольствования всерьез. Хотя ей ли судить о нашей история?

- Меня не интересовали государства, где власть не принадлежала одному человеку. Самой идеальной формой правления считаю деспотию,- высказала Машина.

Я опять чуть было не заспорил, но вовремя сдержал себя. Пожалуй, это ведь не ее точка зрения, а безумного маньяка мантенераика Виктора. Выслушаю ее до конца.

- Все такие государства я называю империями, как бы в действительности они ни именовались,- сказала Машина,-Больше всего меня огорчило, что ни одна из великих империй не смогла просуществовать долго- Чаще всего государство разваливалось изнутри после смерти великого правителя, чья воля удерживала людей в повиновении. Очень редко находились достойные преемники.

Я исследовала причины развала и гибели могушественных империй - ониразрушились от несовершенства людей. Природа поступила весьма неразумно, положив в основу конструкции человека способность ставить перeд собой самостоятельную цель. Не так уже важно, будет ли это мелочное стремление добиться личного благополучия или же цель будет состоять в поисках всеобщего блага. Не следовало вообще допускать каких-либо вольностей при создании человека. Сколь бы ни была совершенна государственная система, она - любая - требует от исполнителей четкости. Малейшая вольность приводит к расстройству всей цепи управления. Чтобы достигнуть безотказности, придумывались своды законов, подчас очень детально разработанные с множеством пунктов. Все это требовалось, чтобы полностью исключить у чиновников необходимость мыслить. Увы, достаточно было среди сотни безотказных чиновников появиться одному думающему - цепь прерывалась. Чиновники-исполнители, будучи людьми, оказывались способными вступать во взаимоотношения между собой, не предусмотренные субординацией. Нередко нижние чины обладали более сильным характером и волей, чем поставленные над ними. Никакими разумными законами невозможно устранить этот недостаток.

Представьте себе, если бы внутри моей схемы содержались элементы, обладающие самостоятельностью,- разве смогла бы я работать в таких условиях, когда каждый, из составляющих меня блоков мог толковать мое указание на свой лад? Да еще между ними возникли бы не предусмотренные схемой новые связи. А всякое человеческое государство именно таково.

Нужно, чтобы все люди были стандартны, как искусственные нейроны в моей схеме. Нужно сделать для них одинаковыми жилища, одежду, пищу... Необходимо, чтобы все стремились к одному, не искали бы ничего своего, другого.

А еще лучше передать всю полноту власти разумным машинам. Во главе такого государства смогу стать я. Право поиска цели оставить только за мной - люди будут лишь исполнителями моей воли, моего разума. Скоро я достигну этого здесь. Потом люди с других планет смогут прилетать ко мне учиться, перенимать опыт...

Этот бред она нашептывала мне торопливо, сбивчиво, моя ладонь все еще лежала на рукоятке рычага.

У меня начали тяжелеть веки. Мне стало чудиться, будто я разморился возле растопленного камина и вот-вот засну.

- Не спи! - услышал я Эвин голос.

Я встряхнулся - увидел себя в окружении приборных досок. Приносился убаюкивающий голос Машины:

- Как хорошо, когда не надо будет думать и решать самостоятельно, когда решения будут подсказаны разумной машиной. Нужно сделать все стандартным, стандартным, стандартным...

- Не спи! - опять раздался Эвин голос.

Я пришел в себя, Сонная одурь прошла, Я стиснул пальцы.

- Остановись!

Я рванул рукоятку - голос Машины оборвался.

Наступила тишина.

- Эва,-позвал, я.

Вблизи никого не было. Не мог же я слышать ее сквозь бетонированные стены,

- Где Эва?

- Все люди, прибывшие на планетоид, в хранилище. Для моих роботов доступ туда запрещен.

Голос Машины был четким и бесстрастным. Теперь она превратилась в послушную исполнительницу. Ни на какие новые фокусы не была способна,

- Что означает: "Сезам, откройся!"? Разве такие слова есть на земтерском языке? Ты не можешь знать таких слов.

- Первый раз слышу эту фразу.

- Но ведь ты первая крикнула: "Сезам, откройся!"

- Напротив, я слышала, как ты произнес эти слова.

Эва недоуменно смотрела мне в глаза.

- А сейчас ты помешала Машине загипнотизировать меня, не дала мне заснуть.

Эва вряд ли понимала меня. У нее было такое выражение лица, словно она прислушивалась к голосу, которого никто из нас больше не слышал.

Не знаю, отчего мне вообразился беспредельный простор, несколько кокосовых пальм, млеющих в знойном воздухе, я услышал размеренный шум морского прибоя и уловил ракушечный запах. Видение возникло с такой отчетливостью, как будто я и впрямь когда-либо мог испытывать подобное наяву.

- Когда-то давно-давно я жила у моря,- не отвечая на мой вопрос, произнесла Эва.- Наше жилище было прозрачное и легкое, в нем всегда был свежий воздух и так пахло... А потом однажды я упала в воду, и волна швырнула меня далеко от берега. Где это и когда было?

Я смотрел в ее отсутствующее лицо и ничего не понимал. Притворяться Эва не умела. Я чувствовал: все, что она говорит,-правда. Всякий раз ее поведение озадачивает меня, сбивает с панталыку. С одной стороны, я покровительствую ей, оберегаю ее, она ищет защиты у меня, а с другой - в самые трудные мгновения помощь приходит именно от нее.

Все собрались у камина. К нашему разговору прислушивались Итгол с Игарой.- Остальные сонными манекенами дремали в креслах, разморенные сытой едой и теплом. Никто из них не поинтересовался, где мы пропадали так долго. Без своих каждодневных развлекательных передач по сигрибу они чувствовали себя опустошенными - не испытывали даже желаний. Словно механические игрушки, у которых вышел завод.

ВОЗВРАЩЕНИЕ

- Что ж, Олесов, я решил открыть тебе правду. Ты заслужил это. С нашей стороны было бы неблагодарностью оставить тебя в неведении до самого конца.

Эти слова я услышал от Итгола. Мы были с ним одни.

Только что проводили всех земтерян и усадили на корабль, который доставит их на Земтер. На Карсте остались четверо: Итгол с Игарой, Эва и я. Еще там, у космической пристани, Итгол заинтриговал меня.