Сергей Суханов - До и после Победы. Книга 1. Начало.

Ее же мы продвигали в качестве идеологии, на базе которой новобранцы эффективнее овладевали военным делом. Напор, движение, здоровая агрессивность, устойчивость перед лишениями и трудностями, разумный риск - эти качества мы искали и находили в наших предках, и их же воспитывали в современных поколениях. И они твердо применяли эти установки в учебе и боевой деятельности.

-- ГЛАВА

Наша система подготовки войск уже позволяла быстро переучивать новобранцев под нашу тактику. Система заключалась в том, что в первый месяц солдат учил только то, что от него требовалось непосредственно на поле боя. Требуется например от наводчика миномета быстро и точно менять настройки прицела - он и занимается только этим по командам командира целыми днями, так что уже на третью неделю может это делать с закрытыми глазами. Или - от заряжающего требуется поместить мину в жерло миномета - только это он и тренирует по восемь-десять часов в день. Конечно, от технических войск требуется еще и умение работы с техникой - прежде всего быстро занять огневую позицию, быстро отстреляться и еще быстрее с нее свалить - мы постоянно учили всех, что противник знает о вас после первого же выстрела. Поэтому те же минометные расчеты много тренировались в приведении миномета в боевое и походное положение. Зато такая интенсивная учеба уже через месяц давала воинов, отлично заточенных под выполнение своих основных задач. А пострелять из винтовок минометчики могут и потом. Или та же пехота. В окопах от нее требуется быстро перемещаться по узким ходам, метко стрелять из амбразур, а в атаке - быстро перемещаться перекатами от укрытия к укрытию, следить за обстановкой перед собой и по бокам и быстро давить огнем оживающие точки противника. Поэтому их и учили уметь выбирать укрытия, резким стартам и падениям на землю, владением балансом тела, ну и меньше - стрельбе и метанию гранат. И это все - в бронежилетах, которые становились штатным снаряжением практически для всей пехоты - на остальных пока не хватало. Они ходили в брониках и днем и ночью, чтобы срослись с ними, стали ощущать их своей второй кожей. Они и сами в шутку стали называть себя пикейными бронежилетами, просить поплакаться другу в его бронежилет и так далее - мы не препятствовали такому народному творчеству и даже наоборот - дали задание подразделениям пропаганды постоянно придумывать шутки, поговорки, анекдоты, слоганы и речевки, в которых была бы показана доблесть, смелость, бесшабашность наших войск и увереность в победе над врагом - многим это стало помогать в бою и учебе, когда приходилось особенно трудно. В голове всплывала какая-нибудь вбитая постоянным повторением шутка или речевка - и сразу становилось легче. Хорошая замена молитвам - в них спасения ждут от внешних сил, а тут - спокойствие и спасение приходит изнутри самого человека, его товарищей, и он начинает больше верить в себя. Хотя - одно другому не мешает и мы не препятствовали отправлению культовых православных обрядов, хотя к другим относились не очень хорошо - не наше это.

Танкисты тренировались танковому бою. Цель тренировок - увидеть борт противника и не подставить свой. Основной инструмент - рация. Основная цель - координация перемещений в группе танков. Тренировки шли в основном на макетах местности - насыпали из песка разные местности на основе карты и затем командиры отдавали команды, а механики двигали танки с учетом скорости поворота, движения. На местности делали пробные заезды - там усложнялось тем, что не было вида сверху - в основном была тренировка командиров по поиску противника и составлению плана совместных перемещений группы танков, и наводчиков - по наведению на цель. Заряжающие тренировались правильно получать команды и выбирать тип снаряда. Снаряды были учебными - по весу совпадали с боевыми но были сделаны так, чтобы можно было вытащить из орудия - не врезались в нарезы ствола и в дне была утоплена рукоятка.

Летчики тренировались тактике также, только показывали свои самолеты ладонями. А тренировочные воздушные бои также составляли десятую часть всех тренировок. Тренировали прежде всего вертикальный маневр и подставление противника под удар напарников. И понемногу летчики отходили от своей тактики горизонтального маневра, разрабатывали новые схемы - ту же коисчку, когда два самолета в противофазе двигались вверх-вниз - соответственно верхний подлавливал противника, когда тот атаковал нижнего. А сбоку вторая пара их страховала или добивала фрица, если он смог выйти из-под атаки. Учились предугадывать - куда может повернуть противник в каждый момент времени.

Обслуживание в воинских частях максимально возложили на женщин - уборка помещений и территории, стирка, готовка - чтобы военным максимально освободить время для практических тренировок и теоретических занятий и для отдыха.

И пилотам уже было на чем летать - в декабре мы вышли на уровень производства в пять истребителей в день. Эти значительно мутировавшие И-16 с новыми материалами значительно убавили в весе, и мы потратили часть этого выигрыша на дополнительное бронирование. Защитили двигатель обтекаемыми каплевидными телами - воздух обтекал их и набегал на пластины радиатора цилиндров. Скорость упала километров на десять, но с учетом ее поднятия на сотню только за счет более мощного мотора выигрыш был очень велик - летчики абслютно перестали бояться идти в лобовую на немецкие исторебители и пулеметы бомбардировщиков. Нарастили и бронеспинку - добавили три миллиметра стали. Баки также частично защитили трехмиллиметровым листом, он же, с наваренными ребрами, добавлял жесткости крылу, которое уменьшилось в размерах и испытывало увеличенные нагрузки от нового мотора, брони и оружия.

На самолет мы начали ставить 23-мм зенитные автоматические пушки - у оружейников наконец стали получаться зенитные стволы, хотя пока и недлинные, в один метр - более длинные имели сильный уход при сверлении, который пока не могли выправить, у метровых же уход ствола был в пределах полусантиметра, а разностенность не превышала двух миллиметров - для начала очень прилично. Но для самолета этого хватит, да и для наземных зениток будет нормально. С пушкой спаривали пристрелочный 7,62 с трассирующими пулями, сделанными под баллистику основного оружия на расстояниях до полукилометра, далее траектории начинали сильно расходиться - так мы экономили пока еще дефицитные 23-мм снаряды.

Помимо истребителей, росло производство и на базе планера У-2. Естественно, дорвавшиеся до новых технологий авиаторы, значительно его перекроили. Часть машин становилась уже, поджарее, обрастала броней, навешивала на себя пушки и становилась штурмовиками. И такие аппараты начинали играть значительную роль не только в обстреле колонн и позиций, но прежде всего - в контрбатарейной борьбе. Обстрел артиллерией - самое неприятное, что только могло случиться на поле боя - стволов и грамотных артиллеристов у немцев было много, поэтому они могли нанести нам существенный урон. Да и бойцы начинали нервнивать, когда по ним начинало сыпать крупнокалиберными снарядами. Как говорится, пуля - дура, штык - молодец, снаряд - летающий ... эээ ... конец в общем. Поэтому мы уделяли ее уничтожению первейшее внимание - солдатам и без того хватало волнений на поле боя. Другая же часть экс-У-2, наоборот - полнела, увеличивала крылья и становилась транспортниками наподобие Ан-2, которыми было удобно забрасывать грузы диверсионным группам или мобильным батальонам.