Александр Романовский - Под черным флагом

-Неслабую кашу мы заварили, сэр, - присвистнул Летум. Разволновались-то как!..

-Ага. Время. Копались мы долго, но иначе было нельзя, я понимаю. Хочешь послушать?

Летум кивнул, не совсем понимая, что именно.

Капитан щелкнул парой тумблеров. Из динамиков тотчас хлынули возмущенные голоса:

-...да они их грабят!..

-...вы что, сволочи, ослепли?

-...возмутительная некомпетентность...

-...африканцев убивают в этот самый момент!..

-...Тамерлан - притон пиратов и взяточников, я всегда...

-...истребители будут выпущены с минуты на минуту, если ты, придурок...

-...орудия к бою...

Все говорили одновременно, Летуму с трудом удавалось выхватывать из общего гомона отдельные фразы. Впрочем, все и так предельно ясно: больше медлить нельзя. Еще чуть-чуть, и пиратский дредноут растерзают сотни истребителей.

Профессиональные охранники оказались на редкость солидарны. Возможно, успели получить распоряжения от непосредственных нанимателей; рассчитывали на щедрое вознаграждение; а может, и впрямь воспылали праведным гневом. В последнее Летуму было особенно трудно поверить.

"Утренняя звезда" ничуть не смущалась тем обстоятельством, что все это время оставалась у всех на виду. Наглый, неприкрытый грабеж, совершенный не где-нибудь, а в территориальном космосе. Остальные торговцы наблюдали за процессом просто от нечего делать, в итоге же развитое воображение коммерсантов нарисовало перед ними отнюдь не радужные перспективы. На месте африканцев мог оказаться кто угодно из них. Ну просто любой.

Капитан щелкнул другим тумблером.

-...успокойтесь, капитан...

-...все в порядке, просто техническая неполадка...

-...идет обмен грузами, это их право...

-...никто никого не убивает, Боже правый...

-...здесь отродясь не было пиратов...

-...это внутреннее дело Тамерлана, поймите...

-...закройте торпедные люки, это приказ!..

-...вы нарушаете Соглашение...

Щелчок, и все мгновенно стихло.

"Начальник Дроздов хоть и сволочь, - признал Летум, - но дело свое знает". Ситуация была разъяснена цепным псам без лишних подробностей. Патрульным, судя по всему, уже приходилось сталкиваться с проблемами подобного рода. Экспромт и свободное творчество, помноженные на красноречие и актерский талант. Разумеется, начальнику порта придется делиться.

-Вот такая каша, - хохотнул капитан. - Мне нравится, черт побери, когда все стоят на ушах!..

В этом Летум был с толстяком полностью согласен. "Не важно, что о тебе говорят, - проскрежетал отцовский голос. - Важно, что все говорят о тебе".

Летум вздрогнул. "Так и будет, отец. Увидишь".

-Знали бы они, - проворчал Летум, - что за груз перевозили мертвые бедняжки.

-Да уж, - шкипер хохотнул. - Фактически мы и впрямь действовали с разрешения и попущения правительства. Большая часть той наркоты могла осесть на планете.

-Мистер Смайлсон на связи, - доложила Лилит.

-Ну-ка, посмотрим... - Капитан повернулся вместе с креслом к терминалу связи.

Летум заинтересованно проследил за его взглядом. На рабочем месте Лилит было множество мониторов, но только шесть были выставлены в ряд. Совсем небольшие, плоские, дюймов девяти в диагонали. Светились всего четыре, крайние слева. Первый транслировал изображение самого капитанского мостика, капитана, Лилит и рекомого монитора. Летум прикрыл видеокамеру шлема рукой - монитор покрылся мраком. Спохватившись, быстро отдернул ладонь.

Второй транслировал со шлема лейтенанта Джонсона: скучная картинка лестничного пролета, сонные пираты. Третий предназначался Коллинзу: позиция лейтенанта, так и не сошедшего с места, давала изображение трюма в перспективе. Изрядно опустившего трюма.

Ну а третий лейтенант беспрестанно крутил головой. Смайлсон стоял на палубе, поскольку пирамида куда-то исчезла. Взмокшие пираты продолжали порхать под потолком, перебрасываясь невесомыми контейнерами.

-Мистер Смайлсон? - позвал капитан, придвигая микрофон. Как обстановка?

-Вверенный моему попечению груз доставлен в отдельный отсек, опечатан и пересчитан. Трюмы переполнены, сэр. Можно отправляться.

-Сколько осталось?

-Штук семьдесят, сэр. На развод.

-Ну и черт с ними. Командуй отход.

-Есть, сэр.

-Негров казнили?

-Так точно. Все чисто, ни одной живой души! - Это сообщение доставило лейтенанту особую радость - не отягощенную грузом моральных обязательств.

-Все, тогда на корабль.

Смайлсон отключился.

-Лилит, разбуди Джонсона, - приказал капитан.

Девушка кивнула. Тонкие пальчики взметнулись над цифровой клавиатурой. Капитан, потирая руки, вернулся к игрушечному терминалу. Летум следил за всем этим, удобно устроившись на потолке.

Капитан хихикал. Летум поморщился. Желание протянуть руки и свернуть лысую голову как никогда крепчало. Нет, слишком рано. Слишком много свидетелей, слишком шатко положение самого Летума. Успеется.

Позвонки явственно хрустели под пальцами, а из глотки толстяка доносился сдавленный хрип. Поразительно похожий на тот самый скрежет, которым отец время от времени давал знать о своем появлении.

Летум тряхнул головой, избавляясь от наваждения.

Капитан продолжал потирать ладони. Перед внутренним взором шкипера, должно быть, проносились видения сказочных богатств, которые он сможет обменять на порошкообразную смерть.

-Когда мы похороним погибших?

-Что? - поморщившись, капитан вернулся к действительности. - Повтори.

-У вас же бывают похороны? Мы в космосе, однако...

-А, похороны. - Капитан махнул рукой. - Конечно. Сколько угодно. Сразу после ужина. Соберем всю команду, молитвы и почести, как положено. Кстати, ты мне кое о чем напомнил. Капитан вновь повернулся к Лилит. - Похороны. Детка, прокрути-ка нам еще разок те куски, где у господ офицеров темнеет в глазах.

Глава 35.

Хоукинс осклабился, торжествуя. Лилит нажала несколько кнопок, покачала головой и разочарованно обернулась к отцу.

-Я думала, они уже не нужны. Ты ничего не сказал, и я по привычке поставила на перезапись.

Капитан рассвирепел. Лицо мгновенно приобрело цвет спелой свеклы, а борода встопорщилась острыми рыжими клиньями. Кулак грохнул по подлокотнику.

-Какого черта? Как ты могла?!. Единственная улика - и та потеряна!.. Разрази меня гром, каботажный лом тебе в селезенку! Глупость и безответственность, вот что я скажу! Нельзя уже положиться на собственную дочь, что же дальше?..

Лилит сидела, потупившись. Само раскаяние.

Летум стиснул кулаки. Ему отнюдь не понравилось, как этот алчный жирдяй обращается с предметом его вожделений. Более того, он был готов придушить ублюдка за одни лишь эти слова.