Анатолий Гончар - Тени Марса

— Майор, от нашего истребителя поступали новые сведения? — крайнее раздражение, бушевавшее в груди Лопеса, искало выхода. Он бы с удовольствием пристрелил этого гадкого майоришку, но тот был ему ещё нужен.

— Никак нет, господин генерал! — вытянувшись ещё сильнее, бодро выкрикнул майор, и едва не напустил в штаны от звука собственного голоса. — Он исчез с экранов радаров сразу же после того, как пошёл в атаку.

— Чёрт с ним! Поднимайте по тревоге резервную группу, усильте её ротой космического десанта, и пусть они принесут мне голову Ляпидевского!

— Но, господин генерал, у нас не останется резервов! — брякнул майор и увидел, как побелели костяшки пальцев на сжатых кулаках Лопеса.

— Зачем нам тут эти резервы? Наша судьба решается там, в горах! Мы ещё не готовы победить. Если Ляпидевский сумеет поднять свою машину в воздух, он доставит все данные о нас президенту, и тогда наша война будет проиграна. Здесь нам ничто не угрожает, все армейские части у нас под контролем. Я — единственный генерал, который в данный момент может отдавать приказы. Действуйте майор, действуйте!

Сергей включил рацию, и ещё раз оглянувшись на падающий к земле огненный ком ЛАГГа, принялся ждать. Когда на экране локатора засветились быстро приближающиеся точки транспортников, он включил рацию и отрывисто бросил:

— Клёпиков, пора!

— Ни пуха тебе! — сквозь тысячемильное пространство донесся до него голос капрала. — Мы начали!

По — видимому, Клёпиков не стал выключать рацию, так как до Сергея донеслись звуки частых автоматных выстрелов, перемежаемые грохотом гранатных разрывов. Сводный отряд под командою капрала пошёл на штурм вражеской базы. С самого начала разделив свой немногочисленный отряд на три группы, он повёл атаку сразу с трех направлений. Выстрелы гранатомётов проделали огромные бреши в бетонной ограде, со всех сторон окружавшей военный городок, через которые и хлынула первая волна нападавших. Ворваться на территорию базы оказалось легко, а вот продвинуться дальше… Со всех сторон по наступающим открыли ответный огонь. Особенно досталось подопечным капитана Слуцкого, атаковавшего базу со стороны контрольно-пропускного пункта. Два БТРа, выкатившись из капонира, прижали легионеров к земле и заставили искать укрытия в мелколесье. Один БТР бойцам Слуцкого всё же удалось подбить. Другой же, скатившись под защиту капонира, повёл огонь по оказавшейся на открытом пространстве центральной группе Клёпикова. Один из легионеров упал. К нему бросился полицейский, но, натолкнувшись на плотные лучи бластеров, повалился на землю и принялся обеими руками стаскивать с себя раскалившееся до белого каления защитное снаряжение. Тем временем из казармы выскакивали вооруженные зандры и, рассредоточиваясь по окопам, открывали прицельный огонь по людям, мечущимся в поисках укрытий. С крыши командного пункта заработал тяжёлый бластер. Кто-то из легионеров вскрикнул и повалился на землю, зажимая руками огромную дымящуюся рану. Запечённая кровь чёрными сгустками вытекла на белый асфальт.

— Гранатометчики! — перекрывая грохот разгорающегося боя, проорал капрал, взглядом отыскивая двоих легионеров, вооруженных РПГ-7. Один из них стоял за куском бетонной плиты, отвалившейся от раскуроченного забора и тщательно целился. Второй, обливаясь кровью, лежал на асфальте и из последних сил материл прелести этого мира. Гранатомёт и выстрелы к нему лежали рядом.

— Слушай мою команду! — звук голоса Клёпикова взлетел до небес, на сей раз его услышали все: — Гранатометчики и пулемётчики — на вышки, остальным прикрывать, не жалеть патронов!

Перестав орать, он прижал к горлу тангенту переговорного устройства. — Слуцкий, поднимай бойцов в атаку, нечего прятаться по лесам, живо!

— Есть, капрал! — протрезвев и почуяв воздух, звенящий опасностью, капитан оказался нормальным малым.

Повинуясь командам командиров, наступающие устремились в атаку. Со всех сторон понеслись разрозненные очереди, которые нарастали и, наконец, слились в единый нескончаемый гул. Клёпиков поднялся и, закинув пулемёт за спину, схватил с земли брошенный гранатомёт и изо всех сил бросился бежать к восточной вышке. Вокруг мелькали розово-красные лучи бластеров. Один из них ударил в плечо и, отражённый защитной поверхностью комбинезона, отлетел в бетонную плиту ограды, на которой тотчас появилась маленькая оплавленная ямка. Плечо почувствовало лёгкое жжение, но Клёпиков даже не заметил этого. До вожделенной башни оставалось всего несколько метров. А позади капрала творилось нечто несусветное — лучи бластеров и свинцовые пули неслись навстречу друг другу. Иногда они сталкивались, и тогда в воздухе возникало нечто феерическое — разноцветный блистающий всеми цветами радуги фонтан брызг. То с одной, то с другой стороны раздавались крики. Защитные костюмы, одетые на наступающих, не выдерживали такой плотности огня и просто плавились, тогда боец вспыхивал, на короткое время становясь двигающимся факелом. Марсиане тоже несли потери. Несмотря на хорошо укреплённые щели, пули, летящие из автоматов, нет-нет, да и оказывались вовремя на месте появления вражеской головы, и тогда противник, едва вскрикнув, валился на бетонный пол укрытия. Марсиан было больше. Казалось, они как тараканы вылазят изо всех щелей и норок. А бластер, бивший с крыши командного пункта, был неуязвим. Его никак не удавалось взять с земли. Бойцы Слуцкого, растерзав сидевших в КПП марсиан, заняли там оборону, но никак не осмеливались продвинуться вперёд, прижатые кинжальным огнём БТРа.

Генерал, вздрогнувший от первых выстрелов начавшейся атаки, уже успел успокоиться, теперь он, облачившись в свою неизменную портупею, отдавал приказы. Даже находившийся здесь канцлер не мешал ему делать то, что он умел делать лучше всего, а именно посылать других на смерть. Канцлеру было интересно наблюдать за действиями своего преемника. К тому же, он ещё поглядывал на экран внешнего обзора, стараясь не упустить ни единого момента разгорающейся битвы. В том, что его вышколенные солдаты с лёгкостью сумеют справиться с обнаглевшими землянами, он не сомневался. Сомнения появились минут через десять, когда легионеры перестроились и повели ураганный огонь по позициям зандров. До поры до времени их сдерживал тяжёлый бластер, находившийся на крыше здания. Но канцлер, даже не будучи профессиональным военным, понял, чем грозит его уничтожение. А то, что эти обнаглевшие земляне рано или поздно доберутся до него, он нисколечко не сомневался. Раздосадованный на самого себя, а еще больше на генерала Лопеса, он принял решение: срочно приступить к выполнению задуманного плана. Следовало как можно скорее запустить ракеты с вирусоносителем, а там уже будет видно, к чему это приведёт. И если даже они не смогут победить, человечество ещё долго не сумеет оправиться от нанесённой ему раны. Думая об этом, Верховный канцлер был в бешенстве. Злость на генерала, отправившего весь резерв на поимку одного — единственного человека, кипела в нём со всё возрастающей силой. Будь его воля, он бы четвертовал этого тугодума вместе со всем его Генеральным штабом, но сейчас было не время разбирать чужие ошибки.